Чтение онлайн

— Успел вчера? — негромко поинтересовался Свисток после приветствия, когда они стояли у входа.

— Ага, — кивнул Хар. — Прискакал к самому концу. Ты, наверное, вышел раньше?

Свисток кивнул.

— Я вообще хотел проскочить первым, ты же знаешь, как я не люблю эту

бодягу. Но не удалось: вызывали по списку. Ладно, все равно оказался в первой

десятке.

— Было что-то интересное? — спросил Хар, доставая карточку-пропуск. Они уже были у самой двери.

Свисток пожал плечами.

— Рутина. Я пока не собираюсь уходить. Одно и то же, как им только не надоест?

Он приложил свою карточку и прошел вперед, кивнув на прощанье Хару. Тот пропустил вперед стоящего рядом, потом прошел сам и двинулся к лифтовому кусту. Интересно, подумал он. Свисток сказал, что вызывали по списку. Рутина. А меня что же, опрашивали по отдельной программе? Один подсел поближе, второй бросал реплики. А третий, который утверждал, что совсем не причем, пришел в кафе и удостоил личной беседы. А главное, монеты. Монеты.

Хар вздохнул. Внутренний голос говорил ему, что это неспроста. А ошибался внутренний голос редко. Набор был камуфляжем. Эта троица приходила сюда не просто так, а именно за ним.

Небо с редкими облаками было похоже на земное, но стоило опустить глаза, как первое впечатление сразу рассеивалось. Внизу стелилась густая синяя равнина, на которой яркими пятнами проступал оранжевый подлесок.

В полете полное звено скоростных ботов составляло фигуру, похожую на плоскую пирамиду, сплющенную по высоте. Пять машин летели в основании, одна впереди, и еще три располагались между основанием и передним кораблем. Дэвид шел в основании, крайним слева. Они неслись над самой поверхностью, с полностью активированной экранировкой. Для чего это было сделано, майор не уточнил. Планета была необитаемой, поэтому экранировка казалась абсолютно лишней. Однако вслух никто не высказывался.

Звено шло на нижнем пределе высоты, точно повторяя рельеф. Машины едва не задевали кроны роскошных, похожих на зонтики деревьев. Растительность вокруг была богатая, как на планетах-заповедниках. Звено расставляло опорные маяки по заданному контуру, сейчас работали два крайних бота. Когда запас у машин заканчивался, звено поворачивалось на девяносто градусов по часовой стрелке и все начиналось сначала. Дэвид с товарищем свое уже отработали. Все происходило без прямого участия пилотов, расстановкой маяков управляли нейросети.

Делать пока было нечего и на Дэвида нахлынули воспоминания. Главные. А таковыми на сегодняшний день несомненно являлись воспоминания о выпускном бале.

Торжественная часть почему-то запомнилась плохо — сиянье знамен, грохот оркестра и море людей. В общем, перед глазами крутилась блистающая мишура. Затем каскад воплей и радостных объятий, когда полный счастья народ потрясал полученными погонами, значками и старинными кортиками, полагающимися к парадной форме. А потом навалилась завершающая пьянка.

Дэвид помотал головой. Тогда он вырубился одним из последних. Не самым последним, конечно, но продержался прилично и отключился уже в конце. Правда особенно гордиться тут было не чем. Причиной стала не физическая выносливость — сокурсники были не слабее. Слабых вокруг вообще не наблюдалось. Пройдя через сито гиганского отсева, до выпуска Высшего десантного училища доходили единицы.

Просто он вдруг почувствовал, что долгожданная свобода совсем не так

привлекательна, как виделось ранее. Остальные резвились как дети, а у него почему-то не получалось. Шесть лет ожидания и на тебе наконец долгожданный мундир с лейтенантскими нашивками. И именно это вдруг стало главным. А долгожданная пьянка оказалась вовсе не такой сладкой, как грезилось в бесконечное время учебы, а немного грустной. Ведь как не крути, это было прощание со ставшей привычной круговертью, прыжок в неизвестное, который и назывался взрослой жизнью.

Нейросеть коротко отрапортовала о конце работы и ушла в тень. Дэвид встряхнулся. Хватит вспоминать прошлое, отдых закончился.

Руки привычно легли на джойстики, выдвинувшиеся из подлокотников кресла. Странно, подумал он, в очередной раз бросая взгляд на круговой экран. Прямо буйство природы. А ведь стоит пролететь совсем немного, перемахнув через неширокий пролив и впереди, на тысячи и тысячи километров, потянутся одни безжизненные плато. Всякие. И прихотливой формы, изрезанные глубокими трещинами с иззубренными скалами и совсем плоские, почти без вмятин. Но все, абсолютно все, голые и пустые.

Он покачал головой. Странная планета. Материки, а их насчитывалось пять, были абсолютно безжизненными. Казалось, что радиация или что-то другое, но столь же сильное и безжалостное, напрочь выжгло на них нормальную жизнь. И только здесь, на крохотном пятачке, победно бурлило могучее половодье.

Ведущий бот лег в глубокий вираж и все остальные машины послушно повторили маневр.

Планета, над которой они летели, пока не имела нормального названия. Вместо имени она несла условное обозначение, из букв и цифр. Да что имя, имя — дело наживное. Успеют придумать. Вот нормальной природы на ней было раз два и обчелся и почти вся она находилась на том острове, где они сейчас обретались. Правда, сам остров был не маленьким, но все-таки это был остров, а не материк. А главным было другое. То, что несколько десятков сверх деятельных ученых, якобы биологов, которые вместе с многочисленным вспомогательным персоналом также опустились на планету, не ожидая окончания работ по разбивке лагеря, сейчас ошивались совсем в других местах. Полностью безжизненных. Там, где по мнению Дэвида, настоящие ученые и должны были находиться. Правда, немного другие. Скорее астрогеологи, чем все эти специалисты по живой природе.

Кого они пытаются обмануть, меланхолично подумал он. Дураку ясно, что дело совсем не в каких-то таинственных биологических объектах, которых никто не видел, а в гигантских скоплениях редких минералов, лежащих здесь почти на поверхности. Штатское руководство всегда начинает с глупостей. А частенько ими и заканчивает.

Дэвид вздохнул. Он вспомнил, как начальник училища в прощальной речи заявил, что их выпуску страшно повезло. Мало того, вещал он, что вы окажетесь первыми, так вместо года отработаете на половину меньше. А по окончании — всем нашивки старших лейтенантов. Только курс Дэвида получил такое уникальное задание — новая неизведанная планета. Остальных ребят разбросали по старым планетным базам. Вы — счастливчики, закончил начальник свое маленькое выступление. Такое везение бывает не чаще, чем раз в сто лет.

Везение… Только это везение оказалось каким-то странным. Весь выпуск

подчинили незнакомым типам, вдобавок штатским и несмотря на то, что непосредственное командование осуществлял свой генерал, приказы исходили именно от них. И эти приказы частенько отличались знакомой штатской дурью. А дурость, рано или поздно, заканчивается плохо.

Однако приказ есть приказ и поскольку его недвусмысленно подтвердило армейское руководство, Дэвиду вместе с группой пришлось без разговоров сесть на относительно ровную площадку, выбранную еще со спутникового кольца и начать разворачивать лагерь. То, что разбить его следовало как можно скорее, понимали все. Через несколько дней начинался сезон дождей, а здешние дожди, судя по данным орбитального метеокольца, были событием малоприятным.