Чтение онлайн

— Обгорела до полусмерти, — она вытянула руки. — Видишь, какая белая кожа? Веснушки… С тех пор дверь туда не открывалась.

Ему не нравилась эта Гасси — притихшая, печальная, погруженная в какие-то старые грустные воспоминания или страхи.

— Знаешь, — сказал Уокен. — Я ведь действительно не уничтожал твои розы. И приказа такого не давал. Это, как выяснилось, инициатива одного из моих рабочих. Решил ускорить стройку, помочь мне… кретин. Я его уволил. Мне, правда, жаль.

Гасси молча кивнула. Они постояли еще, глядя в осень. Стив осто-рожно взял ее запястье, потянул за собой.

— Пошли-ка домой. Там Мария готовит глинтвейн. Самое то для та-кой погодки. И, знаете что, мисс Хилл? В следующий раз берите с со-бой на Гавайи меня. Я помогу вам намазаться солнцезащитным кре-мом.

— Я побеседовал кое с кем из жильцов.

— Да ну? Большой прогресс! Неужели вы снизошли до общения с нами, грешными?

Он уже не обращал внимания на ее язвительный тон.

— Тут Ники рассказывал…

Рука, сыпавшая специи в сковороду, замерла.

— Ты добрался и до Ники?

— А что? Да, мы с Ники становимся приятелями. Тебя это задевает?

— Скорее — удивляет.

— Он рассказывал, как они удирали от его психа-отца. Конечно, у мальчишки мало поймешь… но, знаешь, что?

Женщина сосредоточенно кромсала зелень.

— Он сказал — мы с мамой приехали в аэропорт, чтобы улететь к бабушке. Но денег на билеты не хватило и мы пошли на улицу. Шел дождь, мы шли, шли, я совсем замерз и даже не мог плакать… Запла-кала мама. А потом в темноте открылась дверь и мы зашли в дом.

— Спасибо за информацию, — отозвалась Гасси, — но я помню, как они здесь появились.

— Но он говорил про аэропорт!

— Да, ты уже сказал это.

— Здесь ведь на тысячи миль нет никакого аэропорта!

Гасси глянула из-за плеча, издевательски подняв темные брови.

— Правда? Ты открываешь мне глаза!

— Хватит! — сорвавшись с места, он схватил ее за плечо. Встрях-нуть не успел — острый кончик ножа уперся ему в грудь. Гасси сказала свистящим шепотом:

— Мистер Уокен! Будьте так любезны…

Он отступил, подняв руки:

— Ладно-ладно, извини, я погорячился.

— В следующий раз горячность тебе дорого обойдется, — буркнула она и смахнула ножом зелень в сковородку.

— Гасси…Извини, Кассандра! Что это все значит?

Она захлопнула крышку. Смахнула с разгоряченного лица прилип-шие волосы.

— А что это значит — по-твоему?

Он сморщился. Сказал трудно:

— Если я не рехнулся… и если не рехнулись все эти твои жиль-цы…и если это не какой-то идиотский розыгрыш…

— Многовато "если", — заметила Гасси.

— …то дом занимается… хм, телепортацией? Черт, зачем я увле-кался научной фантастикой?

Гасси подумала.

— Ну что ж, можно и так назвать. Понимаешь, Стив, это Дом.

— Да, я уже…

— Нет, ты не понял! Это ДОМ! Дом всех домов. Представь себе де-рево, — она выразительно жестикулировала. — Огромное дерево. Оно пустило корни, многочисленные корни по всему миру. Понимаешь? Он пронизывает все пространство и открывает двери тому, кто в нем нуж-дается. Везде.

— Пространство. Все пространство? — он сощурился. Хороший об-раз. Но было что-то еще… Библиотекарь. Бал. Звезды. — Гасси, — толь-ко пространство?

Гасси смотрела на него широкими глазами.

— И да, и время.

У него закружилась голова. Стивен попятился и сел на подвернув-шийся вовремя стул.

— А ты что… привратница всех этих дверей?

Гасси улыбнулась.

— Ну что ты. Я просто хозяйка.

— Ну, и что тут у нас?

Он оглянулся на подошедшую Гасси. Женщина прислонилась пле-чом к косяку, обозревая пейзаж. Черные треугольные скалы, обведен-ные белым абрисом лунного света. Ровная поверхность воды, в кото-рой отражается неподвижное ночное небо с крупными звездами, ги-гантская луна, и вторая, поменьше — оранжевая, склонившаяся низко над озером (морем?). Две дрожащие лунные дорожки подбегали к са-мому порогу. Стивен сидел, свесив ноги наружу, и не испытывал ни малейшего желания выйти.

— Красиво, — оценила Гасси. — Ты сам открыл эту дверь?

Он поморщился.

— Я пытаюсь понять, как дом работает. Представлял твой двор, по-том стройку, потом свою квартиру. Бесполезно. Потом — ради шутки — подумал, что давно не был на море. И… вот. У твоего дома, похоже, есть чувство юмора.

— Аналитик! — серьезно сказала Гасси. — Сразу видно инженерную жилку. Но раз ты не выходишь, выбор неудачный?

— Н-не знаю… — с заминкой сказал Стив. — Сижу, как дурак, битый час. Смотрю. Знаешь, что мне в голову пришло? А вдруг я выйду, а твой дом захлопнет за мной дверь, а?

— Ну что ты, — Гасси присела рядом, он потеснился, хотя особо бы-ло некуда. — Он никогда так не сделает.

— Никогда не говори "никогда"! — процитировал Стив. — А раньше он захватывал людей в заложники, а? То-то!

Гасси молчала. Свет обеих лун странно расцвечивал ее лицо. Точ-но делил его на две половинки. Правая, обращенная к нему, — теплая, живая. Левая (она чуть повернулась) посеребренная, в провале глаз-ницы белым огнем светится глаз…

— Смотри, — сказала она возбужденно. — Звездопад!

Звезды чиркали небо — то там, то сям — точно художник небрежно взмахивал кистью.

— Желание! — толкнула его локтем Гасси. — Ты загадал желание?

— Да тут хоть целый список загадывай! — проворчал он. — Интерес-но, они все опадут, или что-то останется?

Женщина возбужденно схватила его за руку:

— Смотри!

Между двух лунных дорожек появилась третья: флуоресцирующая синим неровная линия стремительно приближалась к ним. Останови-лась. И — оба синхронно отшатнулись — из воды вырвался целый фон-тан жидкого синего пламени, гладкое, весело застрекотавшее тело, тут же рухнувшее в воду. Светящиеся искры-брызги окатили их.