Чтение онлайн

Я поднял голову и увидел, что у стены стоит доктор и смотрит на меня.

– Это конец, – сказал я. – Роджер умер, освободился. Все кончено.

Доктор взял меня под руку и провел через весь дом в библиотеку. Мы сели на диван у окна, выходившего на море, и он произнес:

– Расскажите мне все как было.

– Разве вы не знаете?

Увидев его в лаборатории, я в первый момент подумал, что он подвергся эксперименту вместе со мной, но потом сообразил, что это невозможно.

– Я был с вами там, возле Граттена, – сказал он, – затем мы вместе поднялись на холм, а потом я следовал за вами на машине. Вы на минуту остановились в поле, над Тайуордретом, недалеко от того места, где две дороги сходились в одну, затем мы пересекли деревню, двинулись по направлению к Полмиару и прибыли сюда. Вы шли вполне нормально, только, пожалуй, быстрее, чем если бы просто гуляли. Потом вы резко свернули вправо, через рощицу, и я поехал прямо сюда. Я знал, что найду вас в подвале.

Я поднялся с дивана и взял с книжной полки один из томов «Британники».

– Что вы ищете? – спросил он.

– Год Черной смерти, – ответил я, перелистывая страницы. – Вот, 1348 год. Тринадцать лет после смерти Изольды.

Я поставил книгу на место.

– Бубонная чума, – заметил он. – Она и в наши дни встречается на Востоке, несколько случаев было зарегистрировано во Вьетнаме.

– Правда? – сказал я. – Я видел, что она натворила в Тайуордрете шестьсот лет тому назад.

Я подошел к дивану и взял трость.

– Вам, должно быть, интересно, как я смог совершить это последнее путешествие, – сказал я. – Вот ответ.

Я отвинтил набалдашник и показал ему стопку. Доктор взял ее, повертел в руках, убедился, что она совершенно пуста.

– Вы меня извините, – сказал я, – но когда я увидел вас там, возле Граттена, я понял, что у меня нет выбора. Это был мой последний шанс. И я ни о чем не жалею, потому что теперь со всем этим действительно покончено. Никаких соблазнов. У меня не возникнет больше желания возвращаться в тот, другой, мир. Я вам сказал уже, что Роджер освободился, и я вместе с ним.

Он не ответил. Он продолжал разглядывать пустую стопку.

– А теперь, – сказал я, – перед тем, как мы позвоним в Дублин и спросим, там ли Вита, не могли бы вы мне сказать, что еще было в заключении Джона Уиллиса?

Он взял трость, вернул стопку на место, завинтил набалдашник и протянул ее мне.

– Я его сжег, подпалил зажигалкой, когда вы стояли на коленях в подвале и читали молитву по усопшим. Момент мне показался самым подходящим, и я предпочел уничтожить это заключение, не хранить в своей картотеке.

– Это не ответ на мой вопрос, – заметил я.

– Другого вы не получите, – возразил он.

В холле начал трезвонить телефон. Я подумал, в который уже раз он вот так надрывается за сегодняшний день.

– Наверно, Вита, – сказал я. – Пожалуй, мне опять пора становиться на колени! Сказать ей, что меня случайно заперли в мужской уборной и что завтра я прилечу к ней?

– Будет разумнее, – медленно проговорил доктор, – если вы скажете, что надеетесь присоединиться к ней позже, быть может, через несколько недель.

Я нахмурил брови.

– Но это абсурд. Меня здесь больше ничто не держит. Я же сказал вам: все кончено, я свободен.

Он не ответил. Он просто сидел и пристально смотрел на меня.

Телефон продолжал трезвонить, и я пересек комнату, чтобы ответить, но когда я взял трубку, случилось нечто совершенно непредвиденное: я не мог удержать ее: мои пальцы и ладони одеревенели и не слушались. Трубка выскользнула из онемевшей руки и с грохотом упала на пол.