Дочь капитана
Шрифт:
– Что это?
– Инсулин, – ответил капитан. – Там написано.
– Наркота?
– Нет. Лекарство от диабета.
– Врешь, – сказал Махмуд. – Вот шприцы. Значит, наркота.
Взломав одну ампулу, он вылил ее содержимое себе на язык, но тут же с отвращением сморщился и бросил коробки с инсулином обратно в сейф. Потом показал на фотографии:
– Это кто?
– Это мой внук…
– А это?
– Я с дочкой.
– Она не похожа на ту, что на судне.
Казин пожал плечами:
– С возрастом дети меняются…
Снаружи послышался нарастающий гул.
Махмуд выглянул в иллюминатор.
Это военный вертолет Евросоюза подлетал к «Антею», его пилот настойчиво вызывал по радио:
– «Антей»! «Антей!» Это вертолет Евросоюза! Отвечайте! Отвечайте!..
Но Махмуд лишь небрежно отмахнулся:
– Опоздали, белые обезьяны!
Идя с капитаном по грузовой палубе меж гаубиц и танков, жестко принайтованных к палубе стальными тросами (и не спуская с капитана свой «АК-47»), он похлопывал танки по броне и самодовольно твердил:
– I got it! I got it! It’s great! Tanks! Artillery! Allah akbar!!!
Действительно, Аллах сделал этому Махмуду воистину королевский подарок – «Антей», грузовое судно типа парома с несколькими палубами и аппарелью – мостиком, по которому вся техника своим ходом заезжает на судно и едет либо вниз, в трюм, либо на верхние палубы, – был, что называется, «под завязку» забит танками, пушками и гаубицами.
Перейдя от танков к пушкам, Махмуд вдруг остановился, подозрительно спросил у капитана:
– А куда ты все это вез?
– В Нигерию.
– Что?! – Махмуд в бешенстве вскинул автомат. – Нашим врагам? Я тебя убью!
Казин пожал плечами:
– Это не мое оружие, вот документы. Судно шведское, фирма «Blue Mount», груз греческой компании Георгиу Стефандополуса. А я просто нанят как капитан и делаю свою работу. Если ты меня зафрахтуешь, я и тебе привезу все, что ты купишь.
– Мне уже ничего не нужно, – усмехнулся Махмуд, разом остывая. Эти переходы от бешенства к спокойствию и обратно были у него мгновенны. – Смотри, сколько у меня танков! Я теперь знаешь кто?! Командир танковой бригады Армии освобождения Сомали! А снаряды есть?
– Внизу, в трюме…
– Сколько?
– 740 ящиков с боеприпасами.
– О Аллах! – обрадованно взмолился Махмуд. – Рахмат! Спасибо!
– Но я не думаю, что ты их получишь… – заметил Казин.
– Почему?
Капитан показал на горизонт:
– Смотри. Это фрегат Евросоюза.
Действительно, от просветлевшего после шторма горизонта к «Антею» на всех парах шел военный фрегат Евросоюза «Sirius».
– Fuck them! – презрительно сказал Махмуд и, достав мобильник, быстро и радостно стал по-сомалийски докладывать кому-то о своей добыче.
И доклад произвел впечатление – буквально минуты спустя в Сомали к берегам устья реки Джубба стали из всех окрестных деревень сбегаться мужчины и подростки – черные, полуголые и босые, но все с автоматами «АК-47». Мужчины спешно грузились в лодки и, паля в воздух, устремлялись в море…
7
Объехав все районные аптеки, где продавщицы в ответ на ее вопросы бессильно пожимали плечами, Ольга, так и не найдя никакой информации о покупке отцом инсулина, приехала в заснеженный двор многоквартирного панельного дома, построенного в местных «Черемушках» еще в прошлом, двадцатом веке. Выйдя из машины, она вошла в подъезд, устало поднялась по лестнице на третий этаж, достала из сумки ключи и открыла дверь.
В двухкомнатной отцовской квартире царил аскетизм пожилого холостяка: функциональная мебель местного мебельного комбината, старый компьютер, тяжелый старый телевизор, минимум посуды, а на вешалке – бушлат и мятая морская фуражка. Несколько книжных полок со словарями, морской литературой и макетами кораблей. Фотографии на стенах: молодой Казин с юной Ольгой на ходовом мостике корабля, восьмилетняя Оля в кимоно для карате, семилетний внук за штурвалом катера и т. п.
Бросив свою сумку и поглядев на часы, Ольга взяла с тумбочки «лентяйку», включила телевизор и стала один за другим открывать все ящики отцовского письменного стола и рыться в них. Тут по телику прозвучали позывные «Вечерних новостей», и местный диктор сообщил, что в Аденском заливе захвачено шведское судно «Антей» с российско-украинским экипажем.
– По только что поступившим сведениям, капитан и десять членов экипажа «Антея» – бывшие моряки нашего пароходства, – сказал диктор.
– Это мы знаем… – вслух прокомментировала Ольга и, вывалив на письменный стол все содержимое ящиков, нашла-таки среди груды бумаг и документов то, что искала, – рецепт с надписью insulin.
Но звонок в дверь помешал ей навести в столе прежний порядок.
– Кто там? – спросила она изумленно.
– Оля, откройте, – сказал за дверью женский голос.
Ольга открыла дверь.
На лестничной площадке стояла группа разновозрастных женщин с детьми в валенках, зимних пальто и в теплых платках, повязанных крест-накрест за спиной.
– Оля, здравствуйте! – заговорили они все одновременно. – Я жена старшего механика «Антея». Мы по окнам увидели, что вы приехали…
– Я жена электромеханика, у меня двое детей!
– Вы знаете, мы звоним на «Антей», там никто не отвечает…
– А моего папу убьют?
– Оля, вы должны их вытащить!
Ольга изумилась:
– Я?! Как?
– Вы же дочь капитана!
– Вы журналистка!
– У вас есть Интернет?
– Мы должны что-то сделать!
– Мы обзвонили всех жен экипажа! Даже на Украину!
– Нужно что-то делать срочно!..
И несколько минут спустя молодая жена электромеханика, сидя на кухне капитанской квартиры, грудью кормила двух своих младенцев-близнецов. Остальные женщины продолжали безуспешно звонить по мобильным своим мужьям на «Антей», готовили чай и бутерброды, рассматривали в гостиной фотографии или вместе с Ольгой сидели у монитора компьютера, выискивая в Интернете последние сведения о сомалийских пиратах.