Шрифт:
Душа
Наташа с бабушкой очень часто ходили в церковь. Храм завораживал девочку, она могла часами молча стоять возле какой-нибудь иконки или смотреть на пламя свечи. Она думала о том, как, наверное, хорошо сейчас её маме и папе там, на небе, как они смотрят на неё и радуются, что у них растет такая хорошая и послушная дочка. Наташины родители погибли в автокатастрофе, когда девочке было пять лет. Она смутно помнила их лица, их голоса, но точно знала, что они её очень любили и верили в то, что их дочка будет самой счастливой на свете. Сейчас Наташе уже двенадцать. Она живет с бабушкой, учится в самой обычной школе, но верит, что и её звезда когда-нибудь взойдет.
По вечерам Наташа любит посидеть на бабушкиной кровати и послушать, как бабушка говорит о жизни, о вере и о Боге. Наташа засыпает бабушку вопросами, перебивает, начинает сама рассуждать вслух, но в итоге каждый вечер приходит к одному и тому же: она еще не такая мудрая, как бабушка, и не может дать ответ на многие вопросы. Вот и на этот раз девочка сидит, тихонько прижавшись к бабушке, и ждет, когда та расскажет ей что-нибудь интересное. Бабушка смотрит на нее своими лучистыми глазами и ласково спрашивает:
– Наташа, а ты знаешь, что такое душа?
– Ну… это что-то такое неопределенное, что живет внутри каждого человека…. – начинает размышлять Ната.
– Душа – это поле битвы, – говорит бабушка.
– Как это? – удивленно взмахивает ресницами девочка.
– А так, – продолжает бабушка. – У каждого человека внутри как бы живут два разных человека. Один хороший, добрый. Он никогда не сердится, никогда не пройдет мимо того, кому нужна помощь, никогда не обидит и не скажет плохого слова. Он любит не только себя, но всех людей вокруг. Они для него как родные. Другой не любит никого. Он толкает человека на плохие поступки, на плохие мысли. Он злорадствует по любому поводу, завидует всегда и всем по поводу и без, он злой, и поэтому ранит душу. Вот эти два человека и борются внутри каждого из нас.
– А какой же побеждает? – поинтересовалась Наташа.
– А тот, которого ты кормишь, – пожала плечами бабушка.
За правду не ругают
Был канун Нового года. Ёлка была давно наряжена и теперь весело сверкала огоньками, как бы подмигивая. Маша с Витей играли рядом с ней и вслух мечтали о том, что же такого им подарит Дедушка Мороз. Они очень ждали, что он подарит им именно то, что они хотели: Маше – куклу, Вите – машину, ну не настоящую, конечно, но такую, чтобы на ней можно было и игрушки возить, и песок летом на даче.
Маша спросила у Вити:
– Как ты думаешь, может быть, Дед Мороз нам уже подарки под ёлочку положил, а мы и не заметили? Чего он ночи-то будет ждать?
Витя пожал плечами, мол, не знаю. Тогда они решили заглянуть под ёлку, вдруг, правда, там уже их дожидаются кукла и машинка. Они так старались, раздвигая ветви у ёлочки, что не заметили, как на пол упала игрушка и разбилась. Папа был в соседней комнате и ничего не слышал.
– Ну и что вот теперь делать? – спросил Витя. – Это была твоя идея залезать под ёлку, тебе и отвечать за разбитую игрушку.
– Ну уж нетушки, вместе разбили, вместе и отвечать будем. А тебе, как старшему, вообще попадет от родителей, – показала ему язык сестра.
– А давай мы выбросим игрушку, как будто ничего и не случилось, – предложил Витя.
Сестра поддержала его идею. Они аккуратно собрали все осколки и выбросили в мусорное ведро.
Вскоре вернулась мама из магазина и поскорее пошла переодеваться, чтобы начать готовить что-нибудь вкусное к праздничному столу. А папа решил выбросить мусор. Совершенно случайно он увидел разбитую ёлочную игрушку, но детям ничего не сказал, подумал, что они сами во всём признаются. Но брат с сестрой не хотели быть наказанными и молчали.
Утром первого января Маша и Витя проснулись раньше родителей и побежали скорее проверять подарки под ёлкой. Теперь они осторожно поднимали ветки, стараясь не задеть ёлочные украшения. Каково же было их удивление, когда они не нашли под ёлкой долгожданных подарков. Маша начала плакать, а папа сказал:
– Наверное, вы чем-то огорчили Дедушку Мороза, раз он вам не захотел подарки дарить.
Брат с сестрой переглянулись, а Витя сказал:
Конец ознакомительного фрагмента.