Добрая дорога
Шрифт:
— А что! — сказала Татьяна Андреевна. — С компьютером и про компьютер можно сочинить знаешь какие сказки!
— Можно, — согласился Серёжа Жмурков, нахмурил брови и тут же заулыбался. — Хоть про Курочку Рябу! Снесла курочка яичко. Не золотое, а простое. Вышла из яичка ещё курочка. И снесла за год двести яичек. А из них ещё по курочке. И тоже снесли по двести яичек… Сколько же это курочек получилось?
Он быстро нажал одну за другой клавиши, увидел, как на табло за четвёркой выскочили четыре нуля, засмеялся:
— Сорок тысяч! А они тоже стали нестись! Зачесали в затылке дед и баба: «Это же сколько зерна надо — их прокормить? Попросту не сосчитаешь!» Пошли к электронно-вычислительной машине, спрашивают: «ЭВМ, ЭВМ, а сколько же нужно зёрнышек, чтобы прокормить наших курочек?»
Татьяна Андреевна засмеялась, Колюшка хихикнул, а Жмурков подумал, предложил:
— А можно ещё интересней!
Колюшка приоткрыл рот…
— Решили отправить разведку на далёкую планету и говорят: «Ну-ка, братец МКШ, собирайся в дорогу!» Отправился было МКШ-2, да одумался. Вернулся, говорит: «Туда бы братца помоложе послать. Он поновее да поучёнее. Больше знает, больше может!» Отправили МК-64. Забрался он в космос, полетал, подумал. И тоже говорит: «Нет. Хотел бы и я слетать. Да нужно в такую даль самого молодого, самого нового! Уж он-то любую программу выполнит! Всё сможет. Всё узнает — и в море нырнёт, и по звёздам побегает, всё расскажет…»
Татьяна Андреевна вдруг привстала, хлопнула по парте ладонью:
— А что, давай разработаем программу?! Программу-сказку! Только для всех! Чтобы один в океан нырнул, другой дворец построил, третий к звезде полетел… Всем классом, для всех, а?
— Можно, — сказал Жмурков и улыбнулся: — Выйдут «Сказки дедушки Компьютера».
— Договорились?
— Договорились!
А Колюшка вдруг спросил:
— А можно посчитать на МКШ-2, за сколько времени пароход от Бомбея дойдёт до Владивостока?
— Конечно, можно! А зачем тебе? — поинтересовалась Татьяна Андреевна.
— А там мой папа, на дизель-электроходе. Они чай везут.
— Так ты тоже морской человек! — воскликнула Татьяна Андреевна. — Тогда обязательно сосчитаем.
Она стала нажимать клавишу за клавишей так, словно ей были прекрасно известны и расстояние от Бомбея, и скорость корабля…
Колюшка удивился:
— А откуда вы всё знаете?
Тут Татьяна Андреевна подвинулась, приблизила к нему нос и спросила:
— Видишь, какой у меня белый кончик носа?
— Вижу, — сказал Колюшка, хоть нос был как нос.
— А знаешь это отчего? Оттого что мой муж тоже был моряком, и, когда он уходил в далёкое плавание, мы с сыновьями крепко прижимались носами к замёрзшему стеклу, и смотрели, и ждали, и считали без ЭВМ, сколько миль от Сан-Франциско, сколько от Бомбея, а сколько от Иокогамы… Так что всё это мы знаем без компьютеров. Носами!
Колюшка засмеялся. А Татьяна Андреевна сказала:
— Через месяц твой папа будет дома. — А потом повернулась к Серёже: — А тебе спасибо! Спасибо, и извини, что я на тебя набросилась-напустилась. Никакой ты не Бармалей, а очень полезный человек!
И Небармалей Серёжа заулыбался и стал собирать свои вещи.
Самый счастливый человек
Колюшка подумал, что пора бы уже уходить и ему: на улице всё стало сразу и краснеть, и смеркаться. Снегири давно отправились с рябины на ночёвку. И скоро должна была возвращаться с работы мама…
Но тут в коридоре послышались чёткие громкие шаги, в дверь постучали, и два голоса вместе спросили:
— Разрешите войти?
Татьяна Андреевна вдруг вскрикнула:
— Володя, Андрюшка? — и, раскинув руки, шагнула вперёд.
В класс вошли два высоких солдата. Один ступал ровно, другой — опираясь на палочку. На груди каждого сверкала медаль «За отвагу». А лица солдат были обветрены и обожжены солнцем.
Татьяна Андреевна стала их обнимать и с гордостью заметила, как они окрепли, как выросли и возмужали.
— Откуда же вы, ребята? — спросила она.
— Издалека. С границы, — ответили они разом.
Татьяна Андреевна сразу посерьёзнела…
А на Колюшку так и потянуло тревожным ветерком.
И Колюшка с восторгом и волнением смотрел то на медали, то на раненую Андрюшину ногу.
А Татьяна Андреевна притронулась к палочке, на которую опирался солдат, спросила:
— А это что?
Солдат Андрюша промолчал, а его товарищ Володя сказал:
— Нас прикрыл…
— Ничего… Не в кость, — сказал Андрюша и положил руку товарищу на плечо.
— Родные вы мои! — Татьяна Андреевна вздохнула. — Дорогие! — И вдруг сказала: — А я всегда знала, всегда верила, что мои ребята никогда не подкачают! Всегда знала! Спасибо вам!
— Это вам спасибо! — сказали разом Володя и Андрюша. — Мы вас там всё время вспоминали. Бывало, сидим в горах и вспоминаем, как в походе всем классом у костра кашу хлебали.
— И как картошку пекли!
— И как вы нас ночью своей курткой укрывали, — улыбнулся Андрюша. — Иногда станет холодно, прижмёмся друг к другу и говорим: «Сейчас нас Татьяна Андреевна курткой укроет…»
В классе стало тихо. И Колюшка сразу представил, как гудит в горах ветер, как он тоже сидит у костра, а Татьяна Андреевна укрывает его своей курткой…
Тут Татьяна Андреевна встала и вытерла глаза.
— Спасибо, ребята, спасибо! Знаете, я сегодня, кажется, самый счастливый человек на свете! Представляю, какие счастливые сегодня ваши мамы.
Сверкая медалями, Володя и Андрей виновато улыбнулись:
— Мамы ещё не знают…
— Как не знают?!
— Мы ведь сюрпризом, а они на работе. Видим, у вас окошко засветилось, и — сюда! На огонёк. — И они оглядели класс. А Володя погладил рукой парту. Наверное, свою, родную.