Дип-склероз
Шрифт:
— В каком еще ночном дозоре! — взрывается Маньяк. — В одиннадцать часов утра!
Грызун пожимает плечами:
— Ну, тогда в Дневном…
Шуркин горшок со свистом рассекает воздух, но крыса-адмирал успевает увернуться и нажать на столе какую-то кнопку. Пол проваливается из-под наших ног. Падаем в густой туман, теряю Шурку из виду. Только по отчаянным ругательствам понимаю, что он где-то рядом. Зукины тапочки по-прежнему не работают.
Удар. Вопль Маньяка.
Ой-ой-ой… Мы приземлились на что-то чертовски твердое. Мотаю головой. Туман рассеялся. Где это мы?
Оглушительный леденящий хохот над головой. Голос, словно гудок тепловоза:
— Ага! Незаконное использование лицензионного продукта!
Запрокидываю голову и чувствую, как шевелятся на ней волосы. Мама родная!
Гигантская бронзовая физиономия ухмыляется:
— Нарушение права собственности компании «Майкрософт»…
Да ведь это же статуя Билла Гейтса работы скульптора Церетели! (На месте Гейтса я бы давно подал в суд на Церетели.) Но, что хуже всего, мы с Шуркой словно два таракана барахтаемся на ладони сорокаметрового монстра!
— …карается в соответствии с законодательством США и международными соглашениями!
Вторая ладонь статуи многотонной тяжестью обрушивается сверху. Глубина, глубина, я не!.. О-ой… Теперь понимаю, что чувствуют тараканы…
Мы стащили шлемы, переглянулись и, не говоря ни слова, оба направились к холодильнику. Осушив две последние бутылки пива и вновь обретя способность к логическому мышлению, рухнули на диван.
— Похоже, пока вариант с Писателем отпадает.
— Угу, — кивнул Шурка. — После Дневного Дозора он наверняка отправится куда-нибудь на Холодные Берега или вздумает нанести Осенний Визит в пивной ресторан. Сегодня ему явно не до нас.
— Что ты предлагаешь?
Маньяк почесал затылок:
— Ну, для начала… Сгонять за пивом!
Я в сердцах выругался:
— Ты можешь хоть пять минут думать о серьезных вещах!
Шурка пожал плечами:
— Я серьезен, как винвордовский хелп! Все равно без Писателя это дело не поднять!
— Давай рассуждать логически. От кого все неприятности в глубине?
Маньяк хмыкнул:
— Ну это каждый знает. От Димы Дибенко.
— Значит, почти с полной уверенностью можно сделать вывод, что и в нашем случае без него не обошлось.
— Ну конечно. Ни одна гадость без него не обходится. Только что это меняет для нас?
— Ты, помнится, говорил, что у тебя обширные связи в хакерском мире?
— Еще бы! — с гордостью выпятил грудь Маньяк.
— По-моему, нам пора кое с кем встретиться!
deep.
Ввод…
Такси доставляет нас на глухую окраину Диптауна.
Иду вслед за Маньяком и оглядываюсь по сторонам. Никогда раньше не бывал в этом районе.
Да. Похоже, здесь поработали настоящие профессионалы пространственного дизайна. Тут и там заботливо прорисованные выбоины в асфальте, обширные лужи, кучи мусора… А вон тот дом — просто шедевр! Полное впечатление, что он вот-вот развалится. Узнаю неподражаемый почерк отечественных мастеров. Разве какой-нибудь занюханный американец сумел бы так точно передать блеск грязи поперек разбитого тротуара!
Вдоль покосившихся заборов и обшарпанных стен — размашистые надписи. Большей частью — нецензурные. Самая популярная, повторяющаяся в разном исполнении: «„Майкрософт“ — на…!» Количество восклицательных знаков в конце — от одного до десяти — видимо, в зависимости от степени переполнявших автора чувств.
Попадаются и более спокойные пожелания, типа «Гейтса — на мыло!» и «Долой провайдеров!» Есть и простая констатация фактов, например: «Билл — дебил!» или «Винда — дерьмо!»
Маньяк шагает вперед, не обращая внимания на всю эту художественную роспись. Похоже, он бывал здесь не один раз. Ловко перескакивает через лужи, ни разу не замочив Зукины тапочки, привычно обходит самые грязные места.
— Здесь! — машет он рукой.
Осторожно ступая по кирпичикам, переходим через громадную лужу и оказываемся перед одноэтажной хибарой с какими-то закопченными окнами. Вход украшает покосившаяся вывеска: «НАД УБИТЫМ ВИНТОМ».
Внутри это заведение выглядит ничуть не привлекательнее. Чувствуется тонкий художественный вкус и строго выдержанное стилистическое единство: грязные столики, колченогие табуреты, за стойкой — мрачный бармен с опухшей физиономией, покрытой недельной щетиной. Под глазом — замечательно прорисованный синяк.
Маньяк, нисколько не смущаясь, с порога кивает бармену:
— Привет. Дос у себя?
Тот хмуро косится в мою сторону. Улыбаюсь как можно более приветливо:
— Здрасьте!
— Что будете заказывать? — равнодушно интересуется бармен.
Шурка нетерпеливо барабанит ладонью по стойке:
— Ты что, не узнаешь? Дос мне нужен!
— Не знаю. Заказывайте, ждите. Может, и появится, кто вам нужен.
— Пожалуйста, две бутылки «Будвайзера»! — торопливо вмешиваюсь, чтобы разрядить обстановку.
— Нет «Будвайзера».
— Ну… тогда «Гиннесса».
— Тоже не держим.
Это даже интересно.
— А что же есть?
— Разливное «Жигулевское». Правда, не очень свежее. Но пить еще можно.
Вот это здорово! Честно говоря, еще ни разу не пробовал прокисшего виртуального пива.
Присаживаюсь за стойку. Антисанитарию они тут развели! Смахиваю на пол рукавом несколько крохотных орков.
Хотя, конечно, есть в этом и моя вина. Когда два года назад я насквозь дырявил глубину Шуркиным «Варлоком» — совсем не думал о последствиях. Ладно там «Лабиринт Смерти». Я ведь тогда и «Варкрафт» зацепил. Дырку-то быстро залатали, но эта пакостная мелочь успела разбежаться по всей глубине. Заняла экологическую нишу тараканов. И главное, ни один вирус их не берет. Единственное, что помогает, так это естественные враги. То есть эльфы. Но, похоже, в этом заведении на эльфах экономят.