Диггер
Шрифт:
Снегирев привел группу в совершенно непримечательный двор. Людей вокруг еще не было, лишь одинокий прохожий шарахнулся от них в сторону и постарался побыстрее скрыться.
— Отсюда, — многозначительно произнес Женя, — мы и начнем нашу необыкновенную экскурсию.
Все стали с удивлением оглядываться. Тем временем Снегирев подошел к малоприметному коллектору и крикнул Глебу:
— Глебыч, помоги поднять крышку.
Журналист немедленно кинулся на помощь, и они аккуратно сняли крышку.
— Теперь, дорогие друзья, попрошу минуточку внимания! — важно сказал Снегирев. — Спуск под землю — это вам не прогулка по Арбату. Нужно быть предельно внимательными и осторожными. Под землей, как вам известно, проходит множество различных коммуникаций, поэтому ничего не трогать и без моего ведома никуда не соваться! А то получится, как с тем пропавшим диггером…
— С каким-таким пропавшим диггером? — спросила девушка.
Как оказалось, ее зовут Маша.
— Расскажу чуть позже! — произнес Женя. — А пока включаем фонарики и спускаемся за мной шаг в шаг. Глеб, ты замыкающий! Крышку за собой задвинешь, а то, не дай бог, кто-нибудь в коллектор провалится.
После этого Снегирев быстро нырнул в колодец. За ним последовали ребята, затем, пододвинув ближе крышку, стал спускаться Глеб. Он нащупал ногой скобы, вмонтированные в стенку коллектора, прочно встал на них и натащил на себя крышку люка. Сразу стало темно. Лишь под ногами мерцали огоньки фонариков. Жорик, на удивление, вел себя очень спокойно. Лишь изредка он переминал лапы да высовывал из рюкзака голову, чтобы отдышаться.
Экскурсанты спустились в небольшую комнатку, сплошь утыканную вентилями и трубами.
— Отсюда придется карабкаться через узкий лаз, — предупредил Снегирев. — Рюкзаки и сумки берем в руки и толкаем перед собой!
Он снял свой походный рюкзак и первым скрылся в отверстии за вентилями. За ним потянулись ребята. Глеб замялся. Он никак не мог представить, что бедного Жорика нужно куда-то пропихивать.
— Ну, чего застрял?! — раздался окрик из лаза. — Так мы никогда до «Волоколамки» не доберемся!
— Иду! — промямлил журналист.
Он снял рюкзак и аккуратно просунул его в отверстие. Как и говорил однокурсник, проход оказался очень узким. Парень с трудом полз по нему, периодически подталкивая рюкзак. Внезапно тот как-то обмяк. Глеб догадался, что Жорик покинул временное пристанище и куда-то сбежал.
— Жека! — крикнул он. — Мой кот удрал из рюкзака!
— Да успокойся! — раздался голос друга. — Тут он! Должен заметить, что по тоннелям он карабкается куда ловчее тебя.
— Слава богу! — выдохнул журналист. — Не придется перед дедом Матвеем отчитываться за пропажу любимца.
Он с воодушевлением пополз дальше. Наконец лаз расширился, и Глеб выбрался в еще одно небольшое помещение. На этот раз здесь были кабели различной толщины и цветов. Ребята во главе со Снегиревым терпеливо дожидались журналиста. Маша держала на руках кота, который тарахтел, как холодильник.
— Сейчас нужно будет по кабелям спуститься, — произнес Женя. — Поэтому, Глеб, засовывай своего питомца обратно в рюкзак. Иначе провалится в шахту, а оттуда назад пути нет.
Журналист кивнул, забрал Жорика из рук девушки и посадил его в рюкзак. Затем для верности он закрыл рюкзак на замок, оставив лишь небольшую щелочку. Тем временем Снегирев начал спуск. За ним последовали экскурсанты. Замыкал шествие, как обычно, Глеб. Спуск прошел без каких-либо происшествий.
Дальнейшая дорога ничем не отличалась от начального этапа: те же лазы, те же спуски и комнаты с вентилями, трубами и кабелями. Внезапно тоннель, по которому пробиралась группа, расширился, и вдалеке показался свет.
— Свет! Я вижу свет в конце тоннеля! — закричал кто-то из ребят.
Все засмеялись.
— Мы почти на месте, — заметил Женя. — Это и есть станция-призрак.
— Неужели «Волоколамская»?! — ахнула Маша.
— Она.
— Но она так ярко освещена!
— Так на ней работы ведутся. Говорят, что если не в этом, то в следующем году точно откроют.
Экскурсанты прошли последние несколько десятков метров и вышли на огромную платформу.
— Здесь мы отдохнем полчаса, а потом отправимся в обратный путь, — сказал Снегирев. — Сейчас можете осмотреться, но ни в какие тоннели не соваться! Это приказ!
Экскурсанты тут же поснимали с себя рюкзаки и сумки, побросали их на пол, выключили фонарики и отправились вдоль платформы, радостно что-то обсуждая.
— Эх, молодежь! — усмехнулся Снегирев.
Он присел на корточках возле сумок и кивком показал Глебу садиться. Журналист не дал себя долго упрашивать. Он лишь скинул рюкзак, выпустил из него Жорика и пристроился рядом с товарищем. Кот стал крутить головой по сторонам и принюхиваться.
— Чего это он? — удивился Женя. — Нюхачом, что ли, работает?
— Что-то вроде того. Он же слепой, так у него нос вместо глаз служит.
— Понятно. Ну, как тебе наша первая вылазка? Кстати, с почином тебя!
— Спасибо! Очень интересно.
— Так чего же ты с пацанами не побежал станцию осматривать? Как-никак — «призрак»! С 75 года прошлого века простаивает.
— А чего осматривать-то? Ну, колонны! Ну, бетон! Ну, рельсы! Коробка коробкой!
— Эх, Глеб, не романтик ты! А как же «прикоснуться к живой легенде»? Тут столько про эту станцию баек ходит.
— Кстати, а где рабочие? А то придут, а тут — мы! Скандал будет.
— Не будет. У меня договоренность.
— А… раз так, то отлично!
В этот момент подбежала улыбающаяся Маша.
— Спасибо, Евгений! — радостно воскликнула она. — Это такое счастье — побывать здесь еще до открытия!
— Вот, учись кайф от жизни ловить! — указывая Глебу на девушку, заметил Снегирев. — А то заладил… колонны, бетон, рельсы… Счастье это, понял?!
— Да понял, понял, — усмехнулся журналист.