Чтение онлайн

Многие наблюдения автора целесообразнее отметить при комментировании конкретных вопросов и отдельных глав Хроники, что мы и старались сделать в замечаниях к русскому переиоду. Важнее остановиться на некоторых общих чертах исследования и сказать о месте его в историографии.

Не только для литературоведа, ко и для историка интересным является экскурс автора в лабораторию хрониста раннего средневековья, создавшего эпические образы отечественной истории. Мы впервые можем получить целостное впечатление об отношении Видукинда к античной традиции и средневековой литературе. Несомненную ценность представляет новая попытка реконструкции [16] первоначальной редакции Хроники, наблюдения и выводы относительно биографических данных хрониста и отношения последнего к своим современникам. Не все выводы автора убедительны 67 , иногда, как нам представляется, они перегружены деталями, повторяющими рассуждения предшествующих исследователей (например, М. Геррманна). Не всегда убеждает полемика с историками вопроса 68 , тем не менее автор достигает главной своей цели: воссоздать образ Видукинда не только как историка, но и как художника и мыслителя. Добрая треть всей монографии отведена анализу духовного мира, политических идей и исторической концепции Видукинда 69 . В этой наиболее насыщенной части исследования, мы обнаруживаем много ценного: интересные наблюдения относительно освещения конкретных фактов и действующих лиц политической истории Саксонии Х в. 70 , сопоставление «Деяний саксов» с современными им историческими памятниками, например «Деяниями Оттона» известной поэтессы Гротсвит 71 , и др.

Однако в главном, как нам представляется, Г. Беуманн сделал шаг назад по сравнению со своим непосредственным предшественником - М. Линтцелем. Автор стремится найти ключ к историческому мировоззрению и политическим взглядам Видукинда не в объективной обстановке, не в социальной принадлежности хрониста, а в области развития идей, стараясь утвердить тезис об идеальном, надысторическом отношении Видукинда к государству, к господствующей династии, к соседним народам 72 . Наиболее четкое выражение этот подход Г. Беуманна нашел в его главном тезисе — в утверждении, что и содержание и саму структуру «Деяний саксов» пронизывает идея надклассового мира, который государственная власть, в силу предопределения свыше, не только имеет право, но и обязана насаждать как внутри, так и вне государства 73 . Автор отходит, таким образом, от прогрессивных традиций немецкой историографии и оказывается в плену идеалистических и мистических построений.

Диаметрально противоположный подход к анализу «Деяний саксов» обозначился в немецкой марксистской историографии, в кругах историков ГДР. Материалистический подход к вопросу сформулировал проф. Эрих Доннерт при своем общем сопоставлении позиции Видукинда с его предшественниками и последователями в области хроникерства. Э. Доннерт проследил значение рассмотренных им хроник для характеристики славяно - германских [17] отношений 74 . Автор подчеркнул, что до сих пор отсутствует исследование «Деянии саксов», основанное на принципах исторического материализма 75 . В результате наблюдения над Хроникой Видукинда и анализа отношения автора «Деянии саксов» к германо - славянской проблеме Э. Доннерт пришел к заключению, что «сообщения Видукинда о славянах являются... идеологическим оправданием феодальной экспансионистской политики по отношению к славянам, проводившейся саксонской аристократией и двумя первыми государями из династии Оттонов» 76 .

В марксистской историографии отсутствует специальное исследование «Деяний саксов». Однако марксисты ГДР создали реальные предпосылки для такой работы. Большое значение имеют результаты их изучения проблемы формирования раннефеодального Германского (Немецкого) государства. Мы имеем в виду исследования Г. Бартмусса 77 и Мюллера - Мартенса 78 . Несмотря на дискуссионность некоторых положений в работах указанных авторов, богатый фактический материал н марксистская его интерпретация дают возможность использовать их для комментариев к нашему переводу 79 .

«Деяния саксов» нашли широкий отклик за пределами своей страны и стали предметом внимания историографии в соседних странах. И хронисты средневековья, и историки нового времени во Франции, Польше, Чехословакии, Венгрии проявили большое внимание к «Деяниям саксов». Историографическое наследие здесь не имело столь большой традиции, как в Германии, однако некоторые труды историков этих стран существенно дополняют немецкую историографию. При анализе генезиса исторических взглядов Видукинда заслуживает внимания работа французского историка Р. Фольца 80 . Давая очерк развития имперской идеи в Европе Х—XI вв., автор проследил эволюцию двух ее форм: «неримской» и «римской» 81 . Он убедительно показал значение традиции Франкского государства в развитии имперской идеи государств, образовавшихся на развалинах империи франков. Интересно своеобразие развития имперской идеи в Саксонии при династии Людольфингов, особенно при Оттоне I. Автор заметил, [18] что интерпретация понятия империи у Видукинда определила ту антипатию, которая существовала в Саксонии но отношению к попыткам папы Иоанна XII рассматривать империю Оттона I как орудие своей политики. Наблюдения Р. Фольца дают дополнительный материал для анализа взглядов Видукинда.

Значительно большее значение имеют работы польских и чешских историков, специально остановивших свое внимание на «Деяниях саксов».

Большое место Видукинду уделено в польской историографии, что объясняется ценностью фактических сведений хрониста по истории полабских славян и по истории польско - немецких отношений раннефеодального периода. Видные польские медиевисты посвятили специальные статьи и даже монографии анализу сведений Видукинда по отдельным вопросам. Внимание привлекли данные, например, о загадочном племени «лицикавиках» 82 , об освещении Видукиндом деятельности Вихмана 83 , а также другие мотивы 84 . Результаты исследований польских медиевистов представляют большой интерес, поскольку существенно корректируют наблюдения немецких историков и помогают осмысливать отдельные сведения.

В послевоенный период польский историк М. Едлицкий начал подготовку польского издания Хроники Видукинда. К сожалению, замысел не был осуществлен из - за кончины автора 85 .

Сведения Видукинда о политике Генриха I и Оттона I по отношению к Чехии были предметом тщательного изучения чешских историков. Все чешские медиевисты использовали сведения Видукинда при анализе чешско - немецких отношений Х в. 86 Анализ чешскими историками сведений Видукинда о Чехии Х в. 87 представляет значительный источниковедческий интерес. [19]

Венгерские медиевисты использовали данные хрониста о немецко - венгерских отношениях. Большое значение имеют данные о Лехвельдском сражении 88 .

Остается сказать о степени изученности «Деяний саксов» в русской историографии.

В дореволюционной русской историографии интерес к «Деяниям саксов» проявляли преимущественно слависты, касавшиеся истории полабских славян, Чехии и Польши Х в. 89 Исследование Хроники Видукинда отсутствовало. Интерес к изданию наиболее важных мест из «Деяний саксов» проявил профессор Петербургского университета И. М. Стасюлевич (1826—1941) в своей хрестоматии но истории средних веков 90 . Вплоть до настоящего времени его перевод отдельных частей Хроники Видукинда — самый значительный в хрестоматийной литературе. Опубликованы его русские переводы частей I и II книг «Деяний саксов». Можно согласиться с мнением, что для своего времени хрестоматия И. М. Стасюлевича была «ценным собранием впервые переведенных на русский язык источников и пособием по историографии» 91 . С научной точки зрения перевод Стасюлевича не может удовлетворить современного читателя.

Главное — его перевод не полон, в основном дан в форме вольного пересказа. Совсем отсутствует III книга, взамен дан очень краткий пересказ 92 . Многие главы I и II книг сокращены 93 . Некоторые главы соединены в одну 94 , язык перевода архаичен, нередко дается вольный перевод с заменой залога, времени и даже лица, от имени которого ведется рассказ. Комментарий терминов отсутствует. Отдельные замечания к упоминаемым в Хронике фактам и действующим липам свидетельствуют, что даже немецкие издания «Деяний саксов», существовавшие ко времени русской публикации И. М. Стасюлевича, не были использованы автором.

Еще меньшая часть Хроники опубликована в дореволюционной хрестоматии, составленной Д. Н. Егоровым 95 . [20]

Советские медиевисты уделили внимание Видукииду п связи с изучением феодальной немецкой экспансии в славянские страны в Х в., дав классовую характеристику сведениям Видукинда по этому вопросу 96 . Краткую источниковедческую и историографическую справку о «Деяниях саксов» дали в своих общих курсах О. Л. Вайнштейн и А. Д. Люблинская 97 .