Девочка Лида
Шрифт:
Внезапная мысль мелькнула в голове Лиды, и сердце неровно забилось.
Лошади стали перед воротами.
Лида быстро и крепко обняла Леву, соскочила с подножки и побежала одна к воротам.
– Грибки позабыла! Кошелку-то захвати!
– кричала ей вслед Матрена.
Лида ничего не слыхала. Замирая и вздрагивая от волнения, бежала она по дощечкам от ворот к крыльцу. В голове шумело, и сердце стучало так, что больно было в груди.
Парадная дверь не заперта. Отворила дверь в переднюю, - в передней беспорядок, сундуки, дорожные вещи. В светлой зале мелькнуло светлое платье...
– Мама! Няня!..
– пронесся по всему дому рыдающий крик.
В каких объятиях очутилась Лида! Какие родные, нежные руки обхватили ее больную головку! Какие поцелуи покрыли лицо!
– Няня, где ты?
Лида повисла на шее няни.
Несчастливый, мучительный день закончился полным счастьем. Сколько было радости и слез, смеху и поцелуев и общего гвалта, про то не рассказать. Мама вернулась неожиданно; даже папа не ожидал ее. Даже с тетиного лица весь вечер не сходила улыбка.
Давно, три месяца, не было такого уютного чайного стола. Тетя тотчас же уступила Милочке место за самоваром, и Мила хозяйничала неторопливо и искусно, будто маленькая тетя. Доели недоеденный на прогулке десерт. Разгулявшийся Женька залез в высокое креслице подле мамы и все ловил поцеловать мамин пальчик.
Один только папа расслышал, как большие часы в зале пробили одиннадцать. Пора было спать. Мама устала с дороги, а дети - после прогулки.
– Никто не устал, папа, право, - пищали дети.
Но папа ничего не захотел слушать и велел Дмитрию гасить лампы.
В доме стало темно и тихо. Внизу давно улеглись спать взрослые, и часы пробили половину после двенадцати, а наверху в детской еще не все спали.
Старая няня сидела в своем старом кресле.
На коленях у няни, завернувшись в ее кофточку, босая и в одной рубашонке, сидела Лида.
Лида что-то рассказывала няне, что-то шептала, потом умолкала, потом снова рассказывала и снова умолкала. Им было хорошо молчать вместе.
Няня не забыла зажечь лампадку. Длинный огненный язычок выглядывал из-за красного стеклышка и освещал комнату, спящие головки детей по подушкам, седую голову няни... Лида крепко прижалась к няне беспокойной, бедовой головушкой. Кончились ли теперь, надолго ли прошли все ее беспокойства и беды?..
Е.Аверьянова
Иринкино счастье
I
Познакомились они еще детьми.
Леве было четырнадцать, а Иринке семь лет.
Вот как они встретились.
– Дарья Михайловна!
– спросил однажды Лева у своей учительницы гимнастики.
– У вас сколько детей?
– Да всего одна только Иринка; стойте прямо, Левочка!
– Только одна, а сколько ей?
– В прошлом месяце семь минуло, да будет вам болтать-то, смотрите, опять левое плечо опустили, возьмите палку!
– А хорошая она у вас, Иринка?
– немного погодя спросил Лева.
– О своих трудно судить; кажется, хорошая, мы ее все Черным Жуком называем!
– Черным Жуком, как странно, почему же Черным Жуком?
– Полезайте на лестницу, Левочка, потом поговорим.
Мальчик взобрался на лестницу, но, очевидно, сегодня он не был расположен заниматься гимнастикой.
– А что, Черный Жук тоже делает гимнастику?
– Тоже делает.
– А Иринка послушная?
– О да, очень послушная и, главное, на редкость правдивый, открытый ребенок!
Дарья Михайловна долго крепилась, стараясь оставаться сдержанной во время урока, но, по-видимому, Лева задел ее чувствительную струнку, и кончилось тем, что она увлеклась-таки расспросами мальчика и начала подробно описывать свою Иринку; а Лева, совсем не по правилам, свесился с лестницы одним боком и теперь с большим интересом, внимательно слушал ее.
– Недавно, знаете, просто смех с девчонкой!
– говорила Дарья Михайловна.
– Одна знакомая дама жаловалась при ней на свою дочь, что та потихоньку какую-то книгу прочла; Иринка была ужасно возмущена; степенно так сложила ручки, лицо серьезное, и покачивает эдак головкой: "Какая же, мама, она нечестная, какая нечестная!" И говорит так это важно, знаете, мы даже все удивились.
– Нечестная, нечестная!
– повторил несколько раз в раздумье Лева. Мальчик был сам чрезвычайно правдив, и этот маленький рассказ про Иринку очень заинтересовал его.
– Приведите ее когда-нибудь к нам, Дарья Михайловна!
– Хорошо, когда-нибудь приведу, да только что она будет делать, ведь у вас маленьких в доме нет.
– Я сам займусь с нею, мою коллекцию бабочек покажу, непременно приведите!..
С тех пор Лева постоянно расспрашивал про Иринку, и каждый раз, когда Дарья Михайловна приходила на урок гимнастики, он прежде всего осведомлялся:
– Как Черный Жук поживает?
– И затем посылал ей то коробочку, то какую-нибудь картинку, а то и просто пару леденцов, бережно завернутых в бумажку.
– Непременно передайте, Дарья Михайловна, вы скажите ей, что от меня, только не забудьте, пожалуйста!
И Дарья Михайловна очень добросовестно исполняла поручения мальчика и искренно благодарила его за внимание к своей маленькой дочурке.
Скоро и Иринка уже знала, что у мамы есть ученик Лева Субботин, который посылает ей приветы и всегда расспрашивает о ней.
Девочка в свою очередь начала посылать ему картинки, но только за неимением готовых она рисовала их сама на больших листах белой бумаги.