Деньги
Шрифт:
Теперь наука установила, что много тысяч лет после своего появления люди обходились без денег. Им не нужны были деньги в те далекие времена, когда ничто не продавалось. Они брали у природы все необходимое.
Можно ли представить себе семью, в которой внучка продает бабушке одеяло и на полученные деньги покупает у матери лишний стакан киселя? Так не бывает. Имущество и пища в семье общие, хотя у каждого есть и личные вещи.
Так было и в первобытном обществе, пока люди жили племенем, родом, общиной. Каждый делал, что мог. Тем, что давал труд, пользовались все на равных правах. Собственность была общей. Инстинкт, а потом сознание подсказывали людям, что они не могут жить друг без друга. Человек в одиночку слаб, вместе с другими он может сделать все.
Вначале все члены рода занимались одинаковым трудом: совместно охотились, ловили рыбу, собирали плоды и коренья…
Любое из этих занятий требует много сил, навыка. Невозможно делать все одинаково хорошо. Если разделить труд, все пойдет иначе, каждый будет совершенствоваться в своем деле. Труд станет производительнее: затраты сил и времени меньше, продуктов – больше. Люди бессознательно использовали преимущество, которое им давала жизнь обществом. Постепенно появилось разделение труда. Сперва между людьми разного пола и возраста: мужчины занимались охотой, женщины готовили пищу, заботились о детях и жилище. Когда стоянку приходилось переносить в другое место, женщины и подростки тащили на себе имущество, запасы пищи и давали возможность мужчинам продолжать охоту, не отвлекаясь другими делами.
Человек видел постоянное обновление природы: падает перезревший плод, попадет семя в землю – и вырастает новое растение. Уронил сам человек съедобное зерно, втоптал в землю – полежало зерно в земле и вытянулось в былинку, опушилась былинка колосом – появились новые зерна.
Трудно, медленно рождалась из этих наблюдений важная догадка, а из догадок знание; человек постигал основы земледелия. Подражая природе, он заделывал в землю зерна, и земля сторицей воздавала ему за труд.
Не раз, возвращаясь с добычей, охотники приводили с собой звериных детенышей. Повинуясь инстинкту, ни за что не хотел малыш отстать от матери, хоть и убитой. Он чуял ее запах и слепо следовал за человеком.
И человек порой оставлял зверят при себе. Чаще всего, чтобы съесть потом, когда неудачной будет охота.
В конце концов, человек понял, что можно всегда иметь под рукой и мясо и молоко, не зависеть от случая. Он принялся вылавливать животных и, приручая их, обеспечивал себя сытной пищей.
Так к прежним занятиям людей прибавилось скотоводство.
Шло время, и природа все больше покорялась человеку. Он научился владеть огнем: выжигать леса, плавить руду, чтобы добыть металл, обжигать глину, чтобы делать посуду… Он усовершенствовал орудия лова рыбы, научился выращивать съедобные растения, не только приручать, а и разводить животных.
Кроме того, некоторые животные помогали ему в работе: переносили грузы, возделывали землю под посевы. Прирученная лошадь позволила с недосягаемой раньше скоростью преследовать зверя.
Разделение труда увеличило связь людей между собой: каждый дополнял друг друга. Но имеете с тем это, и разъединяло: земледелец был привязан к своему полю. Скотовод, наоборот, должен был все время кочевать в поисках пастбища. Охотник в погоне за зверем тоже уходил далеко от места, где родился.
А разделение труда все развивалось.
Уже не отдельные члены рода, а целые общины специализировались в какой-нибудь отрасли производства: там, где земля свободна от леса, общины занялись земледелием и скотоводством, жившие ближе к лесу – охотой.
Со временем скотоводство отделилось от земледелия, а затем в самостоятельный вид производства выделились и ремесла. Труд стал более производительным. Появились земледельческие орудия, скот все больше использовался для обработки земли. Там, где раньше нужна была работа нескольких: человек, управлялся один. Этот один мог теперь самостоятельно, индивидуально вести свое хозяйство, а значит, и владеть им. Появилась частная собственность.
Может ли горшок превратиться в барана?
У гончара много звонких глиняных горшков. Но все они пусты, а из пустой посудины не поешь. Чтобы насытиться, нужны мясо, масло, хлеб…
У скотовода мяса вволю. Зарежь овцу, и пищи хватит на несколько дней. Но в чем сварить мясо, сделать похлебку, в чем держать запас воды, зерна? Не обойтись без горшка.
Берет гончар свой товар, идет к скотоводу, и… горшок превращается в барана.
Чудо совершилось путем простого обмена. Оба удовлетворены: скотовод получил посуду, гончар – пищу.
Кочует со своим стадом пастух с места на место, много земли обойдет и постепенно наменяет все, что ему нужно: зерна, вина, рыбы, масла, ножей… И других снабдит своими товарами: кудрявыми овцами, круторогими быками, тучными коровами, а значит, мясом, молоком, шерстью, кожей, рогами, костями…
И земледельцы свои товары меняют, и охотники, и рыбаки…
И всякий раз при обмене совершается маленькое чудо: хлеб превращается в топоры, кожи – в лук и стрелы, рыба – в лодку…
< image l:href="#"/>Самые разнообразные товары меняют люди. Но не странно ли, почему за одну бочку дают два топора, за крошечную жемчужинку – огромного быка, за кучку пороха – слоновый бивень?.
Сходство непохожего. Застывший труд. Сколько нужно людей, чтобы очинить карандаш?
Ничем не похожа неуклюжая бочка на изящные часы, кирпич на автомобиль, калоша на скрипку, радиоприемник на детскую соску.
И все-таки они одинаковы! Все эти предметы – застывший человеческий труд.
Труд творит чудеса.
Несчетное количество лет лежала руда в недрах земли. Приложил человек к ней труд и получил сталь. Из стали сделал трактор и плуг, локомотив и рельсы, перья и струны.
Приложи труд к простому дереву, и оно превратится в дом и мебель, скипидар и канифоль, спирт и деготь. Даже из воздуха можно сделать удобрения для полей и десятки других химических продуктов.
В самом сложном и самом простом предмете незримо застыл труд многих людей.