День Прощения
Шрифт:
Похоронив мать, Тейео дал вольную всем рабам семьи, переписал на них поместье, продал на аукционе фамильные ценности и уехал в столицу. На встрече со Старой Музыкой он узнал, что Солли тоже приехала в посольство. Рега нашел ее в небольшой кабинете правительственного особняка. Она выглядела более зрелой и элегантной, хотя и немного усталой. Визит Тейео удивил ее, но она и шагу не сделала, чтобы подойти и поприветствовать его. Вместо этого Солли тихо сказала:
— Меня отправляют на Йеову. Первым послом Экумены.
Он стоял и молча смотрел на нее.
— Я только что беседовала с главой нашей миссии на Хайне…
Она закрыла лицо руками.
— О Боже! Что я говорю?
— Прими мои поздравления, Солли, — сказал он и повернулся к двери.
Она подбежала к нему, обвила руками его шею и заплакала:
— Ах, милый. Я только сейчас узнала, что твоя мать умерла. Прости меня. Я никогда… Никогда… Я думала, мы будем вместе… Что ты собираешься делать дальше? Хочешь остаться здесь?
— Я продал всю свою собственность и теперь свободен, как птица, — ответил Тейео.
Ему хотелось прижать ее к своей груди, но он сдержался.
— Думаю вернуться на службу.
— Ты продал свое имение? А я даже не видела его!
— Я тоже не видел тех мест, где ты провела свою юность.
Наступила неловкая пауза. Солли разжала свои объятия и отошла от него. Они растерянно посмотрели друг на друга.
— Ты придешь еще? — спросила она.
— Приду, — ответил Тейео.
Через несколько лет Йеова вошла в союз Экумены. Посланница-мобиль Солли Агат Терва была направлена на Терру, а позже отозвана на Хайн, где, получив ранг стайбаиля, служила в дипломатическом корпусе союза. Во всех командировках и путешествиях ее сопровождал супруг, красивый и представительный мужчина, отставной офицер уэрельской армии. Люди, знавшие их достаточно близко, всегда поражались страстной нежности, гордости и верности этой пары. Солли часто говорила, что она одна из самых счастливых женщин на свете. У нее была прекрасная работа, награды за труд и любимый муж. Да и Тейео не выглядел печальным. Конечно, он скучал по своей далекой планете, но хранил твердость духа ради благородной цели.