Чтение онлайн

– Не жнаю, – продолжала Катя. – С детштва шкальпелем точу. – Она пожала плечами. – Папа научил.

Папа у нее был хирургом. Я его знал со школьных времен. Правда, с некоторых пор мы общаться перестали. Недолюбливал покойный Евгений Петрович Савицкий своего зятя. Да и теща не жаловала. И, прямо скажем, было за что.

Кстати, скончалась Ирина Владимировна совсем недавно, зимой, сразу после Катиного выкидыша – не выдержало сердце от боли за дочь. Ведь только о будущем внуке и говорила, только на него и молилась…

Катя вытащила палец изо рта. Ранка мгновенно налилась кровью.

– Блин! – сказала Катя. – С утра непруха. Зеркальце разбила, когда на кухне красилась. Тебе мешать не хотела, ты так сладко спал! А теперь вот еще и палец раскроила.

Я взял ее ладонь и поцеловал ранку. Потом открыл висящую на стене аптечку и достал пузырек с биоколлоидом и тампон.

Через пару мгновений обработанный порез уже не кровоточил.

– Хотя сегодня грех на судьбу жаловаться! – воскликнула Катя. – Если бы всякий раз мы получали такие авансы, я бы только и делала, что зеркальца разбивала да пальцы резала!

– Не надо, – серьезно сказал я. – Пошли лучше потратим часть аванса на полновесный обед.

– Хорошо, Вадик, – ответила она. И поправилась: – Хорошо, Макс!

Она называла меня первым именем все реже и реже, но иногда еще забывалась. Однако я ее не корил.

– Ты знаешь, Вовчику наш клиент не понравился.

– Мне – тоже. Но нам ведь с ним детей не крестить… – Она осеклась и встала из-за стола.

Я подошел и обнял ее. И мы постояли так, молча, слушая стук наших сердец.

– Ладно, пойдем, – сказала наконец Катя. – Хотя стоит ли уходить обоим? Вдруг еще клиенты появятся…

– Мура! – оборвал я ее. – Другие клиенты нам сейчас противопоказаны. Такие авансы надо отрабатывать серьезно, так что у нас вряд ли будет время на других клиентов.

Мы заперли офис, предупредили Вовца, что вернемся максимум через час, и двинулись к лифту.

Кафе, в котором мы время от времени обедали и куда направились и сейчас, находилось прямо в Вавилонской башне, на первом этаже. Конечно, свиных ребрышек по Фрицу Бреннеру нам не подали. Подали, правда, все-таки свинину – эскалоп в соусе «Краснодарский» со шляпками маринованных белых грибов, – но Ниро Вульфу бы она вряд ли приглянулась. Однако Катя об этом не догадывалась, а я поставил себе задачу не вспоминать, и успешно справился с этой задачей, и мы уписывали эскалоп за обе щеки да так, что за ушами трещало. Зато главное было по Стауту – о делах мы не разговаривали. Я только сказал, что наконец-то загрузил своего сетевого агента серьезной работой. Катя в очередной раз высказала мнение, что программа достаточно хороша, начальные установки при инсталляции произведены грамотно, и Поль наверняка окажется на высоте.

– Или ты не веришь, что я способна инсталлировать программу? – закончила она.

– Верю, – сказал я. – Твоими бы устами да мед пить.

– Мед пить будет Поль, – поправила меня Катя. – Вот увидишь.

Время увидеть пришло быстро – как только мы вернулись в офис. Едва я вошел в кабинет и сел за стол, видеомаска сетевого агента возникла перед столом.

– Задание выполнено, – доложил Поль. – Обнаруженная информационная база скопирована и систематизирована. Анализ связей произведен.

– Давай результаты, – сказал я.

Голова Поля трансформировалась в триконку дисплея, потом изображение видеомаски возникло в левом верхнем углу триконки.

– Высшие руководящие органы компании «Бешанзерсофт» насчитывают тридцать два человека. В совете директоров семь человек. Один кооптирован в совет третьего июня, другой – неделю назад. На смену господам Петру Бердникову и Василию Зернянскому, погибшим в результате несчастного случая.

На триконке возник перечень фамилий:

– Каков характер несчастных случаев? – спросил я.

– По данным дознавательской службы инспекции дорожного движения – в обоих случаях автомобильная авария. Превышение скорости вождения транспортного средства, приведшее к вылету с дорожного полотна на левом повороте. Следствие вылета – удар, возгорание и взрыв. Вины посторонних лиц не установлено. Зафиксировано несанкционированное вмешательство в работу систем безопасности автомобилей, инициированное самими пострадавшими.

– Ни хрена себе струна!

– Не понял вас…

– Что понимается под несанкционированным вмешательством в работу систем безопасности?

Впрочем, я уже и сам догадывался, что там случилось. И сетевой агент лишь подтвердил мою догадку.

– Вывод дознавателей инспекции дорожного движения – владельцы эксплуатировали транспортные средства с неработающими подушками безопасности.

Да, подобное происходит сплошь и рядом. Люди катаются по городу не пристегнувшись, а подушки безопасности просят отключить. Да еще и деньги за это платят, поскольку официально такую операцию ни одна автомастерская не производит. Причины водительских желаний понятны – адреналинчик в кровь, чувство опасности, непреодолимое желание рисковать… Кто сидел за рулем, прекрасно знает, как хочется порой забыть про осторожность и какое удовольствие получаешь, выбравшись из неожиданной аварийной ситуации. Возбужденный мозг воспринимает такие поступки почти как подвиг. Объехав пробку по встречной полосе, находчивый водила смотрит на дисциплинированных собратьев, как на стадо баранов.

– Других жертв в авариях не было?

– Не зафиксировано, – доложил Поль. – Погибшие находились в машинах в одиночестве. Обе аварии произошли в ночное время, на загородных дорогах, когда движения почти нет. Помощь приходила уже после наступления смерти.

Ну что ж, тут зацепиться пока не за что. Надо полагать, мой сетевой агент пользуется информацией, которую инспекция дорожного движения помещает в открытый (за определенную плату, разумеется) сетевой доступ. Тем не менее я спросил Поля: