Чтение онлайн

— Я не знаю, сэр. Я изо всех сил стараюсь вникнуть в ситуацию. Вы можете мне сказать, почему по зданию бегает маленький песик, владеющий тем, что я назову заводным устройством интимного характера?

— Думаю, это потому, что мой рассудок от меня ускользает, — ответил Мойст. — Послушайте, единственная важная во всем этом вещь — это то, что с мистером Бентом… Произошло скверное потрясение, и он запер себя в хранилище золота. Я должен был быстро его вызволить.

— А, да, хранилище золота, — откликнулся капитан. — Можем мы немного поговорить о золоте?

— А что не так с золотом?

— Я надеялся, что это вы сможете нам сказать, сэр. Я полагаю, вы хотели продать его дварфам?

— Что? Ну, да, я так сказал, но только ради того, чтобы подчеркнуть…

— Подчеркнуть, — торжественно повторил Капитан Моркоу, записывая это.

— Слушайте, я знаю, как все это происходит, — сказал Мойст. — Вы просто заставляете меня говорить в надежде, что я вдруг забуду, где я, и скажу что-нибудь глупое и разоблачающее, так?

— Спасибо вам за это, сэр, — отозвался Капитан Моркоу, переворачивая еще одну страницу своего блокнота.

— Спасибо мне за что?

— За то, что сказали мне, что знаете, как все это происходит, сэр.

Видишь? — сказал Мойст себе. Вот что происходит, когда слишком расслабляешься. Ты потерял преимущество. Даже стражник может тебя обхитрить. Капитан поднял на него взгляд.

— Я скажу вам, мистер Липовиг, что кое-что из сказанного вами было подтверждено беспристрастным свидетелем, который никак не может быть соучастником.

— Вы говорили с Глэдис? — спросил Мойст.

— А Глэдис — это?…

— Это та, которая не успокаивается по поводу грязных ботинок.

— Как голем может быть „ею“, сэр?

— А, это я знаю. Правильный ответ такой: как голем может быть „им“?

— Интересный момент, сэр. Тогда это объясняет платье. Просто интересно, какой, по вашему мнению, вес золота может вынести голем?

— Не знаю. Пару тонн, может быть. К чему вы ведете?

— Я не знаю, сэр, — жизнерадостно ответил Моркоу. — Командор Ваймс говорит, что, когда жизнь дает тебе мешанину спагетти, просто тяни, пока не обнаружишь тефтельку. Вообще-то ваша версия произошедшего согласуется, в той мере, насколько он понимал события в то время, с версией, представленной нам мистером Непоседой.

— Вы говорили с собакой?

— Ну, он председатель банка, сэр, — ответил капитан.

— Как вы поняли, что… А, у вас есть оборотень, да? — сказал Мойст, ухмыляясь.

— Мы это не подтверждаем, сэр.

— Все знают, что это Нобби Ноббс, знаете ли.

— Правда, сэр? Боги. В любом случае, ваши объяснения за действия этим вечером приняты во внимание.

— Хорошо. Спасибо. — Мойст начал было подниматься.

— Тем не менее, объяснения ваших действий ранее на этой неделе — нет, сэр.

Мойст снова сел.

— Ну и? Я и не должен за них отчитываться, так?

— Это может помочь нам, сэр.

— Чем это вам поможет?

— Это может помочь нам понять, почему в хранилище нет золота, сэр. Маленькая деталь в великой картине мира, но это довольно сложная загадка.

В этот момент где-то рядом залаял мистер Непоседа…

Космо Роскошь сидел за столом, сложив пальцы домиком перед губами, наблюдая, как Криббинс ест. Немногие люди, у которых был выбор, когда-либо делали это больше тридцати секунд.

— Хороший суп? — спросил он.

Криббинс, сделав последний долгий булькающий глоток, опустил миску.

— Высший сорт, — ваша светлость, — он достал их кармана серую тряпку и…

Он собирается вытащить свои зубы, прямо сейчас, за столом, подумал Космо. Поразительно. Ах, да, и в них все еще есть кусочки морковки…

— Не колеблитесь, свободно чините свои зубы, — сказал он, когда Криббинс достал из кармана погнутую вилку.

— Я так ш ними$7

Пружины зазвенели, когда он одолел их вилкой и, очевидно, оставшись довольным, с трудом засунул их назад на свои серые десны, потом с чавканьем водрузил зубы на место.

— Так-то лучше, — объявил он.

— Хорошо, — произнес Космо. — А теперь, ввиду характера ваших заявлений, которые Стукпостук тщательно записал и вы подписали, позвольте спросить вас: почему вы не отправились к Лорду Ветинари?

— Я жнавал людей, избежавших петли, сэр, — ответил Криббинс. — Это не слишком сложно, если подготовиться. Но я никогда не слышал о подобном человеке, который прямо на следующий день получил бы теплое местечко. И правительственную работу тоже. Потом он вдруг штановится банкиром, не меньше. Кто-то пришматривает за ним, и я не думаю, что это полная сострадания фея. Поэтому если бы я отправился к Ветинари, я бы поштупил немного глупо, верно? Но у него ваш банк, а у вас нет, что весьма прискорбно. Так что я к вашим услугам, шэр.

— За определенную цену, не сомневаюсь.

— Ну, да, кое-какая плата бы помогла, да.

— Вы уверены, что Липовиг и Спэнглер — это одно и то же лицо?

— Дело в улыбке, сэр. Ее никогда не забудешь. И у него есть этот дар болтать с людьми, он заставляет людей хотеть делать все так, как ему надо. Это как магия, мелкий неблагодарный гаденыш.

Космо уставился на него, а затем сказал:

— Дайте преподобному пятьдесят долларов, Стук… Досихпор, и направьте его в хороший отель. Такой, в котором может быть в наличии горячая ванна.

— Пятьдешят долларов? — прорычал Криббинс.

— А затем, пожалуйста, продолжайте заниматься тем маленьким приобретением, хорошо?

— Да, сэр. Конечно.

Космо притянул к себе лист бумаги, окунул перо в чернильницу и принялся неистово писать.

— Пятьдешят долларов? — вновь спросил Криббинс, потрясенный столь маленькой расплатой за грехи.

Космо оторвал взгляд от бумаги и посмотрел на человека так, будто увидел его впервые и не обрадовался этому новшеству.