Чтение онлайн

– Что ты, нравится, – всхлипнула женщина. – Она хорошая и девочки у нее, – тут Малинка закрыла руками лицо и зарыдала. – Стан так хочет ребенка, – разобрал Егор сквозь всхлипывания. – А я пустоцвет.

– Да с чего бы это? – удивился парень. – Ты ж на сносях.

– Что? – Малинка даже плакать перестала. – Ты… злая это шутка, – прошептала она и хотела в дом Желана убежать, но Егор не позволил, догнал и за плечи крепко схватил.

– В мыслях шутить не было, – серьезно сказал Егор. – Дите ты под сердцем носишь. Не уж то сама еще не знала?

Малинка отрицательно покачала головой и расплакалась вновь, прижавшись к плечу Егора.

– Малинка? – раздалось за спиной и парень мысленно выругался. На крыльце дома стоял Стан. Стоял и хмурился.

– Представляешь, она огурцы от Дарёны несла и разбила, – выпалил первое что в голову пришло Егор. – Стоит вот плачет.

– Огурцы, – кивнул Стан. – Ступайте в дом, холодно на улице.

Егор пропустил Малинку и, войдя следом, понял что зря он про огурцы выдумал, только хуже сделал. Не было ведь во дворе рассыпанных огурцов, а теперь Стан подумает что раз соврали ему, значит есть что скрывать. Это плохо, это очень плохо.

– Сядь, – дернул его за руку Трегор. – Чего ты уже натворил?

Егор собрался было возмутиться, но потом передумал и рассказал брату о том что произошло.

– Зря врал, – покачал головой Трегор.

– Да сам уж понял.

– Надо чтобы Малинка мужу все рассказала.

– Она поверить в дите боится, – вздохнул Егор. – Лучше уж я сам.

Он встал из-за стола и тихонько шепнул Стану что-то на ухо, а потом вышел во двор. Очень скоро за ним вышел и хозяин дома. Кузнец был хмур. Он поверить не мог тому что увидел. Неужто он пропустил момент когда Малинка на сторону глядеть стала? Нет, она не такая, она любит его. Но ведь он своими глазами видел как обнимались они с Егором. И вот сейчас парень выйти поговорить его попросил. Скажет сейчас что любят они с Малинкой друг друга, что просит отпустить ее. Стану было проще себе сердце вырвать. Как отпустить? Он ведь жить без нее не сможет.

– Стан, я не пытался увести твою жену, – начал Егор, едва кузнец вышел. – Ты все не так понял.

– А как надо было? – холодно спросил Стан.

– Слушай, я про огурцы с дуру ляпнул. Я вышел, Малинка плачет, я спросил что случилось. Ну она мне про огурцы и сказала, а я потом тебе повторил. Она мне даже не нравится, ну в смысле как женщина.

– Тогда зачем обнимал?

– Плакала она, – снова повторил Егор. – А я утешал. Вот кабы я Дарёну обнимал, тебе было бы чего волноваться, а тут нет.

– А отчего плакала Малинка? – Стан не верил словам Егора.

– Стан, – парень поморщился. – Это лучше пусть она тебе сама расскажет. Только не дави на нее и не груби. Я перед богами тебе клянусь, ничего дурного между нами не было.

– Тогда почему сказать не можешь?

– Потому что не то это что чужие люди тебе сказать должны, – на крылечко вышла Малинка. – Егор, ты в дом иди, я сама скажу, – попросила она и открыла рот чтобы спросить а уверен ли Егор, но тот опередил ее.

– Я уверен, – сказал он и вошел в дом, но дальше сеней не пошел, притаился, готовый в любой момент Малинке на помощь придти. Мало ли. Стан конечно спокойный и непрошибаемый, но, Егор был уверен, если его из себя вывести, это страшно будет.

– Любишь его? – спросил Стан и голос свой не узнал.

– Кого? – растерялась Малинка. Она как раз думала какие слова подобрать чтобы новость мужу сообщить.

– Егора. Давно?

– Боги с тобой, – Малинке аж дурно стало. – Что ты такое говоришь? Да как ты подумать мог? Станушка, я…, – она кинулась к нему, обнять хотела, но Стан ее за руку перехватил и от себя отстранил.

– О боги, Стан, – Малинка застонала. – Нет. Нет. Никого я кроме тебя не люблю.

– Егор сказал, плакала ты. Ежели я совсем опостылел, чего сама не сказала?

– Стан, нет, – Малинка уже кричала.

Егор дернулся было на помощь, но его остановил вышедший в сени Трегор. Он молча отрицательно головой покачал и сжал плечо брата.

– Тогда что вот тут вот было? – не выдержав крикнул Стан.

– Станушка, я…я…, – Малинка заикаться от испуга начала.

Трегор тяжело вздохнул и вышел на крыльцо, Егор за ним.

– Стан, погоди шуметь, – попросил Трегор. – И пойдемте в дом, холодно на улице.

– Уйдите, – рыкнул Стан.

– Я сказал в дом, – твердо повторил Трегор. – Все, – он кивнул на дом Желана, Ярко и Дарёны. – Ты только рубить не спеши.

– Чего уж спешить? – горько сказал Стан и побрел к воротам.

– Стан, – Егор преградил ему путь.

– Уйди, – велел кузнец. – Или я забуду что она тебя любит и убью.

– Да не любит она меня, – заорал Егор. – Ребенка она ждет. От тебя, – ту же добавил он.

– Она сама еще того не знала, Егор ей сказал, – Трегор поспешил встать рядом с братом. – Мы больше других видим.

– Малинка плакала, – быстро заговорил Егор. – Я спросил кто обидел, она про огурцы соврала, я настаивать начал, она и поведала что ты ребеночка хочешь, а она родить тебе не может. А я удивился, как не может, когда под сердцем дитя у нее. Она не поверила. Я удивился как это она сама еще не догадалась, она подумала и понял что я прав и заплакала, а я просто обнял чтобы утешить. А тут ты вышел и я ничего умнее огурцов ляпнуть не придумал. А потом понял как это со стороны выглядит.

– Погоди, – Стан не успевал за Егором.

– Ребенка твоя жена ждет, – подвел итог всему сказанному Трегор. – Так давно вы ждете что она уж поверить боится. Егор ее надежду подтвердил, а потом слезы радости утирал.

– Малинушка, – Стан тут же забыл про черную ревность, про то что только что умереть собирался.

– Станушка, – Малинка бросилась в руки к мужу. – Милый мой, хороший мой, – гладила она его по щекам и волосам. – Никто, слышишь, никто мне кроме тебя не нужен. Пусть я умру сразу, если даже подумаю о другом мужчине.

– Я Дарёну попрошу к нам перебраться, – Стан целовал мокрые щеки жены. – Тебе поберечься надо.

– Вот ведь глупости, – счастливо засмеялась Малинка. – Я осторожно буду. Егор, – она вдруг повернулась колдунам. – Ты ведь не ошибся?

– Нет, – за брата ответил Трегор. – Сын у вас будет.

– Как ты определил что сын? – тут же ревниво поинтересовался Егор.

– Не знаю, просто помнишь Лету, племянницу учителя нашего, у нее по другому малыш в чреве виделся, а она дочку родила.