Данута
Шрифт:
Значит, ехать недолго?
Минут двадцать.
Хорошо, спасибо! — Данута откинулась на спинку и посмотрела на Алекса, внимательно смотревшего по сторонам. — Ты знаешь эти места?
Да, по Рублевскому шоссе я ездил, — кивнул тот. — Ты как, нормально?
Да, а ты?
Всё ок.
Между тем, оставив позади последние московские дома, машина пересекла кольцевую автодорогу и въехала в Подмосковье, сразу встретившее их густым лесом по обеим сторонам шоссе. Причудливо освещенная яркими светодиодными фонарями, полностью уничтожающими темноту, трасса уходила то вверх, то вниз, петляла среди леса, огибая неровности местности, нигде не выпрямляясь более чем на несколько сотен метров. Данута даже приоткрыла окно, чтобы вдохнуть свежего лесного воздуха, да так и оставила его, опьяненная дивным сосновым ароматом, который стал только гуще, когда машина свернула с трассы на боковую дорогу.
Вскоре путь им преградил шлагбаум, возле которого стояла полицейская автомашина и несколько часовых. Проверив документы только у водителя, они тут же отдали ему честь и пропустили вперед, переключив внимание на следующий автомобиль, показавшийся на лесной дороге.
О, съезжаются господа! — Алекс оглянулся назад и тут же сморщился от яркого света фар. — Сколько будет гостей, Михаил?
Я не знаю, — ответил мужчина, сидевший спереди. — У нас задача доставить вас к половине первого, а остальное уже решают другие. Знаю только, что из гаража задействовано восемь машин, так что примерно сами можете сосчитать.
Понятно, спасибо!
Миновав второй шлагбаум, а за ним еще несколько крутых поворотов, вскоре их машина остановилась перед стальными воротами, по обеим сторонам от которых расходился высокий глухой забор. Из двери проходной вышел человек в темной форме, который, не подходя к автомобилю, просветил его сканером, после чего дал команду по рации открыть ворота, а сам приготовился заниматься следующими посетителями. К удивлению Дануты, за воротами оказалась вовсе не шикарная усадьба, а такая же лесная дорога, проложенная среди деревьев. Только через несколько минут, миновав вторые ворота, их автомобиль въехал на территорию президентской дачи, где, обогнув несколько огромных клумб, остановился возле широкого двухэтажного дома.
Ничего себе! Смотри! — сидевший за рулем повернулся к своему напарнику, указывая на одинокую фигуру, стоявшую на верхней ступеньке главного подъезда.
Это Марков, точно! — воскликнул тот в ответ. — Ого, а что нам теперь делать?
Увидев президента, его голова сама собой вжалась в плечи, а в глазах появилась растерянность. Он в нерешительности оглянулся на Алекса и Дануту, словно желая у них получить ответ на свой вопрос:
Вас встречает сам президент! Мы не ожидали этого, это не по этикету!
А что вы боитесь? — спросила Данута. — Подойдите к нему и представьте нас.
Нет, нет — так нельзя! Я сейчас выпущу вас из машины, а вы идите сами. Я не имею права первым подходить к нему.
Михаил, спокойнее! — Алекс улыбнулся. — Делайте так, как вы только что сказали, но не заставляйте вашего президента ждать!
Да, да, да, что же это я! — спохватился тот. — Конечно… сейчас!
Выйдя наружу, этот рослый и уверенный мужчина, словно сразу уменьшившись в размере, подобострастно поздоровался с Марковым, уже сходившим по ступенькам вниз и, открыв заднюю дверь, пригласил выйти столь важных и привилегированных пассажиров.
Глава двадцатая. Переговоры. I
Доброй ночи! — Марков с приветливой улыбкой поцеловал руку Дануте, а затем обменялся крепким рукопожатием с Алексом. — Рад видеть вас здесь, в Москве, в России! Я рад, что вы избрали нашу страну в качестве посредника в столь важном деле. Здесь вы получите необходимую защиту и самые лучшие условия, если пожелаете остаться. Пройдемте же в дом — там уже собралась весьма впечатляющая компания!
Папа приехал? — спросила Данута, которую Марков пригласил проходить вперед.
Нет, он следует сразу за вами, вы даже, наверное, могли заметить его машину. Его встретит мой помощник.
Такая честь нам, господин президент!
А как же! — Марков усмехнулся. — Вы самый главный в мире человек, моя дорогая. Или вы так не считаете?
Данута бросила на Алекса быстрый взгляд:
Считаю, и очень рада, что наконец-то это оценил такой человек, как вы!
Проходите, проходите! — Марков сам открыл перед ними дверь в дом, после чего, дав несколько коротких указаний двум мужчинам, стоявшим в самом начале коридора, продолжил разговор.
Дом еще совсем новый, — сказал он, обведя рукой вокруг себя. — Этот коридор, по которому мы идем, опоясывает все здание, а затем повторяется на втором этаже. Мы решили не тянуть постройку вверх, а добиться увеличения внутреннего пространства путем большой общей площади. Дом как-бы размазан по территории, но зато это позволяет разбить его на несколько секторов, не связанных друг с другом.
А зачем это нужно? — спросила Данута, на ходу рассматривая потолок, отделанный светлыми породами дерева.
Чтобы работать, отдыхать и принимать гостей можно было в одном доме, не меняя предназначение помещений. Это очень важно для сохранения в них необходимой атмосферы.
Хорошо придумано, — согласился Алекс. — И везде свой вход, да?
А как же! Но главный вход есть — стилистика обязывает… так, господа, нам сюда! — Марков жестом пригласил их к одной из дверей, мимо которых они только что проходили. — Это малый зал для переговоров, — сказал он, прежде чем войти внутрь. — Держите себя свободно, расковано, по-домашнему. В случае необходимости не стесняйтесь спрашивать или просить о чем-либо. Сегодня можно всё, и неизвестно, представится ли еще когда-нибудь такая возможность. Во всяком случае, могу говорить уверенно — в таком составе, как сейчас, мы больше не соберемся никогда.
С этими словами хозяин дома вновь собственноручно открыл перед ними дверь и впустил Дануту с Алексом в светлый зал, отделанный в лучших русских традициях. В нем искусно переплетались как самые современные материалы и оборудование, так и элементы позднего ренессанса, вместе создавшие неповторимый колорит и придавшие воздушность довольно большому помещению. Зал для проведения переговоров не должен был утомлять находящихся в нем людей, давить на них, а потому, кроме огромного круглого стола, являющегося центральным элементом обстановки, остальные предметы мебели были сведены к минимуму. Вдоль стен стояло несколько диванов из светлой кожи, десяток стульев, два небольших сервировочных столика и несколько трюмо, расположенных одно напротив другого. Окон в помещении не было.