Чтение онлайн

— Тебе чего? — подозрительно спросила она. Хриплый голос, отметил Римо, голова замотана рваным клетчатым платком, из-под которого торчат в разные стороны космы неопределенного цвета.

— Простите, ведь вы — бездомная?

— Ты сам кто такой?! — уже визгливо потребовала его собеседница.

— Я, в общем-то, и не знаю, что такое дом, — признался Римо. — Но это сейчас неважно. Я ведь вас спрашиваю.

— Я первая спросила!

— Первым-то спросил я, — мягко возразил Римо. — Послушайте, не волнуйтесь вы так. Я просто хочу помочь вам.

— Да ты чего-нибудь знаешь о бездомных-то? — Обладательница тележки уже напирала на Римо, так что ему пришлось отступить на шаг.

— Я вырос в приюте для сирот, — объяснил он. — И, в общем, знаю, что это такое. Не то чтобы у меня никогда не было крыши над головой... Но что такое, например, семья — этого я не знаю. А дом... Дома как такового у меня, в общем, тоже не было. После возвращения из Вьетнама я где только не жил. И везде временно, нигде не оставался надолго. Так что, мне кажется, я понимаю вас. И потому хочу вам помочь. Понимаете?

— Значит, после Вьетнама вас никуда не брали? — женщина вдруг перешла на “вы”.

— Да нет, я бы не сказал...

В душе у Римо нарастало недоумение. Что-то здесь было не так. Что — пока он не улавливал. Женщина явно больше не опасалась его, но коляску по-прежнему держала перед собой, словно щит, все время поворачивая ее так, чтобы передняя стенка смотрела прямо на Римо.

— В чем же истинная причина вашей печальной судьбы? — наседала бродяжка. Из ее голоса неожиданно исчезла хрипотца, и появились какие-то смутно знакомые Римо нотки.

— Печальной? — удивленно переспросил он.

— Да посмотрите на себя! Ни приличной одежды, ни личных вещей. В одной майке, посреди ночной улицы, зимой, в самый холод. Это вам печальным не кажется?

— Да мне вовсе не холодно...

— Какое же количество виски потребовалось, чтобы согреть вас в такую ночь? А в прошлую? Вы регулярно пьете?

— Да о чем вы вообще... — начал Римо. И именно в эту секунду заметил под тряпками в тележке что-то блестящее. Объектив. Кажется, он начинает догадываться...

Протянув руку, Римо сдернул верхнюю тряпку. Прямо ему в лоб смотрело черное дуло объектива видеокамеры. На глянцевом боку значилось: “Собственность 55-го канала”.

— Вот это да! — невольно вырвалось у него. Одним движением его собеседница стряхнула с головы клетчатый платок, по плечам рассыпалась медно-красная грива. Перед Римо стояла молодая женщина, лицо которой не смог состарить даже искусно наложенный грим. Выступающие скулы свидетельствовали лишь о многомесячной диете.

— Кэт Харпи, новости Пятьдесят пятого. — Римо готов был поклясться, что долю секунды назад никакого микрофона в ее руке не было. — Продолжайте вашу историю, сэр. Она будет включена в специальную тематическую программу о бездомных в округе Колумбия...

— Я не бездомный, — пожал плечами Римо.

— Тогда почему вы так одеваетесь?

Римо окинул критическим взглядом свои серые брюки.

— А что, собственно, вам не нравится?

— Но вы же выглядите как типичный без... А вы, оказывается, самозванец, — прошипела девица, метнув на него злобный взгляд.

— Да я всегда одеваюсь так. — Римо снова пожал плечами.

— Ясно. В любом случае я на задании, а трачу время Бог знает на кого. Первый эфир — в понедельник, а я уже неделю ловлю здесь этих бездомных и не нашла пока ни одного. Ни одного, слышите? Поэтому посторонитесь.

Прогрохотав тележкой, девица исчезла за углом. Проводив ее взглядом, Римо постоял, в третий раз недоуменно пожал плечами и зашагал дальше.

Может, думал он, вопреки тому, что говорят по телевизору, в Вашингтоне и нет никаких бездомных? Он не мог решить, радует или огорчает его это обстоятельство. Пока он еще в Америке, нужно все же сделать что-нибудь для нее. Ведь скоро он навсегда покинет родную страну и уедет в Синанджу. А Римо хотелось хоть как-то отблагодарить ее за все, что она для него сделала. Помочь бездомным — идея, черт возьми, была неплохой...

Только где их найти? В местечке Рай, штат Нью-Йорк, где Римо оставил своего престарелого наставника, никаких бездомных он тоже не встретил. В окрестных городах — то же самое. Он попробовал в самом Нью-Йорке, но там буквально у всех был одинаково затравленный и ободранный вид, так что отличить рядового гражданина от изгоя, по выражению телевизионщиков, индустриального общества просто не представлялось возможным. Римо решил, что в Вашингтоне эти различия будут больше бросаться в глаза, и, вдохновленный своей благородной миссией, прибыл в столицу.

Не тут-то было.

В конце концов бесцельные ночные блуждания привели Римо к ступеням Капитолия. Полчаса назад, когда он смотрел на него с высоты обелиска, поблизости от здания не было ни одной живой души. Но сейчас... Римо не поверил своим глазам: ступени словно покрывала серая шевелящаяся масса. Мужчины и женщины, одетые в немыслимые лохмотья, передавали друг другу окурки сигарет и сигар, поднося к ним зажигалки “Зиппо”, тут и там горели костры, вокруг которых сгрудились скрюченные оборванные фигуры.

Толпу на ступенях окружал плотный кордон полиции с пластиковыми щитами, поодаль стояли наготове секции заграждения. Просочившись между двумя полицейскими, Римо влился в толпу и направился к неопределенного возраста худому мужчине, одетому в несколько натянутых один на другой свитеров и джинсы с огромными дырами на коленях. Сидя на ступенях, мужчина пытался прикрыть замерзшие коленки руками в перчатках, лишенных пальцев. У ног его лежал огромный плакат с надписью: СПАСИТЕ БЕЗДОМНЫХ! При виде страдальца у Римо от жалости защемило сердце.