Цвет
Шрифт:
В это время дела не обсуждались. Если и говорили, то о прошлом, вспоминая те или иные события, которые казались значимыми тогда, а теперь не вызывавшими ничего, кроме снисхождения. Вспомнили и их неожиданный отлет с Тсаворита. И на мой прямой вопрос — почему они улетели — ни мама, ни папа ответить не смогли. Наверно, не помнили. Или не хотели ворошить стародавние чувства.
Мы замолчали, думая о своем.
— Ну, когда домой? — прервал я молчание вопросом, который собирался задать с первого момента встречи.
Мама смутилась.
— Это всё не так просто… — начала она.
— Я понимаю: работа, то, сё. Быстренько доделаете дела и домой. Правда? Я помогу, если что.
— Вы тут без меня… — папа неловко поднялся, чуть не опрокинув стул. — Лида, объясни Илье. Ты сумеешь.
Он вышел, задевая мебель, и прикрыл за собой дверь. Мы проводили его взглядом. Потом я посмотрел на маму. Она не была спокойна. Наверняка ей хотелось одного, а делать она была должна совсем другое.
— Ты стал сильным, Илья. Взрослым. Я помню тебя совсем другим. Тем лучше.
— Не лучше. Объясни мне. Что ты имеешь в виду?
— Нам надо лететь дальше. Понимаешь, Илья, совсем недавно я думала, что вот теперь всё — последняя планета, и я лечу обратно, нахожу тебя и поселяюсь где-нибудь неподалеку. Но ты прилетел сам. Мы поговорили. Очень хорошо поговорили, не думай! — она заспешила, увидев, что я хочу что-то вставить в ее слова. — И я поняла: у тебя — свой путь, у нас с Костей — свой. Каждый должен заниматься своим делом. А встречи? Как же без них? Они должны быть. И они будут.
Я посмотрел на Шандар: странный звук с ее стороны привлек мое внимание.
Зель плакала.
Она смотрела на нас с мамой и плакала.
— Всё хорошо, Илья, — проговорила она сдавленным голосом, — сейчас успокоюсь.
Действительно, несколько раз всхлипнув, зель вытерла рукавом глаза, поморгала и грустно улыбнулась.
— Вот и всё, — сказала мама. — Вот и всё…
Не было смысла затягивать прощание. Я узнал всё, что хотел.
Я понял.
Тяжелое знание. Оно еще полностью не срослось со мной, поэтому всё происшедшее я воспринимал отстраненно, как будто узнал неприятную новость про знакомого. Когда я пойму, что знакомый — это я, вот тогда мне станет плохо. Очень плохо.
Но я переживу. Правда, переживу.
Ведь я не останусь один.
Обратно лететь всегда проще. Понимаешь, когда и куда тебе надо, и оказываешься в этом месте. Уже даже вникать не хочется. Конечно, посоветовать может любой. Выбор большой: Земля, Петерсит, Эльвира, Брисс, Фэйхо, Гессонит, Сиба, Тсаворит… Но выбирать буду я.
Даже не выбирать. Автоматизм действий, ощущений и чувств. Можно открыть глаза и посмотреть — куда нас занесло на этот раз.
Я так и думал. Теперь уже не будет вариантов, когда я скажу сам себе: «Домой!» И знакомый голос произнесет почти сразу же, не удивляясь, а искренне радуясь возможности сказать что-нибудь хорошее:
— Здравствуйте! Рад вас видеть снова. Заходите.
— Здравствуй, дом.
Наш дом.
Мой и Шандар.