ЧВК Вектор
Шрифт:
«Это была страшная ночь, которая напомнила нам, что угроза трупного бешенства не ограничивается дальними границами. Я даю вам слово — мы найдем и накажем виновных в этой трагедии. Альбион восстановится, и его стены вновь станут непреодолимой преградой для любой угрозы. Я посвящу свою жизнь тому, чтобы подобное никогда больше не повторилось…»
Работа предстоит колоссальная. Дворец объявил о начале всеобщей мобилизации и масштабных реформах в армии, а также значительном увеличении финансирования ЧВК для защиты столицы. Так же, было решено пересмотреть договоры по экспорту серебра — вместо продажи самого ценного на сегодняшний день ресурса, по настойчивой рекомендации церкви Святого Духа, было решено обеспечить каждого взрослого жителя Сильверхилла оружием и ограниченным боезапасом с серебряным напылением, дабы подобное никогда не повторилось.
Эта катастрофа показала, что, несмотря на ужасы, которые иногда преподносит ночь, люди могут объединиться перед лицом неимоверной угрозы. Сильверхилл разрушен, но не сломлен. Жизнь в столице возрождается, и, хотя раны города заживут нескоро, дух его народа остается сильным.
«Если уж мы пережили это,» — сказал один из выживших. — «Значит, переживем и всё остальное…»
Эпилог
Прошел почти год с того момента, как алхимик Эрл вместе с международной командой ученых из разных стран взялся за разработку вакцины от Трупного Бешенства. Это был год тяжелейшего труда, непрерывных экспериментов и множества провалов. Однако именно благодаря новаторским разработкам Лили, чей электронный микроскоп позволил впервые в истории увидеть структуру вируса, и антителам из крови Анны — той самой девушки, которая оказалась носителем редчайшего иммунитета, — был сделан решающий шаг.
Вирус оказался намного сложнее, чем предполагали. Его структура напоминала лабиринт, созданный не природой, а каким-то изощренным умом. Но спустя месяцы исследований и бессонных ночей была создана вакцина, способная не только остановить эпидемию, но и защитить тех, кто еще не столкнулся с болезнью.
Прошло полтора года. Массовая вакцинация охватила почти весь мир. С тех пор не было зафиксировано ни одного нового случая Трупного Бешенства. Лаборатории, разрабатывавшие сыворотку, стали символом надежды, а имя Эрла и его команды вошло в историю как спасителей человечества.
Однако в этой победе оставался горький привкус. Выяснить, кто стоял за этим кошмаром, так и не удалось. Те, кто однажды запустил механизм разрушения, словно исчезли, оставив после себя лишь миллионы мертвых.
Для Винсента, как и для других бойцов ЧВК на планете, этот мир не стал спокойнее. Государства, оставшиеся без защиты, погружались в хаос. Трупное Бешенство разрушило инфраструктуру, вытеснив из сознания людей старые границы и законы. Теперь на смену эпидемии пришли другие бедствия: разорённые земли, ослабленные армии, а в некоторых регионах — бандитизм, выживший на останках государств.
Военные технологии, разработанные для борьбы с заражёнными, не исчезли. Наоборот, они стали главным инструментом новой эпохи. Паровые шагоходы, боевые дирижабли и автоматические турели, созданные для защиты, теперь использовались в войнах между странами и внутри них. Казалось, люди так привыкли к крови, что теперь просто не могли от нее отказаться.
Винсент, уставший, но несломленный, продолжал выполнять свою работу и не смотря не всю накопленную злобу, ему было некогда думать о том, кто стоял за эпидемией. Слишком много людей нуждалось в помощи, слишком много городов оставалось без защиты, слишком сильно мир погружался в новую эпоху насилия.
Но в глубине души он знал: мир изменился навсегда. И хотя вирус больше не был угрозой, тьма, оставленная им в сердцах людей, останется навсегда…
* * *
На закате одного из дней, сидя на обломках разрушенного собора, Винсент поднял взгляд к небесам. Где-то там, в дымке заката, пролетел дирижабль с эмблемой Красного Креста. Мир медленно восстанавливался, как мог. Он знал, что когда-нибудь войны закончатся, и люди вспомнят, что такое мир.
Но до этого дня было еще слишком далеко…