Чтение онлайн

— Кто-то должен оставаться человеком, Сашка.

— О чем ты говоришь?! — закричал я.

Автоматные очереди застучали совсем близко.

— Ты — человек. Единственный, кто не изменился. Ты не виноват, что выбор пал на тебя. В сказках — такие законы.

— Да какой, к бесу, выбор?!

— В сказке… в сказке всегда есть главный герой. Остальное — фон, декорации. Главный выбор — за тобой, Сашка. Ты должен решать за всех.

— Зачем ты тут, человек? — спросил волкодлак.

— Это мой дом, — ответил я.

— Тогда, что тебе надо? — поинтересовалась ведьма.

— Просто жить, — улыбнулся я. — Здесь. И быть счастливым.

— С дуба упал? — Я поднялся на ноги и выглянул в окно: над самым домом с грохотом прошла пара боевых вертолетов. — Или информация просто с неба спустилась?

— Точно! — сказал Марк. — Прилетела с Орлом, Птичьим Царем. Он кое-что сказал мне там, возле баррикад: «Сказочный Герой должен найти украденное Яйцо».

— А я, выходит, Сказочный герой? Чудные у вас идеи, Марк Самуилович. Тоже мне — нашли Котигорошка! Что еще загадал мне выполнить твой крылатый мудрец?

— Почти ничего. Он у меня на руках умер. Пуля в сердце — не поразговариваешь.

— Е-е-е… Гм-м. Так что, по-твоему, стоит сделать, Марк? — спросил я. — Что от меня зависит? Кто и что от меня ждет?

Мой друг пожал плечами.

— Если бы я знал! Бог. Природа. Наша земля, в конце концов. — Марк почесал макушку между рогами. — В сказках Герой всегда находил то, что спасало всех.

— Ему еще друзья помогали со спецвозможностями. Один лысый дидько [1] у меня уже есть, — усмехнулся я. — Так что за яйцо я должен искать?

— Яйцо-райцо — дар счастья. Почти как Золотой Шар, помнишь? — Он схватил мою ладонь и до хруста сжал пальцы. — Ты должен все это остановить.

— Сумасшествие какое-то… Где же мне его искать?

— Так ты согласен?

— Нет!

— Вот и договорились. Орел сказал еще лишь одно слово: «Вырий». Считаю, что вор прячет Яйцо там.

— Не понял…

— Это такой себе небесный остров, куда улетают на зиму сказочные птицы и уползают змеи, — объяснил Марк, — типа рая.

— В рай не хочу — умирать не собираюсь!

— Не боись, — сказал Марк. — Можно живым подняться и вернуться обратно. Знать бы только, где вход. В городе его точно нет.

— Остался пустяк: найти вход в ра… Вырий, подняться, отобрать яйцо у вора и спуститься, да?

— Именно… Только, помнится, в сказке вором Змей был.

— Вот это да! Змей?!

На улице взревел и смолк мощный двигатель. Во внезапной тишине послышались выкрики, а затем раздался выстрел.

— Ружье где? — Бросив взгляд наружу, Марк отскочил от окна.

— Какое?

— Да твоё, придурок! Ты же охотник!

— Я только по птице, того… А что там?

— Твой приятель Матвеев. По твою душу.

Тело заколотила мелкая дрожь. Я же впечатлительный. Так недолго и инфаркт заработать. Интересно, в сказках герои сердцем не страдают?

Шаги на лестнице.

— Быстрее! — скомандовал Марк, потянув меня к балконным дверям.

Мы выскочили на заросший виноградом балкон. «Так и не успел застеклить после смерти тети», — мелькнула мысль.

С шумом распахнулась входная выбитая дверь.

— Слезай! Бегом!

Третий этаж же! Я оглянулся и перекрестился на икону, висящую в углу. Дальше руки действовали сами — я схватился за виноградную лозу и начал спускаться.

«Ой, выдержит ли?»

Выдержала! Ноги коснулись мягкой травы. Марк спрыгнул следом.

— Стоять! — Десантник, что дежурил у входа, вскинул автомат.

Марк стремительно нырнул под дуло и со всей своей чертячьей силы боднул вояку в подбородок. Десантник без звука упал на спину.

Нокаут!

Марк успел на лету перехватить оружие здоровой рукой и дал короткую очередь по окнам моей квартиры. Посыпалось стекло.

— Ты чего?! — заорал я. — Может…

— Не может! — отрезал Марк. — Бежим!

Мы нырнули в арку между домами. Под каблуком хрупнули стекла пенсне. Под стеной бился, оставляя кровавые перья, подстреленный Гайворон.

— Стой, не могу больше, — простонал я. — Сердце.

— Можешь, твою мать. Ты же Герой! Этот Матвеев не зря подкатывал. Тоже Яйцо ищет. Это власть, всемогущество! Хитрый, сволочь — своего не упустит.

— Куда… Уф… Куда мы бежим?

— Егеря Качуру помнишь?

— Того алкаша? Конечно.

— Что-то он мне, было, про Вырий мяукал.

— Мяукал?..

Качура стал паном Коцьким. Здоровенный жирный котяра в резиновых сапогах и потрепанном детском костюме вышел нам навстречу из лесного домика и с испугом уставился на «калаш» в руках Марка.

Райхер стоял в разорванной рубахе и повязкой на руке — ни дать ни взять местный Рембо. Растрепанный голубой бантик на хвосте нервно ворошил опавшую листву.

— Качура? — спросил я.

Кот кивнул.

— Нужна помощь, — добавил Марк.

Махнув лапой, Коцький первым вошел в избу. Мы — следом. В темной комнате оказалось неожиданно убрано. По углам больше не громоздились пустые бутылки. На столе в деревянной рамке красовалась фотография рыжей Лисы.

— Жена? — кивнул Марк.