Чтение онлайн

"Но не сегодня..."

Сегодня Фредрику предстояло стать провозвестником между настоящим и мрачным прошлым.

Оставшись один, он смотрел на вход.

"Склеп", - подумал он.

Да, то, что любой другой назвал бы просто дырой в земле, люди вроде Фредрика назвали бы склепом. Склепы и зиккураты. Башни и туннели. Вверх и вниз. Они были универсальными. Все древние цивилизации придерживались схожей духовной идеологии.

Небеса были наверху. Ад был внизу.

Например, Вавилонская башня представляла собой зиккурат, освящённое сооружение, чья продуманная высота должна была приблизить жрецов к небесам.

Фредрик в этой изолированной тропической пещере нашёл аналог - церемониальный склеп, глубина которого должна была приблизить жрецов к подземному миру.

Ближе к Аду.

Понойя. На древних табличках малоизвестного индейского племени говорилось о священном склепе - сеннане - и казалось, что Фредрик нашёл его. Точно так же, как древние склепы, скажем, в Месопотамии, за исключением...

"Этот склеп, должно быть, был вырыт на пять тысяч лет раньше, чем самый старый месопотамский склеп", - подумал Фредрик.

Доказательство существования религиозной системы вознесения, существовавшей за восемь тысяч лет до Рождества Христова?

В Северной Америке?

"Это поставит современное археологическое сообщество на уши..."

Изображение в луче фонарика вернулось перед его мысленным взором; Фредрик был уверен, что тела в склепе принадлежали жрецам Понойя. Необычная обстановка склепа прекрасно сохранила их регалии: нагрудные украшения. Нарукавники и браслеты. Головные уборы больше напоминали остроконечные митры ассирийских прорицателей дыма, чем что-либо, что можно было бы считать типичным для церемониальной одежды коренных американцев. Понойя были уникальными во многих отношениях: во-первых, у них была уникальная, сложная письменность, и они записывали религиозную письменность примерно в то же время, когда египетская аристократия писала на прессованном папирусе. Во-вторых, они писали иеретически: писать разрешалось только духовенству. В-третьих, они не были поклонниками природы. Они были богословами по наследству.

Другими словами, Понойя не поклонялись высшему богу. Они поклонялись "низшим" богам.

Сдерживаемое волнение Фредрика теперь заставляло его трястись. Его старые суставы начали болеть от того, что он ходил взад и вперёд перед ограждением безопасности вокруг устья склепа. Через некоторое время он понял, что солнце начало садиться, а он даже не заметил этого. Один студент быстро пробежал мимо, помахав ему рукой:

– Грузовик с едой здесь, профессор. Пойдёмте скорее к нему!

А затем остальная часть раскопок начала отрываться. Внезапно на площадке воцарилась тишина, если не считать равномерного пыхтения небольшого бензинового двигателя вентилятора. Только оставшись совершенно один, Фредрик заметил панель дисплея воздушного зонда старой серии.

Свет был зелёным.

Прошли часы; наверняка помещение склепа к этому времени уже проветрилось. Дейлса нигде не было видно, он, несомненно, стоял в очереди за едой.

"Проклятие", - подумал Фредрик.

Он не мог больше ждать.

Он начал пристёгиваться к спускаемым ремням.

– К чёрту лебёдку, - бормотал он про себя дальше.
– Я сделаю это старым добрым способом...

Меры предосторожности и простой здравый смысл ускользнули от него; он закончил приготовления. В паре десятков ярдов под его ногами, прямо под землёй, его с распростёртыми объятиями ждала загадка возрастом десять тысяч лет.

Она больше не будет ждать.

Крепко прижав к груди верёвку, Фредрик начал опускаться в яму. Металлические укусы на кончиках его ботинок помогли ему выровнять шаг, и через несколько мгновений старик с мастерством эксперта пробирался вниз по узкой воронке.

"Осторожнее с краем", - напомнил он себе, пройдя некоторое время.

Нижняя стена - пол - должна скоро появиться.

Носок его ботинка потёрся, измеряя, нащупывая конец.

"Не облажайся, старый хрен!" - предупредил он себя.

Правда, в прошлом он спускался по верёвке бесчисленное множество раз, но сейчас ему было семьдесят. Даже свободное падение всего на несколько футов может сломать его бедро или сломать колено.

"Осторожно, осторожно..."

Теперь он опускал весь вес своего тела только за счёт силы своих рук. Абсолютная темнота склепа, казалось, поглотила его целиком.

Ниже...

"Где этот чёртов пол!"

...и ещё ниже. Полная чернота лишала всякого ощущения размера; в какой-то изначальной части его психики его ноги могли свисать над шахтой глубиной в милю. Этот мысленный образ, усугублённый тьмой, которая теперь, казалось, стала ещё темнее, заставил его сердце снова дрогнуть. Он знал, что недостаточно силён, чтобы подняться обратно в пределы провала, где, по крайней мере, он мог удержаться. Теперь его руки дрожали, и он понял, что у него есть единственный выход: отпустить и упасть.

Ему не нужно было приказывать своим рукам, чтобы освободить верёвку. Вся сила в его руках в перчатках ослабла, и он упал...

"Боже, пожалуйста! Спаси меня!"

Он пролетел около восьми дюймов, прежде чем его ноги коснулись дна склепа.

"Идиот! Сумасшедший старый дурак!"

Но тем не менее он поблагодарил Бога.

Он стоял неподвижно в темноте, позволяя своему сердцу немного биться, возвращая свои истинные чувства.

"Я здесь. Наконец-то".

Влияние этого факта в конце концов поразило его:

"Я первый человек, ступивший в это место... за десять тысяч лет..."

Он наклонился, нащупал верёвку, к которой привязал фонарик, затем схватил её в руки. Он подождал немного, а затем - какое-то безвкусное ощущение драматизма - фонарик был у него в руках, но всё ещё не горел.

"Когда я включу его, я увижу фрагмент, возможно, самой загадочной истории, когда-либо обнаруженной в Северной Америке..."

А после:

– Хватит мелодрамы, - сказал он себе вслух.
– Вместо того, чтобы стоять здесь, как какой-то семидесятилетний чудак из дома престарелых, включи чёртов фонарик.

Но прошло ещё несколько секунд, а фонарик так и не горел.

Он мог только догадываться. Историческая человеческая природа боялась темноты, но сейчас, похоже, Фредрик боялся света.

Почему?

"На полу лежат расчленённые тела, - подумал он.
– Иерархические индийские жрецы Понойя. Как они оказались расчленёнными?"

Он боялся.

"Какой ужас творился здесь тогда, когда заканчивался последний ледниковый период?"

В целом это не были типичные опасения учёного-историка. Такие люди, как Фредрик, мыслили категориями радиоуглеродного датирования, стратификации почвы, веса, размеров и образцов керна. Его мир существовал с точки зрения объективных особенностей, а не...