Что одному здорово...
Шрифт:
После краткого совещания с собственным желудком он решил, что умереть с голоду НИЧУТЬ не лучше.
– Давай! – сказал он решительно.
Хелман зажал скорчер под мышкой и аккуратно отвинтил крышечку тюбика. Потом встряхнул его.
Ничего не произошло.
– Он запечатан, – показал пальцем Каскер.
Хелман проткнул фольгу ногтем и положил тюбик на пол. Оттуда показалась зловонная пена.
Хелман с сомнением смотрел на нее. Пена собралась в шар, который все время увеличивался.
– Может, это дрожжи? – предположил Хелман, крепче сжимая скорчер.
– А ты попробуй! Смелость города берет!
– Пробуй сам! Я тебе мешать не стану.
Шар был уже с человеческую голову.
– И как долго, интересно, это будет продолжаться? – спросил Каскер, глядя на тюбик.
– Ну, – попытался успокоить его Хелман, – там же написано, что это шпаклевка. Она, по-моему, и должна, выходя из тюбика, расширяться, превращаясь в пену, и закупоривать разные дырки и щели…
– Это верно, но сколько же ее там?
– К сожалению, неизвестно, что такое «два кубических вима». Впрочем, вряд ли чересчур…
За разговором они не заметили, что пенистый шар успел заполнить собой уже с четверть объема комнаты и не обнаруживал ни малейшего намерения останавливаться на достигнутом.
– Господи, там ведь было написано: «Очень опасно!» – заорал Каскер. Теперь шар, продолжая стремительно увеличиваться, окончательно отделил его от Хелмана. – Это действительно очень опасно!!!
Липкая поверхность шара коснулась Хелмана. Он отпрыгнул.
– Осторожней!
Они уже не могли дотянуться друг до друга. Хелман попытался обежать шар кругом, но тот сразу резко увеличился, преградив ему путь и буквально пожирая узенькую полоску пространства, остававшуюся у стены.
– Беги! – крикнул Хелман приятелю и бросился к двери, оказавшейся как раз у него за спиной.
Он успел распахнуть ее в ту самую минуту, когда невероятно раздувшийся шар снова коснулся его, и услышал, как на противоположном конце комнаты с грохотом захлопнулась другая дверь. Больше Хелман ждать не стал и, быстро прикрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной.
Какое-то время он просто стоял, пытаясь отдышаться и судорожно сжимая в руке скорчер. До сих пор он даже не догадывался, насколько успел ослабеть! Этот рывок к двери оставил его практически без сил. Слава Богу, хоть Каскер спастись успел!
Зато ему самому по-прежнему грозила опасность.
«Шпаклевка Пвасткина», весело пенясь, уже вовсю просачивалась в дыру, зиявшую на месте выжженного скорчером замка. Хелман попробовал сбить ее выстрелом, однако она, по всей видимости, была совершенно неуязвима… Вот уж, подумал Хелман, шпаклевка так шпаклевка!
И конца этому пенному потоку видно не было.
Хелман поспешил к дальней стене. Дверь, разумеется, была заперта, так что и этот замок пришлось выжечь.
Сколько ее там еще, в этом тюбике? Господи, что же такое – «два кубических вима»? А вдруг это две кубических мили? Он догадался: видимо, этой пеной заделывали трещины в гористой поверхности самой планеты.
Остановившись, чтобы перевести дыхание, Хелман вспомнил, что здание имеет форму кольца и можно с помощью скорчера проложить путь сквозь все двери и воссоединиться с Каскером! Ну а потом уж, с двумя-то скорчерами, они найдут способ выбраться наружу…
Вот только у Каскера скорчера нет!
Хелман похолодел, вспомнив об этом. Ну конечно! Каскеру удалось открыть дверь в соседнее помещение только потому, что они раньше выжгли там замок! И чертова пена, несомненно, уже успела туда проникнуть… Каскеру оттуда не выбраться! Слева ползет проклятая шпаклевка, а справа дверь заперта!
Собрав последние силы, Хелман побежал. Казалось, ящики нарочно преграждают ему путь, стараясь загнать в ловушку, задержать. Взорвав следующую дверь, он бросился дальше. И дальше. И дальше…
Господи, неужели эта дрянь успела заполнить помещение, где скрывался Каскер!
А вдруг успела?
Клинообразным помещениям, казалось, не будет конца, и бесконечной была эта череда запертых дверей и груд непонятных предметов за ними. Хелман споткнулся о какой-то сосуд и упал. Вскочил было на ноги и снова упал. Видно, полностью исчерпал силы, ноги уже не держат. Но ведь Каскер – его друг!
Да и без пилота ему никогда из этого ада не выбраться!
Он с трудом преодолел еще две двери; ноги подгибались; перед третьей дверью он потерял сознание.
– Эй, Хелман, это ты? – услышал он вдруг голос Каскера.
– Я! Ты-то как там? Жив? – еле слышно выдохнул Хелман.
– Места тут, правда, маловато осталось, – ответил Каскер, – зато чертов пузырь вроде расти перестал. Слушай, Хелман, вытащи меня отсюда поскорей, а?
Хелман лежал на полу и тяжело дышал.
– Минутку, – сказал он. – Одну минутку погоди, ладно? Черт бы все это побрал!
– Вытаскивай скорее! – заорал Каскер. – Я тут воду нашел!
– Что?!
– Да открывай же!
Хелман попробовал встать и не смог: ноги отказывались повиноваться.
– Что там у тебя происходит? – крикнул он.
– Когда я увидел, что чертов шар сейчас всю комнату заполнит, то решил попробовать запустить это «транспортное суперсредство». Вдруг, думал, оно дверь пробьет. В общем, я накачал в него «высокоактивного топлива „Интегор“…
– Вот как? – удивился Хелман, продолжая борьбу с собственными ногами.
– Знаешь, это «традиционное транспортное суперсредство» оказалось животным! А «высокоактивное топливо „Интегор“ – обыкновенной водой! Да выпусти же меня отсюда наконец!