Чтение онлайн

— Пожрать что-нибудь есть? — спросил Скелет у Бармена.

Тот не снизошёл до ответа, просто молча подал небольшой пакет, в котором мы, к своему удивлению, разглядели антикварную авоську. Внутри нашёлся свежий хлеб, сало, три плитки шоколада и две бутылки «Боржоми». Минералка, кстати, была тоже антикварная, видимо, командир успел в местном магазине затариться. Мельком глянув на винную этикетку, я разглядел надпись мелкими буквами: Цена — 3 рубля 80 копеек. Развитой социализм, ети его мать.

Как всегда, перекусив и допив вино, мы завалились спать, хоть машина к этому и не располагала. Пара часов у нас точно есть, хоть немного сил набраться, да и алкоголь выветрится. А на месте сразу взбодримся, адреналин творит чудеса.

Когда открыл глаза, начало светать, а машина резко остановилась.

— На выход, — скомандовал Бармен, что, как и прежде сидел за рулём, не показывая никаких признаков усталости. — Дальше пешком, тут недалеко.

Два раза нам говорить не нужно, вскочили с места и, стараясь ничего не забыть, выскочили наружу. Морозный воздух с непривычки обжёг лёгкие. Уши начало щипать. Скелету хорошо с его патлами, а у меня стрижка короткая, про Глобуса вообще молчу. Ну, да ладно, глядишь, не успеем замёрзнуть.

В лес уходила просёлочная дорога, которой давно никто не пользовался, поэтому она заросла настолько, что напоминала звериную тропу. Военные, обладая мощной машиной, и то не поехали по ней. Их «Урал» стоял поблизости, очевидно, внутри никого не было. Странно, хотя бы, водителя должны были оставить. Или оставили, а он уже мёртв? Дело нехитрое, учитывая манеры холопов.

Мы медленно подошли к грузовику, держа наготове оружие. Дверь слева была прикрыта, но не захлопнута. Глобус, не отводя ствол револьвера, осторожно приоткрыл её. В кабине было пусто. Скелет тронул меня за рукав и показал вниз. Там, на мёрзлой земле, осталось несколько капель крови.

— Картина ясная, — сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь, — пацан сидел в машине, в дверь постучали, выглянул — никого, открыл дверь…

— Так и было, — договорил за меня Бармен, — идём, может, кто-то ещё жив.

Спасение людей нашей целью никогда не было, будь то солдаты или гражданские. Но мы всё равно старались уменьшить количество жертв. Идти далеко не пришлось, метров через триста тропа неожиданно расширилась, и мы упёрлись в крошечный посёлок, который постепенно поглощала лесная чаща. Несколько домиков, хоть и не были жилыми, но создавали впечатление надёжного жилья. Чуть дальше стояли технические помещения. Всё это напоминало заводской цех. Бармен предупредил, что здесь и подземные коммуникации имеются, надо будет и их проверить.

Судьбу наших предшественников понять было сложно, снега не было, а следы на мёрзлой земле не отпечатались. Что бы я делал на их месте? Правильно. Начал бы обыскивать здания, от краёв к центру. Можно ещё покричать, даже в мегафон, глядишь, кто-то и вышел бы.

Мы решили начать с левой стороны. Первый вагончик нас ничем не порадовал, судя по выбитой двери и количеству мусора внутри, там никого нет. Пошли дальше. Первым шёл Глобус, а Бармен, который тоже вынул пистолет (такой же антикварный «Люгер») замыкал колонну.

Внезапно Глобус остановился и поднял руку. Мы тоже встали. Ствол «Нагана» указал на остов трактора, стоявший неподалёку. Мы медленно окружили железную коробку, а Скелет, взяв пистолет в левую руку, быстро сунул правую внутрь.

— Не убивайте, пожалуйста, — этот голос можно было назвать криком, но он был тихий, хриплый и норовил сорваться на визг.

Скелет вытащил наружу немолодого человека маленького роста, худого и с бородой. По нему было видно, что он напуган, давно не ел и сильно замёрз. Пожалуй, если бы мы не пришли, то через пару часов он бы умер сам, от переохлаждения. Но нам его отогревать было некогда, затащив в ближайший домик, мы посадили его на кровать и сунули в руки фляжку со спиртом. Отхлебнув, он закашлялся, но бледность с лица стала уходить и способность нормально говорить к нему вернулась.

— Где они? — задал главный вопрос Глобус.

— Они? — прошептал дрожащими губами человек, — думаю, что сейчас они внизу, там несколько коридоров, есть где разгуляться, военные тоже пошли туда, думаю, они уже мертвы.

— Вы их видели? — с удивлением спросил я.

— Военных-то, разумеется, видел, а этих… их не видно, видно только то, что они сделали. Все мертвы, не знаю, почему они не нашли меня.

— Растопите печь, — велел Бармен, — и ждите нас, мы пришли вас спасти.

Оставив учёного в одиночестве (возможно, на погибель) мы отправились туда, где был вход в катакомбы. Тут нас встретили два трупа. Молодые парни в старой советской форме. У одного сломана шея, голова вывернута под неестественным углом, второму разорвали горло, а кровь насквозь пропитала зимний бушлат. Я, было, понадеялся снять с них оружие, но, ни автоматов, ни подсумков не было.

Тут где-то в глубине раздались автоматные очереди, которые можно было назвать истеричными, два или три автомата, захлёбываясь и перебивая друг друга, высаживали магазины. Мы бросились туда, но, стоило нам спуститься вниз и отойти на полсотни метров, как стало темно. Проблему решил Бармен, доставший фонарь, точнее, даже лампочку, такую, которая освещала пространство на двадцать шагов вокруг.

Так, с лампочкой в одной руке и пистолетом в другой, он возглавил нашу маленькую колонну. Мы бежали по бетонному коридору, эхо от наших шагов гулко раздавалось по всей длине катакомб. Завернув за очередной поворот, мы, наконец, увидели тех, кто стрелял. Три солдатика, до смерти перепуганные, стояли спина к спине и дрожавшими руками меняли магазины в автоматах. На зимних шапках у двоих были прикреплены фонарики, что слегка рассеивали темноту подземелья. Собственно, поэтому они нас сразу и не увидели. Зато мы увидели их. И не только их. С разных сторон к ним приближались три низкорослых фигуры, одетые в бесформенные балахоны. Сейчас они подойдут поближе, и солдатам конец. Кстати, солдат изначально было четверо, но один лежал чуть поодаль в луже собственной крови. Горло было вырвано едва ли не до позвоночника. Спасать поздно, да мы здесь и не за этим. Справедливости ради, надо сказать, что счёт пока был равный, четвёртый карлик валялся чуть поодаль, разорванный автоматной очередью едва ли не надвое. Стрельба вслепую компенсировалась плотностью огня.

Мы вскинули оружие, разом грянули пять выстрелов. Глобус стрелял по-македонски с двух рук. Результат мы успели увидеть, два карлика просто упали на бетонный пол, у третьего разлетелась вдребезги голова. Именно ему достался заряд картечи из моего ружья. А больше мы не увидели ничего, инстинкт самосохранения заставил нас рыбками прыгнуть за угол, поскольку перепуганные солдаты, услышав стрельбу, не стали разбираться, кто для них друг, а кто враг. Слаженные очереди ударили в нашу сторону, пули высекали бетонную крошку и грозили достать нас рикошетом.

— Не стреляйте! — крикнул скелет, но голос его потонул в грохоте выстрелов.

Пришлось дождаться, пока магазины опустеют и повторить попытку, на этот раз они нас услышали.

— Парни, — крикнул я, — мы ваши друзья, сейчас я выйду из-за угла, а вы не будете стрелять. Хорошо?

— Иди, — проговорил сдавленный молодой голос.

Я аккуратно высунулся из-за стены, на ходу переламывая ружьё и заменяя патрон. Три пары перепуганных глаз уставились на меня. Диалог облегчался тем, что трупы врагов стали отлично видимы, теперь проще будет объяснить им происходящее.