Чтение онлайн

На утро в среду, на неделе после смерти Кэтрин Клей, ровно в девять в книжном магазине появился начальник полиции. Выглядел он очень официально и деловито и, совершенно очевидно, ожидал, что Фредерику придётся будить, как и в первое посещение. Поэтому, застав её за работой, он несколько растерялся. А для Фредерики его приход послужил явной разрядкой напряжения.

Питер ушёл в семь тридцать, и следующие полтора часа тянулись очень медленно. Когда в восемь в дверь постучал Крис, Фредерика дала ему кофе и попыталась поговорить, но негр был молчалив и необщителен. После нескольких неудачных попыток узнать, о чём говорят в городе, Фредерика решила, что не стоит слишком усер­дствовать в роли доктора Ватсона в такое раннее время, и Крис набросился на кустарник. Он словно хотел рабо­той заглушить свою явную тревогу.

Фредерика вернулась в дом и подумала, что же делать дальше. Казалось, уже много часов назад она вымыла посуду и всё прибрала в кабинете, так что не осталось никаких следов ночного гостя. Теперь во дворе работал Крис, впереди длинный день, а часы в кухне определённо утверждали, что ещё только начало девятого. Для Криса лекарством служит работа, что ж, она тоже примет это лекарство, которое сама прописала. Забудет вертящуюся карусель недобрых событий, в которую попала, забудет даже Питера Мохана. Да. Возьмёт последний выпуск «Паблишерз Уикли» и проверит текущие заказы.

Но хоть Фредерика и нашла занятие, лекарство не подействовало. Страницы расплывались перед глазами, за сеткой сердито жужжала муха, и Фредерика остро чувствовала, что не выспалась. Закончилось бы побыст­рее это проклятое дело... Но она должна была работать, потому что ожидала визита Тэйна Кэри. Она не могла улечься в такой час. И почти не сознавая, что делает, Фредерика придвинула к себе большой лист чистой жёл­той бумаги. Ручка покачалась над ним на с минуту и написала слово «подозреваемые». И дальше легко по­следовал список имён. Начинался он естественно с ближайших родственников Кэтрин. Миссис С а т т о н? Кто может быть менее вероятным? Однако она могла убить Кэтрин, чтобы спасти её от самой себя. Роджер? Возможно. По его собственным словам, он ненавидел сестру, и не без причины.

Филиппина? Тоже возможно, но каков мотив? Она могла захотеть выйти замуж за Джеймса. Это похоже на правду. Да, и у Джеймса тоже появилась такая мысль. Но Филиппине незачем убивать было Кэтрин, Джеймс и так у неё на крючке. Д ж е й м с? Написав это имя, она снова словно увидела его чувственное лицо. Очень веро­ятно, но она не должна поддаваться собственному предубеждению и личному отношению. В свете дня она сумела убедить себя, что Джеймс Брюстер хотел всего лишь лёгкого вечернего развлечения. Ну, что ж, возмож­но, он его получил с Филиппиной. Да, он явно предпочитал Филиппину Кэтрин, но такой человек, как Джеймс, легко уклонится от любых обязательств, конечно, если он тай­но не женат на Кэтрин. Интересная мысль. Доктор Ватсон должен предложить её Шерлоку Холмсу. Да. К тому же Джеймс первым увидел мёртвую Кетрин и нико­му не сказал. Миссис Хартвел? Маловероятно... Сплетница и гуляка... может, маскировка истинной мис­сис Хартвел. Она вполне может оказаться коварной и расчётливой. Это у неё на лице написано. Но какой мотив, кроме общей ненависти? Марджи?..

Фредерика отложила ручку и посмотрела на корешки книг на полке над столом. Марджи ненавидела Кэтрин. Это неоспоримый факт. Всю неделю Марджи выглядела смущённой и несносной. И именно Марджи высказала предупреждение перед тем, как было найдено тело. Когда она буквально закричала на ярмарке, никто не обратил внимания, но теперь это стоит вспомнить. Марджи эмо­ционально нестабильна; такие девочки, когда они помоложе, убегают из дома; а в подростковом возрасте могут выкинуть всё что угодно, лишь бы было зрелищно и театрально, лишь бы привлечь к себе внимание. Веро­ятнее всего, накануне вечером к магазину приходила именно Марджи. Но убийство? Нет. Невозможно. Фредерика снова взглянула на жёлтый лист и список имён. Она, конечно, могла сделать его сколь угодно длинным, потому что у всех в городке, наверное, была такая возможность, а Кэтрин Клей не любили. Да, мо­тивы найти будет нетрудно. Она взяла ручку и написала:

К р и с? Сознание вины, или какое-нибудь тайное знание, или просто страх, но что-то изменило Криса за последние дни. Каким может быть мотив? Может, Кэт­рин что-то о нём узнала? Что-нибудь, связанное со снабжением наркотиками? Но как он смог поместить яд в капсулы с витаминами? Нет, скорее Крис просто знает что-то такое, о чём боится рассказать. Фредерика смотре­ла на листок бумаги перед собой. Ж ё л т ы й. «Жёлтый жасмин», как сказал Питер. Наверное, какой-то цветок. Как раз то, что можно найти в лаборатории Фермы. Это значит — что это значит? Надо будет спросить об этом Питера. Любой мог зайти в лабораторию, когда там никого нет. А так бывает постоянно; Марджи бегает по городу, Филиппина и Роджер уходят за травами. И не нужно особого искусства, чтобы поместить яд в капсулы. Питер ничего не говорил, используют ли в лаборатории жёлтый жасмин. Но, наверное, это слишком очевидно, чтобы об этом говорить. Может, хотел, чтобы ей самой пришла в голову эта яркая мысль.

В этот момент и появился Тэйн Кэри. Он тихо, без стука вошёл в переднюю дверь. Фредерика постаралась незаметно засунуть жёлтый листок под «Паблишерз Уик-ли». Питер особо предупредил её. Она не должна говорить Тэйну Кэри,что знает результаты вскрытия. Больше того. Питер сказал, что хочет, чтобы её роль доктора Ватсона оставалась пока тайной. Вполне понятно. Но Фредерика знала, что одного существенного свойства ловца шпио­нов у неё совершенно нет. Она не прирождённая актриса. К счастью, на этот раз начальник полиции Кэри не стал подвергать её способности испытанию. Его подозрения и мысли были устремлены на что-то другое.

— Доброе утро, — поздоровалась Фредерика. Она повернулась на своём стуле и встала. — Доброе утро, — быстро ответил полицейский. — Простите, что врываюсь так бесцеремонно, но нас к этому приучила Люси Хартвел. Она почему-то не любит, когда стучат.

— Всё в порядке. Я уже привыкаю, — сказала Фреде­рика, стараясь скрыть облегчение. Его не заинтересовало, что она делает.

— Я вас не задержу. Можно называть вас Фредерика? Все ведь так и Называют. Это... ну, позволяет меньше чувствовать себя начальником полиции. Хотя, боюсь, сейчас мне придётся им быть. Временно по крайней мере, — и он чуть смущённо кашлянул.

— Конечно, Тэйн. Но... о чём вы?

— Кэтрин Клей убили, —- негромко объявил он. Фредерике не трудно было выглядеть удивлённой. То, что она уже знала это, не делало факт менее мрачным. Страх и ужас остались. Фредерика ничего не сказала, но в этом и не было необходимости, потому что Тэйн рассказал об отравленных капсулах, о том, как умерла Кэтрин, и о прочих подробностях, которые Фредерика уже узнала от Питера. Закончив, Кэри помолчал и резко спросил:

— Табакерка по-прежнему у вас?

— Да. Здесь, — Фредерика опасливо открыла ящик и испытала облегчение, увидев табакерку. Она протянула её Тэйну.

— Сама по себе она мне не важна. Но с ней связано так много загадок, — словно про себя высказался он.

— А вы не нашли на табакерке какие-нибудь отпечат­ки пальцев, прежде чем отдали её мне?

— Только Кэтрин Клей. Мой человек поднял её очень осторожно носовым платком, но никаких других отпечат­ков, даже размазанных, не было.

— Значит, отдавая её мне, вы уже знали, что она принадлежала Кэтрин? Я не совсем понимаю.