Чтение онлайн

Тут он, кстати или не к стати, вспомнил опять про астрономический анекдот и рассмеялся. Когда мифические деньги были получены, Петрович начал строить планы, как он их потратит.

– Себе всё забирать не стану, - мечтал он, - миллиард отдам на благотворительность. Больным деткам помогать надо. Столько их несчастных у нас на Руси, и столько операций предстоит сделать, чтобы все они выздоровели.

– Тут, правда, и миллиарда не хватит, - вздохнул Петрович, но рассуждать дальше в этом направлении не стал.

До этого он иногда посылал сообщения на благотворительный номер с пометкой 'Добро', но что он мог послать, если у него самого денег было кот наплакал.

Теперь же, имея мифические деньги, для детей можно было выделить кругленькую сумму.

– Так, один миллиард уже ушёл, - размышлял дальше Петрович, - куда же потратить другой? Построю-ка я спортивный дворец для бесплатных занятий спортом и для детей, и для взрослых. Такой, этажей в восемь (эта цифра ему нравилась), и сам буду заниматься и других привлекать. На миллиард баксов можно шикарный дворец отгрохать и тренеров хороших подобрать.

Так, вот и второй миллиард ушёл, - размышлял дальше Николай Петрович, - осталось ещё два.

Ну, один себе возьму. Слишком большим альтруистом быть не стоит.

'Альтруизм - самая обидная форма эгоизма', - вспомнилось высказывание нашего известного классика. Петрович тоже слишком долго был альтруистом, хорошо, что денег тогда у него было мало, а то бы теперь ему пришлось выражаться покруче классика.

– Итак, остался неистраченным последний миллиард, - заканчивал свои размышления на унитазе Петрович, - кому его предложить? Конечно же, родственникам и друзьям, кому же ещё. А то ведь проклянут...

Сыну и невестке немного отдам, кое-что внуку отпишу. В восемнадцать лет пусть получит миллион, остальное пусть отдадут ему в сорок. А то профукает всё...

Сам бы Петрович в молодые годы профукал и прогулял всё гораздо быстрее внука.

– Ну что ещё?
– мечтал дальше Никлоай Петрович, - возьму самых близких друзей, и отправлюсь с ними в кругосветное путешествие. Целый год будем ездить по экзотическим странам, побываем в новых городах, поваляемся на шикарных белоснежных пляжах... Так, что ещё? Вроде бы всё. Ладно, там видно будет, - заканчивал на унитазе свои мечтания Петрович...

И вот сейчас всё это оказалось явью. Кашин мог теперь осуществить свои самые потаённые мечты.

– С чего же начать?
– задумался он, глядя в окно на знакомый пейзаж...

– Как с чего? Конечно же, с детей. Не надо изменять мечте, пусть и выдуманной на унитазе, ноги в руки и айда в Москву к Алине Чулпановой. Она возглавляет фонд 'Сохрани жизнь' и многое делает для детей. На вид она честная, к тому же, довольно симпатичная...

Сказано, сделано.

2 декабря 2017г

Глава 3

– Вот только на чём я поеду?
– заволновался Петрович.

Дело в том, что два года назад свою Ниву Шевроле он отдал детям, великовозрастным детям - сыну и невестке. У тех была машина, но им захотелось иметь две. Невестка сказала, дескать, хочет выучится на права и возить внука Петю в детский сад.

Петрович внял просьбам великовозрастных отпрысков, и отогнал им машину, сам же её потом переоформил на имя невестки и подписал все документы. Сделав это, он пожелал ей безаварийной езды. Но невестка не долго ездила на новой машине, через недельку, а, может, через две... нет, она не попала в аварию, она её продала. А объяснила этот факт так:

– Нива - тачка не очень! Фары ночью сами собой не гаснут!!!

'При чём тут фары'?
– психанул тогда Петрович, но говорить что-либо своим великовозрастным детям не стал.

Потом часть денег невестка всё же отдала ему...правда, сделала это через полгода после продажи машины.

– Совесть заела, - решил тогда Петрович и мысленно выругался. Купить себе новую тачку за полученные от невестки деньги, он уже не мог, даже если бы присовокупил к ним свою мизерную пенсию.

После расставания с любимой Нивой Петрович и начал мечтать. Он представлял, как вскоре ему обломится крупный куш, и он купит себе другую машину.

– Но такую же, как Нива Шевроле!
– представлял он, - покупать что-либо другое будет не честным. Чем я тогда буду отличаться от жадных олигархов? А в России столько детей несчастных.

Но когда деньги Петровичу обломились на самом деле, он оказался в цейтноте, что ему покупать. Да и жена ему заявила, что ехать в Москву к известным и уважаемым людям на Ниве - просто смешно.

– И не безопасно это, - прибавила она, - знаешь, какие у нас дороги. А если ты Ниву свою всё забыть не можешь, то купи себе вместо Нивы Шевроле, Шевроле Тахо. И доедешь, как человек с комфортом, и мечте своей не изменишь. Ведь главное и в Ниве и в Тахо - это что? А то, что они обе Шевроле.

Петрович улыбнулся доводам жены, но согласился с ними.

– Она права, - решил он, - не надо быть святее Папы Римского.

Но осадок от этих мыслей у него остался.

– Не с того я начинаю, - вздохнул он,- ну, да ладно...где-нибудь через годик я её продам, и куплю себе обычную Ниву. Ведь, зачем мне нужна машина? На рыбалку ездить. Тусоваться, я уже давно не тусуюсь, а для рыбалки лучше нашей Нивы ничего ещё не придумано.

На следующий день Петрович пошёл к своему другу Мише Перельману. Тот всю жизнь занимался бизнесом и достаточно в нём преуспел, но денег, о которых когда-то мечтал, так и не заработал в родной стране. Во времена оны Петрович начинал в его фирме простым клерком, через какое-то время поднялся на определённый уровень и занял солидную должность с хорошей зарплатой. Но Николай мечтал не об этом, он хотел стать писателем и написать шедевр, чтобы прославиться. А там, глядишь, и Нобелевскую премию получить...

Об этом он поведал другу Перельману, и тот отпустил его на вольные хлеба. Миша потом даже какое-то время помогал Петровичу в его мелком бизнесе, а когда Николай написал первую книгу, то издал её за свой счёт.

Короче, отношения с тех пор у них никогда не прерывались, они продолжали дружить и общаться. Петрович время от времени приходил к Михаилу в гости в офис и читал там ему свои рассказы. Перельман слушал и, в свою очередь, рассказывал Николаю о своём житье-бытье. Однажды он рассказал, что недавно принял обряд крещения и стал православным. А посему, на родину предков на ПМЖ теперь он не поедет.