Шрифт:
В долине кактусов и черных дыр
Эх, моя дорога,
с песнею да брагой
Вдоль полей да леса
с солнцем на плече
С ветром в сотоварищах,
С лихостью да удалью
Под руку с любовью
Ты веди меня…
Последняя лошадь уйдет вслед за солнцем.
Зевнет внизу дворник. Мурлыкнет мотор.
И старая дева – и ей улыбнется —
Заснет, обнимая, слюнявя мечту…
Сначала была мысль,
Потом ее убийство.
Но бестолковый мир не знал контрацептивов
И вновь беременел
И снова убивал…
Мне сойти с ума мешает осень.
Если я свихнусь,
Как пережить зиму?
В долине кактусов и черных дыр
Произрастают сновиденья
И плодоносят размножаясь
От ночи к ночи
Орошает ту долину
Дождь суеты дневной
Туман раздумий
Иней общежитья
И тянутся переплетаясь
Через всю жизнь
пространные растенья
Ловушки покрывая черных дыр
Впиваясь
в изумленное сознанье
До боли
и до слез
До пробужденья…
Играет орган
Раскрываются врата вселенной
Непостижима ее глубина
Загадочен холод
И так хочется оступиться с порога
И лететь
И звучать
И чинно приветствовать ноты
Аккордам дивиться
Замедляя полет
То его ускоряя
Не опаздывая
И не спеша
Не стремясь
И не удаляясь
Ощущая летучесть души
Лишь
Постигая
созвучье ее
Непостижимости существованья
Мир очень мал
Все расстоянья и преграды
Так велики
Как мы их представляем
Но стоит в путь пуститься
Оставить за спиной непроходимый лес
И пересечь равнину
Реку переплыть
Взмыть выше гор
Парить над океаном
И прикасаться к облакам
И сверху вниз смотреть
На расстоянья и преграды
Границ не видеть
И не ощущать
И понимать
Мир очень мал
Он обозреваем
Он умещается в сознанье
Он в нас,
Но не наоборот…
Веселыми кругами разойдутся
Образы и звуки
Вплоть да миров далеких
Вот этим всплеском смеха
был я
Родившийся средь звезд…
Незатейлевое “кантри”
Щиплет душу и глаза
Ты зачем приехал в город?
“Рок-н-ролл” тебя пленил?
Пробьют часы
пробоину в пространстве
И хлынет время,
увлекая нас
Туда,
где,
как,
зачем,
К чему…
Белила опрокинуты в лицо.
Зрачок распят непониманьем.
И кровь,
прокушенной губы.
И крик,
задушенный гортанью.
И пыль,
не ждавшая колен…
Она летит,
она кружится.
Ей несколько минут
Отведено
на жизнь,
На этот танец кружев,
На этот блеск в лучах светил,
На вдохновенье
этих замерших ладоней…
Ударит луч
сквозь тучные редуты,
Взорвется
почкой и бутоном.
Осколками веснушки разлетятся.
Повалятся сраженные сугробы
и испарится серый камуфляж.
Капитулирует Зима…
Да здравствует Весна-освободитель!
Хлюпает вода
зябко.
Ветер заглянул в лицо
стыло.
Сплюнул я, и так
мерзко
На душе моей
осень…
Я потерял,
но не искал,
Так как-то просто обнаружил
Себя,
зарытого в подушках,
В безделье,
в тишине
и в снах.
И долго думал,
Извлекать ли на свет божий
это?
Оно ж всплакнуло вдруг
И самоизвлеклось…
Мартовские страсти небесные
фиолета и бирюзы.
Хоть отколупывай
И за месяцем месяц любуйся,
Через страсти земные храня
фиолет с бирюзою небесные…
Люблю тебя, Странища
пьяни,
вони,
мата,
Слез,
криков и
нелепейших смертей,
Надрывной песни
и улыбки глупой,
Дверей распахнутых и душ,
Дороги длинной,
покосившихся столбов,
И мутных окон,
пялящих глазенками старух
На грязную весну,
на лето потное,
На мерзость осени,
на зимнее коварство,
На нас с тобой,
Моя Любовь…
И налетит толпа.
И мое время
по кусочкам
Сожрет,
причмокивая,
гогоча.
Икнет