Черный интернационал
Шрифт:
Мужик резко остановился, стремительно развернулся к нему лицом, застыл как вкопанный. В боевую стойку вроде бы не становился, но Степану показалось, что внутренне он приготовился отразить возможное нападение.
– Майор милиции Лозовой! – подходя к нему, представился Рома. – Предъявите документы!
Гуляка понимающе кивнул, полез в куртку за документами. Степан внутренне напрягся, поставил себя на боевой взвод. Ведь гражданин вместо документов запросто мог достать нож или даже пистолет.
Но все было в порядке. Прохожий предъявил служебное удостоверение в красной корочке.
– Подполковник милиции Кабаржин Олег Дмитриевич, – с уважительной интонацией прочитал Рома.
– Командир отряда ОМОН, – дополнил мужчина.
Можно сказать, что внешне он вполне соответствовал своей должности. Рост где-то метр восемьдесят, в плечах косая сажень, обветренное волевого склада лицо, мягкий, но в то же время сильный взгляд. От него разило спиртным, но на ногах он держался крепко. Чувствовалась офицерская закалка.
– Гуляете, товарищ подполковник? – с понимающей насмешкой спросил Степан.
– Так в отпуске же, а тут товарища встретил, посидели немного, домой вот возвращаюсь.
– Ничего себе немного, утро уже скоро.
– Так говорю же, в отпуске я.
– А каким отрядом командуете?
– Особым. Он сейчас в Чечне находится, а что?
– Да нет, ничего. Просто я многих омоновцев знаю, а вас вижу впервые.
– Так я сам из Красноярска. А жена у меня отсюда, мы к теще погостить приехали. Вы что, допрашиваете меня?
– Да нет, – пожал плечами Степан. – Просто интересно, сами вы из Красноярска, а товарища здесь встретили…
– С товарищем этим мы вместе в Чечне служили. Это еще когда первый заезд был. В смысле, первая чеченская. Я и с женой своей через него познакомился… Надеюсь, ваше любопытство удовлетворено?
Подполковник говорил мягко, без всякого вызова. Но все же чувствовалось, как нарастало его скрытое раздражение.
– Извините, товарищ подполковник, – улыбнулся ему Степан. – Служба у нас такая…
Ему было неловко. Мужик правильный, боевой офицер, а он его пытает как какого-то пижона.
– Проверки на дорогах? – понимающе усмехнулся омоновец.
– Что-то вроде того… Если вдруг какие-то проблемы, обращайтесь прямо ко мне. Подполковник Круча, замначальника ОВД «Битово»…
– Странно: подполковник и майор, и в патруле, – заметил Кабаржин.
– «Гроза» у нас, вот и приходится метать молнии.
– А, «Гроза», понимаю. Террористы замучили?
– Да нас-то еще пока не трогают, тьфу, тьфу, а Москва гудит…
– Это из Чечни вся зараза…
– Так уничтожить эту заразу, и все дела.
– Как уничтожить, если приказа нет? Кому-то выгодна эта война, поэтому мы и воюем, непонятно до какого конца… Ладно, господа офицеры, пора уже – вам служить, мне отдыхать…
Подполковник помахал Степану и Роме рукой, повернулся к ним спиной и зашагал к своему дому.
Степан смотрел ему вслед и заметил двух людей, сидящих на скамейке возле его подъезда. Мало ли кому не спится в ночь глухую. Может, это кто-то из жильцов дома на рыбалку собирается. Сидят мужики, ждут третьего, чтобы затем сообразить на троих в кустах у Глубокого озера… Но Степану присутствие этих полуночников показалось подозрительным.
Под козырьком у входа в подъезд лампочка не горела, двор освещался плохо. Поэтому он видел только силуэты сидящих. Зато те хорошо его видели. И как только поняли, что он идет по их душу, вскочили со скамейки и бросились наутек.
– Оп-ля, с чего бы это? – скорее у самого себя, чем у Степана, спросил Рома.
– А надо узнать! Давай за ними!
Степан первым бросился за беглецами, увлек за собой Лозового.
– Стоять, милиция!
Но удирающие типы даже не думали останавливаться. И со всех ног продолжали бежать в сторону воинской части.
Степан Круча принадлежал к числу тех людей, для кого спорт – удовольствие, а не обязанность. И сейчас он был в отличной физической форме – бегал легко, стремительно. И Рома в этом плане отнюдь не дохляк. Они оба бежали быстро, во весь опор. Но, видимо, неустановленные типы тоже дружили со спортом, и расстояние до них сокращалось очень медленно. Но все же сокращалось. И, наверное, сократилось бы до минимума, если бы перед беглецами не вырос забор воинской части. Они с ходу перескочили через эту преграду, как будто это был привычный элемент полосы препятствия. Степан и Рома также не стали топтаться перед забором, легко перемахнув через него. И оказались на бетонированной площадке, от которой вдаль тянулись два ряда зданий – по всей видимости, складских помещений. В проходе между ними в робком освещении фонарей сверкали пятками беглецы. Но вот они свернули за угол, и все – нет их. Однако и Степан не стоял на месте.
– Стой, кто идет! – грозным окриком раздалось за спиной.
Степан и Рома разом остановились, медленно развернулись на звук. Они еще не совсем поняли, что произошло, но уже знали – лучше обойтись без резких движений.
А произошло то, что должно было произойти, – они нарвались на часового. Но произойти это должно было и с беглецами. Увы, по закону подлости, те успели проскочить мимо обходившего свою территорию солдата. А Степану и Роме не повезло.
– Стой, стрелять буду! – крикнул часовой и тут же нажал на спусковой крючок.
Первый выстрел был сделан в воздух, все как по уставу. Но ведь Степан и Рома остановились еще до этого, даже оружие спрятали. Но, видно, солдат вместо устава караульной службы читал анекдоты про армию. Есть там такая сценка: «Стой, стрелять буду». – «Стою!» – «Стреляю!»…
К счастью, солдат находился достаточно далеко от нарушителей, да и стрелок из него оказался аховый. Длинная очередь прошла высоко над головой. Несколько пуль высекли искры из кирпичных стен армейского склада. Пришлось залечь.