Чтение онлайн

– Можно подумать, вам поговорить не с кем. – Я вытянул ноги к работающему обогревателю и мельком глянул на стоявший вдоль стены шкаф. Замков-то замков понавешали. И не простых, а с магической начинкой. К чему бы это?

– А кому теперь я нужен? – хитро прищурился торговец. – Это раньше советоваться приходили, а теперь…

– Что случилось-то? – Мне никак не удавалось понять странное несоответствие между словами и настроением торговца. Вроде говорит – плохо все, а не верится совершенно.

– Да я временно членство в Торговом союзе приостановил, – объяснил суть произошедшего Ян Карлович. – На льготах много, конечно, теряю, но зато и сборы не плачу. А льготы, я тебе скажу, в последнее время выбивать с боем приходилось, так что пока то на то и выходит.

– Если ты плюнешь в коллектив – коллектив утрется, если коллектив плюнет в тебя – утонешь, – напомнил я торговцу избитую истину.

– Плеваться стенка на стенку придется, и неизвестно еще, кому спасательный круг понадобится, – начал протирать кусочком замши очки Ян Карлович. – Конечно, даже из старичков мало кто с Гиоргадзе ссориться не побоялся, но зато на тех, кто ушел, почти половина оборота Торгового союза приходится.

– И дальше что?

– В январе общий съезд намечается, там и будем отношения выяснять. Гиоргадзе, сам понимаешь, скинуть не получится, но по рукам ему надавать мы возможности не упустим. А то он нас скоро со всем Фортом перессорит.

– Слышал, он на накопители Иванова цены сбить хотел?

– Было дело, потом от гимназистов неделю прятался, пока те не остыли. В итоге скидку три процента себе выторговал – ходит гордый. А то, что они деньги из нашего банка увели, вроде как и пустяки, дело житейское. – Ян Карлович надел очки и посмотрел мне в глаза. – Точно ничего не хочешь?

– Нет, спасибо, бежать пора, – отказался я. – Нашим прошлым делом никто не интересовался?

– Нет, забыли все давно. А что?

– Да мало ли? Вообще ничего нового нет? Меня просто давненько в Форте не было. – Я поднялся из кресла – мало ли, упустить чего мог.

– Да ты в курсе всего должен быть… – многозначительно замолчал торговец.

– Вот насчет этого тоже вопрос есть, – понял непрозвучавший вслух намек я. – Помните, насчет работы мне сходить предлагали? Можно этим работодателям доверять вообще? Или потом бритвой по горлу и в колодец?

– Ну я же веду с ними дела, – развел руками Ян Карлович. – Ты, главное, сам не подставляйся.

– Понятно, – снял я с вешалки фуфайку. – А через них разве нельзя с Гиоргадзе вопрос порешать?

– Его сразу две боевых бригады Цеха круглосуточно охраняют. Шуму будет! – постучал карандашом по краю стола торговец. – Непроходной вариант. Ты, кстати, сильно сейчас занят?

– Мне хотите предложить эту работенку? – пошутил я.

– Нет, – покачал головой Ян Карлович. – Просто Вениамин второй день на работу не выходит. Я охранников к нему домой послал – никого. Соседи говорят, со вчерашнего дня не было. Будет время, пройдись по знакомым, вдруг кто чего знает?

– О чем речь? Конечно, поговорю. Через Дружину-то поискать не хотите?

– Дружину уже подключили.

– Если чего узнаю – заскочу. – Я подошел к двери, но обернулся, чтобы задать вопрос, ради которого сюда и приходил. – Да, кстати, помните, тут у вас тип крутился – Кречет погоняло? Не знаете, с кем он сейчас?

– А разве не с твоими нынешними работодателями? – прищурился торговец.

– У них пути-дорожки разошлись.

– Тогда даже не знаю. Он больше с Вениамином дела вел.

– Понятно, – кивнул я и открыл дверь. – До свидания.

– Будет время – заходи.

– Обязательно. – Я пробрался по узкому проходу к ходившему от стеллажа к стеллажу Напалму и, остановившись, начал медленно застегивать пуговицы. – Обязательно…

Не понравился мне разговор. Сам понять не могу, в чем причина. И выпить Ян предложил, и заходить звал. А будто соринка в глаз попала – и хоть кричи. Не так что-то пошло, не так, как раньше. Будто бывший патрульный по прозвищу Лед бывшему члену Торгового союза Яну Карловичу как человек уже неинтересен. Сейчас никчемной просьбой его озадачить можно, а на будущее – даже разговаривать толку никакого. Будто у кого-то из нас этого самого будущего просто нет. Ох не нравится мне все это.

– Пошли уже, – распахнул входную дверь пиромант и напялил на лысину кожаную кепку. – Че тормозишь?

– У меня есть мысль, и я ее думаю. – Отбросить невеселые раздумья оказалось не так уж и легко – паранойя, мать ее. – У тебя, часом, не все жалованье на сигареты уходит?

– На работе я не курю, – затянулся, раскуривая очередную сигарету, Напалм. – А перед работой всегда мандраж – нервы успокаиваю.

– Выпил бы водки, – предложил я народное средство для снятия стресса, оглядывая тем временем окрестности. Пожалуй, надо к Красному проспекту напрямую через заброшенный микрорайон пойти. Не стоит тем же путем обратно возвращаться, да и крюк немаленький выйдет.

– Не, я в завязке. Ты просто не представляешь, что в пьяном угаре пиромант сотворить может. Я один раз начудил – месяц потом мазью от ожогов мазался. Лучше уж за стену схожу, к знакомым, страхогона покурю.

Я только кивнул и снова внимательно посмотрел по сторонам – мы уже вышли на узенькую тропинку, протоптанную через заброшенный район от западной проходной к Красному проспекту. Двух– и трехэтажные дома находились в плачевном состоянии и торчали из снега пустыми шлакоблочными коробками стен. Не нравится мне тут – очень уж место для засады подходящее. С другой стороны, и ходят здесь в основном служивые – народ безденежный и резкий, а потому для грабителей малоинтересный.

До Красного проспекта мы добрались минут за десять. Тропинка вывернула прямиком к свалке, на которой шла потасовка между десятком бродяг. Что они меж собой не поделили, осталось для нас загадкой, но проезжавшие по проспекту на санях патрульные не стали даже останавливаться. Видать, здесь такое в порядке вещей.

– Тебя, значит, тоже сюда заселили? – остановился на крыльце пятиэтажного общежития Напалм, когда мы добрались до «Тополей». – Какой этаж?

– Третий.

– Соседи. У меня четвертый. Заходи вечером. Как по лестнице поднимешься, так в мою дверь и упрешься, – предложил пиромант и заскочил внутрь.