Чтение онлайн

– Я лечу одна, – снова открыв глаза, – они летят семьей раньше. Я не говорила? – как я устала.

А в ответ тишина.

– И Дина тоже? – наконец прервала молчание Катя.

– «И Сережа тоже» 4 . Я не стала расспрашивать у Маши подробности. Знаю, что я прилетаю последней.

– Ну, тогда он совсем нахал! – Света такого поворота событий не ожидала. Стопудово уже нарисовала себе романтическую картинку на берегу моря – бриз, чайки, закат, долгий поцелуй. – Ну, надо же, еще и жену тащить.

– Они не женаты, – вступилась я.

– Ой, вот только этого не надо. Сама Катерине мораль начитывала на эту тему.

– Свет, я не собираюсь с ним роман крутить. Просто это неприятно – когда безответно.

– Ну, знаешь, – встряхнулась Катя, – а, по-моему, еще как ответно. Просто так такие выходки не устраивают.

– Катя, я не про секс же. Если б он ни на ком не женился, то можно было бы попробовать нормальные отношения построить. С ним мне одноразовый секс не нужен.

– Поэтому будешь мучиться!

– Нет, Свет, поэтому оставлю все, как есть.

– Мне кажется, лучше уж попробовать, ну, пострадаешь потом. А может, все так повернется, что и выгорит. Ты же не знаешь.

– Ты рассуждаешь, как Маша наша.

– Ну, спасибо! Сравнила! Лучше б слушались – я, между прочим, напомню, замужем, в отличие от вас обеих.

– Ты таким макаром себе замуж устроила? – поддела Катя. – Дудки! Мне такой вариант не подходит. Мужчина должен добиваться. Должен сам предложить – а я еще поломаюсь-подумаю. Иначе он всегда налево смотреть будет.

– Много ты понимаешь! Мы прекрасно с Витей живем. Без всяких там «лево».

– Это ты так думаешь.

– Слушайте, заканчивайте уже. Вы последнее время на ножах постоянно. Обе в чем-то правы. Из всех правил есть исключения. Все, тема левака закрыта. Договорились?

– Так ты, в результате, когда возвращаешься? Уже знаешь? – Света нехотя сменила тему.

– В воскресенье ночью. Потом сразу на планерку, – ухмыльнулась я. – Придумали сувениры? Я специально один день взяла еще, чтобы в Монако съездить.

– Там так красиво! Обязательно поднимись в их собор. И мне там еще океанариум понравился. Мы там тоже были.

– Там вроде бы музей.

– Ну да, музей, но также и аквариумы здоровенные. В прошлый раз там парень в акваланге чистил стены, а вокруг него рыбины всякие плавали. Он даже улыбался, когда его фоткали.

– Обязательно передам от тебя «привет», – съязвила я.

– Откуда лешишь? Из Шереметьево, надеюсь.

– Ой, Свет, и не говори! Мне кажется, если бы мне попытались из Домодедово взять – я бы истерику устроила. Бррр. Зачем ты, вообще, эту тему подняла – я ее усиленно стараюсь изгонять из своей головы. Как подумаю про этот взрыв 5 . Ужасно становится. Ведь там тоже люди стояли – про свое думали, переживали за разное, что важным считали. А потом…

– Мне Стас говорил, что их долго не выпускали, и людей скопилось много. Даже стену аэропорта разобрали какую-то.

Мы замолчали. Катя это уже рассказывала. Но теперь любое обсуждение любого путешествия, так или иначе, поднимало эту тему. Стас оказался счастливчиком, если можно так, вообще, сказать, был в зале вылета.

– Я в сети где-то читала, про то как через минут десять-пятнадцать на месте взрыва стали звонить телефоны, а никто уже не подходил.

– Света, хватит! – в два голоса мы с Катериной.

– Пожалуйста! Ты когда рассказываешь что-то, я прямо вижу это. Я и так боюсь летать. Уж лучше бы и вправду с Максом летела. Одной теперь страшно до жути.

– Привет. Ты всегда по расписанию приезжаешь?

– В смысле, Макс?

– Ты постоянно в одно и то же время по утрам приходишь. Как тебе это удается?

– А, понятно.

– Вот и поговорили, – улыбнулся он, открывая передо мной дверь.

Во многих фильмах замкнутому пространству лифта придается особенное значение. Влюбленную парочку то и дело норовят поместить в него вдвоем. Дальше кнопка «Стоп», бумаги веером в воздухе, и начинается акт страсти. Ничего подобного – если старательно не смотреть в глаза объекту желания. Даже не пытаться расстегивать теплое пальто, пусть уж лучше жарко будет. И пристально смотреть в телефон.

Ощущение, что оглядывает меня с ног до головы. Хотелось бы.

– Что интересного пишут, – опять этот подначивающий голос. Это его постоянное переключение с одного тона на другой меня с ума сводит. Он делает небольшой шаг вперед. Я поднимаю глаза и инстинктивно начинаю слегка улыбаться. Когда тебя так явно хотят – это будоражит.

– Третий, – а в горле ком, и он отступает до того, как двери открываются.

Сколько же эмоций можно пережить за три-то этажа. Всё, теперь только пешком. Правда, на лестницах подоконники удобные, широкие, и камер нет, опять же.

Макс щелкнул своей карточкой и пропустил меня вперед.

– Алоха, Мария. Как жизнь молодая?

– Максим Андреевич, замечательно. Вся цвету и пахну.

Конец ознакомительного фрагмента.