Часть встречи, Самарцев Александр

Часть встречи

на обложку

Самарцев Александр

Шрифт:

Он всегда взволнован, этот антипод концептуалистов, всегда бьется с какими-то ветряными мельницами, что может вызывать недоуменную улыбку, раздражение, негодование, но вряд ли – равнодушие. Кстати, по поводу рыцаря печального образа, создававшегося, когда рыцарство могло вызывать лишь смех, моя дочь, прочитав Сервантеса, заметила, что если Гамлет – сумасшедший, то Дон Кихот – это вообще клиника Может быть. И тем не менее именно этой книгой, если вспомнить Достоевского, человечество оправдается на Страшном Суде. Иными словами, Александра Самарцева, на мой взгляд, нельзя не любить, как сказал Бродский об Анатолии Наймане, а это – главное. Встреча состоялась. Речь – удалась.

о. Константин Кравцов

Моей дорогой Юлии

«На сцену упала кулиса…»

С. Р.

На сцену упала кулиса в луче пропылилась онаприказ настигает Улисса курите щавель чайханасъезжаются гости фуршета стесненные длинным столоммы пели однажды про это про твой юбилей напроломв отшибленном семьдесят пятом слайд-шоу меняют конейпорядок бывает разъятым обратным с крестей и с бубейразмазанный по асимптотам блатною цистерной в Афганшесть соток родня «шестисотым» потрем же обман об обманУлыбок базар с монитора глаголет очнитесь дедыя вру про себя словно город хлебнувший мешок DVDприцелен рассказчик физтеха затянутый в щукинский классживот мой непрочное эхо смертям хоть одна б задаласьзато сплошняком усыпляла стреляла навскидку зваласорвав тормоза сериала сирень и сукно со столаи нет окружений властнее для воблы на телеверхуМедея и все ее змеи бикфордом плетут who is whoБесчувственной пяткой надкусан паркет или так ламинатпинг-понг антрекота с арбузом бойца не заметил отрядотлетную в дырочках шляпу Ла Скала дыхалкой отжегты все юбилеи отплакал кромсая то лук то востока надо ведь надо же старче лицом к утомленной стеневосстать травянее и жарче жары безветрильной вовнев луче мы про это бренчали крошили училищный мелно песням не кланялся щавель откуда он здесь уцелел

«Острей запахла талая вода…»

Острей запахла талая водаот двух прудов на повороте в Узкомубавишь скорость раз и навсегдапо ржавым тормозам ты свой ты узнан.Вот-вот из застоявшихся глубинединожды я знаю чей единветвистый всплеск прижал кружное месток еще пустому лесу горьких щекно взрыв большой по тихому течети ёк твоя ёк-ёк в нем эсэмэска

«С желтых желобков двора Вернадского…»

С желтых желобков двора Вернадскоголифт возносит на этаж на тот жеОтмокаешь сумрачными краскамидежавю забудем ты продолжиДверь открыть на три прыжка прихожуюсон во сне включается кондишенв сбывшейся пусть потеряю прошлуювремя побежденное все спишетСнимков комариное кружениес жалобным испугом кошка-букаластится подсыпь чего кошернеегранулами ультразвукаКто мы здесь умрем или состаримсяесли не уже но и без еслипульс разжался детского кристалликадолгий-долгий вместе

«Ты одна меня помнишь в бумажной венгерской джинсе…»

Ю.

Ты одна меня помнишь в бумажной венгерской джинсеу «Смоленской» с пионами с розами тут же на всеза еще не отбитым от рук восхищенным умомотпустившего душу ловить наши дни кувыркомИх сжимает по зернышку пухом на горьком клеюс покаянным восторгом не раз и не сто расклююСтолько столько живут попадая в свои же следыесли локоть знакомил с лицом из толпы от балдыстолько столько рождаются к пеплу и праху спинойотмечать по-домашнему блеянье вьюги роднойдаст пион прикурить после рейсов туда и назадкак залитый очаг лепестки рассыпаясь горчатНадо память подрезать сойдет примороженный хромс потаенных копирок и кто из нас клон с молокомкто по мудрому трус за двоих против счастья трясясьты одна ты глазами одна ближе страсти по воздуху страстьотрясаемый счет стайкой пуха да стелется ейи не вся и не всякая боль этой жертвы смелей

Чуть по-другому

«…и что нельзя беречься».Д. Самойлов

Давай давай помедлимподобные рисковымне то чтобы кометама ноготкам левкоямшуметь и расставатьсяособенно второеу стойки регистрацийнад Истрой за рекоюотпущенные детидетей понарожалируль облаками вертитбез видимой педализаглушена машинамай сразу вновь за маемпогода беспричиннарастратим все что знаемособенно сенсорныхтик-таков стрелки нервыу лопухов подсолнухориентир неверныйк земле до посиненьяприжаться нет подушектрадиция семейнаперебивать но слушатьдавай ведь всё насталосквозь никогда возможнейне то чтобы сначалаа вот же вот же

«Верен электрочайник газ языкаст обманчив…»

Верен электрочайник газ языкаст обманчивкто вскипятит быстрее выплеснет перенянчитУтро искрит промерзло запах «Нестле» от елкии голубей Сан-Марко на середине ВолгиЖмется весной к жилищу птичьих ветвей засадакрасною клеткой скатерть вздута ее и надоКлеммы судьбы совпали щелочно и кислотноищешь ключи в диване собранного неплотноОтпочковались наши не из песка ли пряткис верхом тебе две ложки мне как всегда несладкийВольно – былым свиданьям им не узнать о многомчто кипятку прикажешь то и пожнешь ожогомВыплеснулось впиталось но и когда нет ближеон как вода заноет сам же себя залижет

«“Границы – блеф” а вот и дошутились…»

«Границы – блеф» а вот и дошутилисьс отменой виз лидирует Эйлатлюбимая уже раскрашен Штирлицдо дыр затерт рентгенный вариантотправленный ко дну а все что метилхрустит в капкане разрывных тенейно сам капкан остроугольно светела кто еще цветнейВнесла в синайский зной помол свой Истране колется откуда дни растутзажмуренность подводная слоитсягубами губ у выхода простудС утра задуло стрекотом киношкижизнь надморская взыблена в зенитпрохладен пол балкона суматошныйдым выдыхаясь прутья зазмеитСожженных красок сгущены провалычерным-бела там щелка для ключейживой? – разбудишь на границе алойне выдам кто живей

«И в Африке и на обетованной…»

И в Африке и на Обетованнойпоэт погонщик свой и свой же песединоверно бремя караванаплевать на лай сомнений нервов грезНеколебимы пилка для ногтейпуловер с капюшоном полосатыйнести свою пустыню так теплейа внешнюю оставь для конденсатаНо сух просторный получений залтам наш багаж просвеченный упалточнее выпал и не наш точнееу суеты собачий нюх качелейпусть замкнут он конвейерной петлейа караван стоит один одна ливзведен мобильник прочее деталинайдется все как в Яндексе откройза оба чемодана сам сойду явстречает на парковке бодрый «чииз»совпали бирки слепком с поцелуяудобней на плечо мне ляг смягчисьв заторах в утомительных рулежкахпока рецепшен ключ не обнаружьот лоджии от как и мы бескожихи сумеречно средиземных лужТы ты поэт дотошна несекретначувствительна к пиявкам смспоследняя бессчетна сигареткапесок морской но вот и он исчезна полпути к посадочным огнямкак силомер выскальзывая рыбинойсжат Nokia его бы я отнялот жадности к усталой ли к обыденной…Спираль восхода стиснула балконты помаши оттуда и вдогонсмешная руки взденешь низачемнопалате номер Крестный путь храняпо дому беспорядочным кочевьембольшую верность вирус выбор дняи пишутся встречающие тропымолчанием подолгу навсегдадля неуемной умоляльной пробыморозную пустыню без следаоставить за плечами капюшоном– щепоткой неба в развороте сонном

«На участке домик второй прогнил…»

На участке домик второй прогнила еще родительский не обшитвыходные в пробках остатком силтормоз-газ скрепило каркас обидПоскорее с ноутом и под пледзабывай мобильный бросай теряйот его вибраций садится светкак на ладан раем дыша на райСколько ни работай ни говориобступила рваная но семьяэлектропилою от головысердце ходит ниша в тебе мояХодят по безветрию остриёмхвойные смотрители-сторожапаутинной пустошью осквернёнвоздух гарью Галича ворожапо его лекалам Шаов Тимурбез костей трагедии бла-бла-блажмет на те же точки акупунктуркровь не доливается в песнь козлапочкою двурогой уперт жасминбездыханно вздернутый парашютприземленью памятник иже с нимиз анабиоза дым теплый пьют

1 2 3 4