Чтение онлайн

– …откроет новую эру. Операторы стихий с восьми континентов трудились совместно, преодолев извечные распри. Наблюдатели подтвердили – баланс соблюдён в достаточной мере, и пуск состоится в срок. Конус-приёмник сформируется согласно техническому заданию. Эффект воронки, о котором неоднократно предупреждали скептики, будет нейтрализован. Погрешность, как заверил сегодня лорд-координатор, составит не более сотой доли процента. Нет никакой опасности для волновых потоков общего пользования. Публику тем не менее убедительно просят в день запуска воздержаться…

От чего именно должна воздержаться публика, Роберт так и не смог узнать – звук опять исказился, перешёл в бессмысленный клёкот. Картинка смазалась, и башня утонула в мельтешении помех-снежинок.

Он подождал, но изображение не вернулось.

Глотнув ещё пива, он почесал в затылке.

Что это сейчас было?

Какой-нибудь новый сериал-технофэнтези? Лексика вполне соответствует – операторы стихий, лорд-протектор. И континентов у них там аж восемь штук. Да, посмотреть хотелось бы – съёмки масштабные, это сразу заметно, не какое-нибудь двухкопеечное фуфло с картонными декорациями. Странно только, что ничего такого не рекламировалось. Или он пропустил? Надо в инете глянуть…

Он встал с дивана – и сел обратно.

Досадливо цыкнул.

Ага, в инете…

Только теперь ему удалось окончательно осознать масштабы засады, в которую он попал, приехав в Усть-Кумск.

Нет, он проживёт, конечно, без этого сериала, название которого не удалось загуглить. Но в следующий раз ему может понадобиться другая, более важная информация – по работе, к примеру. Дата малоизвестного исторического события или фамилия полководца из позапрошлого века. Как это можно выяснить без доступа в Сеть? В библиотеку переться, что ли? Только этого не хватало…

Настроение стремительно портилось.

Чтобы отвлечься, он принялся бессистемно жать кнопки на телепульте. На экране перед ним замелькали рэперы и домохозяйки, министры и повара, дрессировщики и светские львицы, эпидемиологи и гаишники, акушерки из сериалов и девочки-фурри из аниме, экстрасенсы с блудливым взглядом и продавцы с приклеенными улыбками, юмористы всех мастей и калибров, бандиты киношные и бандиты реальные.

Пиво выдохлось и горчило на языке, голова наполнилась тяжестью. Птица за окном продолжала гукать, будто её заело. Спинка дивана стала липкой от пота. Зной не ослабевал – напротив, чем ближе к вечеру, тем сильнее он становился, густел и вдавливался в квартиру тугой волной. Бубнёж телевизора утомил. Роберт выключил звук и с минуту просто сидел, слушая тишину.

Телефонная трель прозвучала резко и неожиданно.

Он вздрогнул и пару секунд бессмысленно озирался. Потом сообразил наконец, в чём дело, снял трубку и сипло сказал:

– Алло.

– Доброй ночи, – произнёс надтреснутый голос.

Роберт с сомнением посмотрел за окно, где солнечный свет потоком заливал двор, и осторожно ответил:

– Здравствуйте.

– Вынужден напомнить о сроках. Жду отчёт по предстартовому сегменту.

– Ошиблись номером, – сказал Роберт.

– Это шестой тест-блок?

– Нет, это квартира.

– Простите, связь опять барахлит. Реверсивные искажения.

Неведомый абонент отключился, короткие гудки зазвучали, словно оправдываясь. Роберт положил трубку и, не зная, чем бы ещё заняться, шагнул на узкий балкон. Облокотился на перила, окинул взглядом окрестности.

Дом стоял на самом краю блочного микрорайона. Дальше был частный сектор – тёмно-красные пятна крыш в окружении пыльной садовой зелени. В паре километров от города виднелось шоссе – то самое, по которому Роберт недавно ехал. Издалека машины напоминали букашек, которые ползли прерывистой вереницей. За дорогой царила степь, раскалённая и огромная, а в небе над ней висели куцые облака.

От созерцания пейзажей его отвлёк знакомый девичий голос – бойкая Таня общалась с парнем, своим ровесником, стоя под деревом возле дома. Слышно было неплохо – собеседники горячились, а их беседа перерастала в ссору.

– Слушай, – возмущалась девчонка, – ну как же так? Договорились же – как мне шестнадцать исполнится, сразу сходим. Но ты сначала к деду свалил в село…

– Да блин, Танюха! – перебил парень. – Я каждый август к нему на рыбалку езжу, сама ведь знаешь. У них там щука сейчас попёрла…

– Мне ваша рыбалка – пофиг, хоть щука, хоть каракатица. Ты у него завис на две недели почти, а теперь возвращаешься – и опять какая-то ерунда. Я не поняла вообще! Если идти не хочешь – так и скажи!

– Почему сразу – не хочу? Просто давай отложим на пару дней. Или лучше до следующих выходных – может, кстати, уже не будет такой жарищи. Пройдёмся тогда спокойно, без нервов…

– А, то есть я, по-твоему, нервная? А ты – весь такой прям уравновешенный?

– Чё ты к словам цепляешься?

– Или, может, я вообще истеричка? Да?

Он благоразумно смолчал, повисла долгая пауза. Где-то у соседей замяукала кошка. Таня сказала, будто сплюнула:

– Ну и ладно. Сама схожу, без тебя, раз так. А ты сиди, сколько хочешь. И щук своих засунь себе в…

Она развернулась и зашагала прочь, гордо выпрямив спину. Грива светлых волос колыхалась при каждом шаге. Парень проводил её взглядом, но так и не окликнул. Постоял и тоже ушёл.

Роберт флегматично подумал, что наблюдение за подобными провинциальными драмами можно сравнить с просмотром роликов на Ютубе. Польза примерно одна и та же. Впрочем, если учесть, что он теперь – классный руководитель Татьяны, можно занести эту сцену себе в актив. В том смысле, что он не просто подслушивал, а вникал в психологию подопечной…

Солнце клонилось к западу, съедая тень на балконе. Роберту надоело щуриться и моргать. Он отошёл от перил, собираясь вернуться в комнату, но опять услышал голос девчонки – на этот раз сверху. Сообразил, что Таня живёт прямо над ним и теперь вернулась домой. Взяла, очевидно, трубку домашнего радиотелефона и вышла на свой балкон.

Она уже слегка успокоилась и разговаривала негромко, вполголоса. Роберт, однако, стоял так близко, что мог всё разобрать без труда, оставаясь по-прежнему незамеченным. Первым его побуждением было – сразу уйти, чтобы не лезть в чужие секреты, но он почему-то медлил. Его удерживало на месте то ли наитие, предчувствие чего-то значительного, то ли банально-стыдное любопытство.