Чтение онлайн

Ричард один из них. Что-то в нем влечет ее неодолимо, заставляет сердце учащенно биться, как только он приближается к ней. Надо быть с ним поласковее сегодня. Думая об этом, она наклонилась к зеркалу и увидела еле заметные морщинки у края глаз — первое предупреждение о том, что молодость проходит, а красота меркнет. Сейчас они почти не видны, но придет день…

Екатерина невольно поежилась, затем настойчиво позвонила в колокольчик. Ей нужен массаж, ванна, искусный грим, чтобы уверенно и хорошо себя чувствовать вечером на балу.

Вернувшись в свою комнату, Ричард неторопливо переоделся во фрачную пару. Его наряд из Лондона, от Вестона, вызывал зависть всей венской знати. Правда, плечи Ричарда были несколько широки для элегантно-томного стиля одежды, что был в моде при дворе Георга IV. Но вот слуга закончил его туалет и повязал шейный платок. Теперь, когда лицо Ричарда приняло приличествующее случаю усталое выражение щеголя, который побывал всюду и видел все, он остался вполне доволен собой. Он собирался положить часы в карман жилета, как вдруг в дверь громко постучали.

Его слуга, маленький кривоногий простолюдин, с лицом, покрытым рубцами, поспешил отворить дверь. На пороге в ослепительном мундире стоял адъютант государя.

— Его величество, император российский, просит пожаловать господина Мэлтона к нему, — произнес, он на высокопарном английском.

— Хорошо. Скажи, что господин Мэлтон сейчас будет, — ответил слуга и захлопнул дверь.

— Важная персона требует вас. Боже мой, у вас совсем нет времени для себя, господин.

— Да, Гарри, ты прав. Но, увы, нищим не приходится выбирать.

— Пожалуйста, мой господин, не нужно так называть себя. Мы еще не настолько пали.

— Да, пока мы здесь. И не стоит забывать, за чей счет мы сейчас живем.

— Я помню, господин. Но меня бесит, как эти хитроглазые ищейки все время болтаются здесь, вынюхивают. Доведись мне терпеть такое отношение от кого-то другого, я бы убил его.

— Я не сомневаюсь, — раздраженно заметил Ричард. — Но, если ты не хочешь подыскивать нам новое жилище, оставь эти мысли при себе.

— Господин, я понял, мой рот на замке, — бодро согласился Гарри, а потом тихонько спросил: — А у вас нет вестей из Англии?

— Только то, что мой кузен пользуется милостью при дворе. На прошлой неделе он обедал с регентом в Карлтоне.

— Будь он проклят! Хоть бы обед застрял у него в горле.

— С этим я полностью согласен, — вздохнул Ричард. — Но, к сожалению, я думаю, мой высокочтимый кузен прекрасно провел время.

— Вы сами должны увидеться с принцем, господин, и сказать ему правду.

— Гарри, сколько можно об этом! Ты же знаешь, никто не послушает меня. Я был один возле несчастного истекающего кровью господина Дэнби. А они, все трое, поклялись, что я убил его.

— Но ведь вы не ссорились с этим джентльменом, господин.

— А они поклялись, что я ссорился. Нет, Гарри, бывают моменты в жизни, которые нужно принять как неизбежное, и это именно тот случай. В конце концов, маркиз оплатил мои долги и дал пять тысяч фунтов на путешествие.

— Да, благородный поступок, ничего не скажешь, — с сарказмом сказал слуга. — Жирная свинья, придет день — и он получит свое.

Ричарду только оставалось надеяться, что предсказание старого слуги сбудется. Естественно, он не испытывал нежных чувств к своему кузену, маркизу Гленкаррону. Он до сих пор помнил его потемневшее от злости лицо, когда тот вышел из библиотеки дома Мэлтонов прямо в сад, залитый лунным светом. Как проклинал себя Ричард за то, что оказался глупцом, придя за помощью к кузену в столь поздний час. Но кредиторы осаждали его, и, убедившись, что маркиз уже покинул клуб, он поехал к нему домой.

Стоило лишь взглянуть на маленький мощеный сад, чтобы понять, что произошло.

Чарльз Дэнби лежал раскинувшись на траве, и кровь темным пятном растекалась по его сорочке чуть выше сердца. По выражению лиц тех, кто был с кузеном, Ричард понял, что они смущены и напуганы его неожиданным появлением. Затем он вспомнил, как еще месяц назад принц-регент предупредил маркиза, что больше не собирается терпеть его дуэлей.

Такому блестящему дуэлянту, как маркиз, с его бешеным характером, было трудно сдерживать себя — поединки давно стали частью его жизни. Но мать его последней жертвы очень осложнила жизнь маркиза, придя в Карлтон к принцу-регенту. И вот месяц маркиз жил под страхом, что следующая дуэль станет последней в его жизни.

Они молча стояли, глядя друг на друга. Маркиз вдруг что-то тихо сказал одному из своих людей. Заметив коварство, промелькнувшее в глазах этого человека, Ричард уже понял, что ему предложат. В общем, он поступил правильно. Другого выхода из его финансового положения не было. Он согласился на то, что маркиз оплатит все его долги, даст пять тысяч фунтов, а Ричард отправится в добровольное изгнание. Это было лучше, чем предстать перед судом присяжных и быть приговоренным за дуэль, в которой не участвовал.

— Мам повезло, что мы смогли хоть куда-то уехать, — сказал он задумчиво. Не слушая очередного наплыва болтовни Гарри, он вышел из комнаты и пошел по коридору.

Лучшие апартаменты Хофбурга были предоставлены пяти монархам и их окружению. А поскольку русский двор был самым многочисленным, ему была отдана большая часть дворца. Комната, которую выбрал царь для своей гостиной, выходила прямо в парк и была обставлена дорогой старинной мебелью. На стенах богатейшая коллекция картин. Потолки и панели, расписанные золотом, огромные сверкающие канделябры являли достойный фон для такого человека, как Александр I.