Чтение онлайн

— Откуда оно взялось? — только и выдавила потрясенная Садира.

— Из Кемалока, — ответила Ниив, указывая на гигантский песчаный холм, расположенный к северу от поселения.

Припомнив все то, что Рикус рассказывал ей ранее, Садира поняла, что ее бывшая подруга и соратница имеет в виду древний город, который карлики в течение многих лет раскапывали в недрах холма. Хотя мул и упомянул об огромном количестве всякого рода металлических доспехов, кольчуг и оружия, хранящихся в Кемалоке, колдунья даже и представить себе не могла ничего подобного.

— Даже в лучшие годы Тира сам Калак позавидовал бы такому фантастическому богатству, — придя в себя от изумления, призналась Садира.

— Видимо, именно поэтому Лианиус и не хотел впускать нас в свое поселение. Он опасался, что слухи о их богатстве разнесутся по всему Атхасу, и тогда жди беды, — предположил Агис.

Келум кивком головы подтвердил, что аристократ прав.

— Да, так оно и есть. Вы прибыли сюда в самое неподходящее время, сказал карлик. — Мы только вчера извлекли доспехи и оружие из хранилищ, решив привести его в порядок, и поэтому были совершенно не готовы принимать посетителей. Я полагаю, что вы сумеете сохранить все в тайне?

— Я в этом уверена, — раздраженно произнесла Ниив. — Разве я уже не говорила тебе, что на Садиру и Агиса можно так же положиться, как и на Рикуса?

— Пожалуйста, не ссорьтесь, — попросил Агис, поднимая руку. Осторожность Келума вполне понятна и объяснима. Если по Атхасу поползут слухи о богатствах, которыми обладает Клед, многие цари-колдуны пошлют сюда войска, чтобы завладеть ими.

— Я рад, что вы понимаете это, — произнес Келум. Указав на бурдюки для воды, свисавшие с плеч Рикуса, он добавил:

— Оставь их здесь, я позабочусь, чтобы их наполнили.

Сбросив бурдюки, Рикус спросил:

— Значит, Лианиус не сказал нам всей правды о состоянии здоровья Эрстала?

Ниив утвердительно кивнула головой.

— Мне очень жаль, но ты недалек от истины, — тихо проговорила она.

— Шайка грабителей напала на поселение несколько недель назад, пояснил Келум. — Эрстал настоял на том, чтобы ему разрешили принять участие в обороне ворот. Он был серьезно ранен.

С этими словами карлик повел тирян по узенькой улочке к самой большой лачуге, которая отличалась от остальных тем, что у нее была крыша. В качестве кровельного материала ее владелец выбрал шкурки ящериц. Ниив остановилась перед занавеской, заменявшей дверь, и громко спросила, примет ли Эрстал посетителей.

— Мне некогда, я работаю, — донесся изнутри слабый голос.

— Мы прибыли из Тира, — сказала Садира. — Нам очень нужна твоя помощь.

Нашему городу грозит смертельная опасность.

Изнутри донесся глубокий вздох.

— Тогда входите, — почти прошептал Эрстал.

— Пока вы будете беседовать, мы с Келумом наполним ваши бурдюки водой и приготовим запасы продовольствия, — сказала Ниив, раздвигая занавесь, чтобы пропустить внутрь Садиру и ее спутников.

Прежде чем они смогли войти в лачугу, Келум предупредил их:

— Я прошу вас долго не задерживаться. Эрстал пытается записать все, что может вспомнить из «Книги кемалокских Царей». У него на счету каждая минута.

— Что означает, что я могу умереть в любой момент, — проворчал Эрстал.

Тут у старца начался сильнейший приступ кашля. Когда он закончился, Эрстал пробормотал:

— Прошу вас, заходите. Задавайте ваши вопросы, пока еще не поздно.

Садира первая шагнула внутрь. Бледные лучи солнца проникали сквозь дыры в крыше из шкурок ящериц, заливая внутренность хижины розовым светом. За столом сидел сгорбившись тощий старик, обмотанный от шеи до пояса повязками, пропитанными сукровицей. У него была редкая седая борода, серые глаза, во взгляде которых сквозила усталость. По выражению его лица можно было понять, что он сильно страдал от боли. На лбу у него была видна поблекшая татуировка в виде двуглавого змея, из открытых пастей которого торчали длинные ядовитые зубы.

Садира сразу же узнала эмблему. У нее не было сомнения, что татуировка изображала двуглавого Змея Любаров, который украшал герб этого аристократического урикийского рода. Она уже видела его однажды на личном штандарте Маэтана из рода Любаров, урикийского военачальника, посланного год назад царем Урика Хаману во главе многочисленного войска на завоевание Тира. Во время прошлогодней войны Маэтан похитил у карликов Кледа «Книгу кемалокских Царей», которую Рикус пообещал вернуть им обратно. К несчастью, ему не удалось выполнить свое обещание, так как книга исчезла навсегда. Зато мул сумел в тяжелейшем поединке убить самого похитителя и возвратиться в Клед с единственным человеком, прочитавшим злополучную книгу, — Эрсталом.

Старик даже не оторвал глаз от стола, когда Садира и ее спутники вошли в его лачугу. Он продолжал наспех царапать деревянным пером по одной из глиняных дощечек для письма. Множество таких же дощечек было разбросано по всей комнате. От них исходил запах плесени, пропитавший всю комнату. Груды глиняных дощечек лежали на столе, на каменных скамьях, стоявших вокруг стола, около ложа старика и просто валялись на полу.

Эрстал сделал вошедшим знак, попросив помолчать, пока он не закончит записывать какую-то мысль. По прошествии некоторого времени он поднял голову и искоса взглянул на посетителей.

— Кто вы такие и что вам от меня нужно? — тихо спросил старик.

Услышав вопрос Эрстала, вперед поспешно выступил Рикус, который уже встречался с мудрецом. Он подошел поближе, чтобы старик мог его хорошенько рассмотреть.

— Это мои друзья, — громко произнес он.

— Рикус! — ахнул Эрстал. — Как я рад снова встретиться с тобой! Что тебя привело в Клед на этот раз?

— Мы прибыли сюда в надежде, что ты, может быть, сумеешь помочь разрешить проблему, с которой нам пришлось неожиданно столкнуться, пояснил мул.

— Возможно, я сумею помочь вам, — ответил старик, морщась от боли. Он опустил перо в сосуд с водой, затем вытер его кончик чистой тряпкой. — Так что у вас произошло? Видимо, что-то серьезное, иначе вы навряд ли потащились бы в такую даль?

— Мы узнали, что вскоре в Тир явится Дракон, — ответил Агис. — Наш царь намеревается откупиться от него, передав ему тысячу рабов.

От неожиданности Эрстал уронил перо на пол.

— В таком случае я советую вам не мешать ему, — немного помолчав, произнес старик. — Лучше потерять тысячу жизней, чем поставить под угрозу существование целого города.