Чтение онлайн

Она отключилась. Именно так позднее она оправдается перед собой. Просто отключилась и не испытывала ничего, кроме блаженно-сладостных ощущений, порождаемых его ласками. В конце концов, они не делали ничего нового: просто шли по проторенной дорожке. Она отдавала ему себя, жадно вбирая все, чему он ее учил, и расцветая в его крепких, надежных объятиях. Она инстинктивно реагировала на его ласки и не могла себе этого запретить, как не может водопад вдруг прервать свое свободное, естественное падение.

Она не винила в случившемся ни себя, ни его. Как он верно заметил, они лишь два человека, между которыми возникла внутренняя связь. Не просто связь – внутренняя гармония, всепоглощающая страсть, неразрывные узы. Это нельзя объяснить, и оправдания здесь не нужны: так было предначертано судьбой.

Она не сдерживала своих чувств, и он оторвался от ее рта и принялся ласкать обжигающими губами ее шею и грудь, скрытую тонкой тканью блузки.

Крэг понимал: надо остановиться. Она возненавидит его еще больше, узнав, что он выполняет приказы ее собственного отца, а его шеф – старый друг Хантингтона Джордж Меррил. Но он не мог, не имел права сказать ей об этом прямо сейчас. Сумеет ли Блэр когда-нибудь его понять? Или по крайней мере простить – если он сейчас остановится?

Но как можно остановиться, когда ее пальцы ерошат его волосы, губы льнут к его губам, а ноготки впиваются в спину, разжигая их общую страсть?

Крэг подхватил Блэр на руки и понес вниз по лестнице, все время ища губами ее губы. Он ступал мягко и осторожно, как кошка, боясь спугнуть волшебный момент взаимного притяжения. Подойдя к кровати, он так же бережно уложил Блэр на постель и, склонившись над ней, начал медленно стягивать с нее блузку. Его рот следовал за руками, дразня языком обнажавшуюся кожу. Затем Крэг неторопливо спустил юбку по стройным длинным ногам, продолжая покрывать поцелуями каждый дюйм совершенного тела Блэр. В тишине каюты был слышен лишь шорох ткани.

Услышав тихий нежный стон, Крэг оторвал губы от кремовой плоти и заглянул ей в глаза – темные от страсти.

Она медленно приподнялась и обняла его за шею. Он вздрогнул и затрепетал, почувствовав на шее и плечах ее легкие поцелуи. Потом она начала его раздевать.

Она целовала крепкое бронзовое тело, смелея с каждым мгновением и жадно ловя низкие гортанные стоны Крэга.

– Да, ласкай меня, – шептал он, не отрывая от нее завораживающего взгляда своих золотых глаз, – ласкай. Это так приятно, малышка!

Их обнаженные тела сплелись в тесном объятии: мягкая женская плоть приготовилась вобрать в себя твердую мужскую. Потом наступил тот особый, блаженный и безмятежный покой, какой спускается на землю после грозы.

Но покой был недолгим. Его сменило горькое прозрение.

Сначала Блэр услышала дыхание Крэга, потом ощутила его влажную от пота грудь у себя под щекой, увидела резкий точеный профиль; его крепкие руки с длинными пальцами ласково обнимали ее за плечи.

– О Господи! – в ужасе простонала она и, дрожа, высвободилась из его объятий.

Он перевел на нее взгляд, моргнул, и в глазах его снова появилась настороженность.

Блэр кое-как сползла с кровати и, нашарив на полу свои вещи, начала одеваться трясущимися руками. Она боялась посмотреть на Крэга.

– Блэр… – начал он.

– Заткнись, черт возьми! – прошипела она.

– Блэр, я же не заставлял…

– Заткнись! Ради Бога, заткнись! – процедила она сквозь зубы и, схватив шорты Крэга, швырнула ими в него.

«Как я могла так легко забыться? – спрашивала себя она в порыве стыда и раскаяния. – Подумать только: упала в его объятия! Да полно, Блэр, называй вещи своими именами! Ты сделала гораздо, гораздо больше, нежели просто упала в его объятия».

Крэг даже не пытался натянуть шорты. Одеваясь, она чувствовала на себе его взгляд.

– Я не хочу об этом говорить! – быстро сказала она. – Между нами ничего не было.

Его следующий жест застал ее врасплох. Он живо вскочил с кровати и с силой притянул ее к себе.

– Было, Блэр.

– Нет, не было! – воскликнула она, отпихивая его обеими руками. Сердце опять учащенно забилось в ее груди. – Не трогай меня!

Крэг мог бы что-нибудь сказать, снять ее раздражение, вызванное досадой на свою слабость. Однако в его крови тоже вскипала ярость: он не имел права рассказать ей все. А она легко от него отступилась и больше никогда ему не поверит. Но, нарушив обязательство, он перестанет уважать себя как личность и тогда уже больше не сможет ничего ей предложить.

Крэг не выпустил ее, но его объятия стали другими. Ярость сменилась нежностью – теперь он держал ее, точно Блэр была хрупкой фарфоровой куклой.

– Проклятый Хантингтон! – прошептал Крэг, но это был даже не шепот, а так – легкое колебание воздуха, чуть тронувшее пряди волос у нее на затылке.

– Прости меня, Блэр, – сказал он вслух, баюкая ее в своих объятиях и прислушиваясь к биению их сердец. – Я хочу, чтобы ты мне доверяла.

– Отпусти меня, – произнесла Блэр ровным голосом. К ней вернулась способность думать, и она поняла, что лучше держаться от него подальше. Ее сердце и тело не желали подчиняться униженному разуму.

– Блэр…

– Прошу тебя, Крэг, – сказала она с достоинством, – отпусти меня. Я… я не хочу, чтобы ты ко мне прикасался.

Крэг разжал руки. Лицо его превратилось в непроницаемую маску. Блэр медленно пошла прочь, но он остановил се резким окриком:

– Не наступай на больную ногу!

Она опустилась на скамейку, совершенно потерянная и опустошенная.

Крэг наконец натянул шорты, прошел к дальней стене каюты и встал там, расправив плечи и скрестив на груди руки. Его голос был таким же бесцветным, как и голос Блэр:

– На самом деле ты очень даже хочешь, чтобы я к тебе прикасался.

Блэр не стала отрицать очевидное, понимая, что это смешно.

– Да, Крэг, я хочу тебя, и ты прекрасно это знаешь, черт побери! Но попробуй меня понять! Если в том, что между нами было, есть хоть доля искренности, то ты должен с уважением отнестись к моим словам. Я хочу тебя, но помимо собственной воли. Я предпочла бы, чтобы дело обстояло иначе, не желаю даже приближаться к тебе. Ну как ты не поймешь? Ведь это безумие, а я не хочу быть безумной…