Будьте добродетельны!
Шрифт:
– Может быть, мы найдем место более подходящее, чем этот зал? – осведомился Паркинс.
– Разумеется, здесь есть отдельные кабинеты…
И голоса собеседников затерялись в шуме салуна.
Паркинс появился в отеле под утро, когда Бесс уже начал беспокоиться о приятеле. Не разуваясь, Эд повалился на кровать и с легким вздохом облегчения вытянул ноги.
– Ну что? – нетерпение сжигало Бесса.
Не говоря ни слова, Паркинс вынул из кармана толстую пачку кредиток и небрежно бросил ее на стол. Взглянув на онемевшего компаньона и пояснил:
– Труднее всего было найти нотариуса.
– Зачем? – Бесс с обожанием смотрел на приятеля.
– Должен же был Шарксон рассчитаться со мной! Все добродетельные сделки необходимо оформлять по закону. Но как мало чистого осталось в этом человеке. Счастье его, что он встретился со мной. Может быть, это приведет его душу к спасению. Ведь я честно избавил его от плодов соблазна – этих вот денег.
– А что ты сумел дать ему в замен?
– Ах, Бесс, ты даже не представляешь себе, какой червь самомнения гложет Сэма Шарксона! Меньше, чем на планетарный масштаб, он не согласился.
– Масштаб чего?!
– Я продал ему место полномочного представителя Святой Ассоциации «Гуманных девственниц» на планете Зор. Ведь учредитель этой Ассоциации ты, а я твой компаньон.
Бесс ошеломленно посмотрел на Паркинса, намного помолчал…
– Послушай, Эд, – голос Бесса звучал тягуче и как-то обиженно, – я согласен с тобой, что обобрать эту крысу Шарксона – святое дело. Но то, что ты сделал, по-моему, не очень-то и хорошо… Планета Зор не заслужила того, чтобы отдавать ее на разграбление этому жулику. Ведь он сумеет высосать деньги даже из моей дутой Ассоциации…
– Ну, Бесс, – Паркинс повернулся лицом к приятелю, – на тебя не угодишь! Да и что плохого, если кто-нибудь позаботится о несчастных девственницах планеты Зор? Особенно, если учесть, что месяц назад все население этой планеты вступило в семидесятилетний цикл стадии мужского развития.