Бремя
Шрифт:
— Не бойся, медвежонок. Мы тебя нашли. Всё позади… Можешь отдыхать. Старая Алнурия тебе поможет.
Чувствую, как что-то теплое и приятное коснулось лба.
Потерял сознание.
"Полудурок, из-за тебя я умерла! Как ты мог так поступить? Мы же были вместе, помнишь? Мы спали с тобой! А ты…"
Пытаюсь прогнать голос Юдоль из головы, но ничего не помогает. Приходится выслушивать её обвинения.
"Нельзя было сдаваться! Мы бы выбрались из-под купола! Подошло бы подкрепление! Я ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ!"
Прости.
Юдоль не успокаивается, продолжает с жаром.
"Я спляшу на твоей могиле! Буду радоваться!"
Нет, не спляшешь. Ты мертва.
Меня продолжают тащить. Но глаза не открыть. Хотя я всё слышу. Тихое бормотание Старой Алнурии, тяжелое дыхание Гоблина — он, видимо, тянет мои волокуши, сделанные из ветвей колючего кустарника.
"Разочаровал ты меня, парень".
Это голос Капитана.
"Ты же мог стать одним из нас. Прокачался бы, накопил бы денег и вышел бы на свободу. Куда проще. Многие так делают. Но ты выбрал легкий путь".
Уйди. Тебя нет.
"Почему это меня нет? Я куда реальнее некоторых. Парень, ты слабак! Нюня! Скоро игроки тебя нагонят и убьют".
В горле пересохло. Хочу пить. Очень хочу пить.
Победителей не судят.
В этот обвинительный хор голосов вступает Верзила.
"Ты, что ли, сука, победитель? Друзей сдал!"
Вы мне не друзья.
— Не друзья, — повторил шепотом.
Волокуши остановились. Услышал, как кто-то подошел ко мне. Нежно провели по щеке. Я открыл глаза. Старая Алнурия с грустной улыбкой смотрит на меня. На её плечах висит бледный Шут.
— Мне… надо… перебраться… в тело гиганта. — Выплевываю слова, точно булыжники.
— Нельзя, господин, — заявил карлик. — Он пока восстанавливается. Нужно подождать.
— Моя… рука…
Он серьезно кивнул, заявил:
— Разберемся, господин. Вот найдем тихое местечко — и разберемся.
Мое горло саднит.
— Нас… преследуют? — спросил я.
— Нет, господин. Мы далеко.
— Как вы… меня нашли?
— Очень просто, господин. По нитям.
С этими словами он показал пальчиком на черную струну, тянущуюся из его лба.
— Старой Алнурии пришлось постараться, чтобы найти медвежонка, — устало сказала карга. — Но теперь всё позади. Теперь мы выберемся.
Я облизал пересохшие губы, спросил:
— Куда мы… ид… идем?
Карлик растянул губы в веселой мальчишеской улыбке:
— Вы обрадуетесь, когда услышите, господин. В заброшенную крепость! Туда, куда вы и хотели! Там отдохнем, накопим сил. И покажем ублюдкам, чего мы стоим! Да, Алнурия?
— Да, Шут, — ответила карга.
Я закрыл глаза.
Всё.
Надо бы еще спросить про отрубленную руку, про толстяка, но сил нет. Просто положил голову на колючие ветки.
Наплевать. Позже решу.
Сон сморил меня.