Братья Блиновы
Шрифт:
Над кроватью, среди приколотых к стене авторских свидетельств, висел большой фотопортрет младшего брата, Евгения. Он стоял, улыбаясь, на траве стадиона с лихо поднятыми вверх двухпудовками, а через его плечо была перекинута широкая чемпионская лента.
Как-то уж очень низкими и тягучими стали звуки, и Краснощеков только сейчас обратил внимание, что Петр Павлович играет, собственно, не на аккордеоне. Поверх нарядных перламутровых клавиш прикреплена тонкая планка с простенькими черными и белыми баянными пуговками. "Разве на этом "иностранце" сыграешь русскую песню?
– сказал однажды Петр Павлович. Пальцы не так ходят!" А вскоре взял и смастерил эту баянную приставку.
– И-эх, мать честная!
– словно угадав мысли Краснощекова, вздохнул Петр Павлович и запел:
За рекой, на горе,
Лес зеленый шумит:
Под горой, за рекой,
Хуторочек стоит.
Младший брат тотчас вступил, подтянул несильным, но приятным голосом. Пели они очень хорошо.
Вот уже в хуторе разыгралась трагедия, вот уже убита молодая вдова, и певцы замерли на несколько мгновений, пораженные горем.
И с тех пор в хуторке
Никого не живет;
Лишь один соловей
Громко песни поет...
– Мне пора, - сказал Краснощеков, внезапно почувствовав озноб, и поднялся из-за стола.
Братья переполошились и чуть ли не стали выталкивать его за порог.
– Только, чур, меня не провожать!
Последнюю фразу Краснощеков произнес, уже совсем ослабев, но все же набрал в себе силы, чтобы захлопнуть дверь перед самым носом у Блиновых...
Краснощеков открыл глаза и первым делом взглянул на часы.
Итак, ровно пятнадцать минут одиннадцатого. И стрелка движется. Ушибленное колено болит, а руки - он недоверчиво понюхал пальцы - руки пахнут воблой...
– А вот и нет! А вот и нет!
– торжествующе на всю комнату заорал кустодиевский старик.
– Чего - нет?
– Твой вечный двигатель работать не будет!
– Это почему же?
– обиделся Суходольский.
– Вот тут у тебя тепло теряется. А у меня - нет!
Жизнь в редакции уверенно текла по накатанному руслу.
Нужно сбегать на почтамт и послать Блиновым телеграмму, взволнованно думал Краснощеков. Нет, лучше пошлю завтра. Что-нибудь самое обыденное. Например: "Доехал благополучно".
А вдруг?..