Чтение онлайн

— …На, попей! — бабушка Аккыз протянула ему чашку с кислым молоком.

Она уже разожгла огонь в очаге, и в чугунке, подвешенном к треноге, булькало свежее молоко — готовился суп под названием «кора коже».

Выждав время, когда бабушка перестала возиться возле очага и скрылась в юрте, Болатбек решительно направился к Каражану. Тот сидел на корточках около своего жилища и возился со сбруей.

От волнения Болатбек даже не произнес принятые слова приветствия, а сразу выпалил то, что так готовился сказать:

— Ага, почему вы бьете Кадыркула? Нехорошо…

Каражан поднял голову и недоуменно посмотрел на мальчика.

— А… Это ты, Болатбек… Сосед… С чем пожаловал? Почему «салам алейкум» не говоришь, как добрый казах?

— Зачем вы бьете Кадыркула, ага? — снова сказал Болатбек. — Не смейте его бить!

— Что?.. Ты… Мне…

Больше Каражан не смог ничего выговорить: слова застряли в горле… Да что же это такое? Не перевернулся ли свет вверх дном?! Какой-то мальчишка осмелился требовать ответа у него, у Каражана! Аллах всемогущий! Как ты допустил это?!

Избить его сейчас, исхлестать до полусмерти! Бросить вон на те камни, пусть валяется, как падаль!..

Каражан вскочил, отбросил в сторону сбрую, рука потянулась за камчой… Но вовремя спохватился: не те времена пошли, будь они неладны! Этот щенок, наверное, в школу ходит, в этих… как их… в пионерах состоит. Нажалуется там своим… начальникам всяким… потом… Нет, храни нас Аллах от всего этого… Хватит с меня… Хлебнул уже…

И он сказал сдавленным от бешеной злости, но ехидно-ласковым голосом:

— Э, миленький, ты в чужие дела не мешайся. Молод еще у старших ответа спрашивать… Как-нибудь сами в своих делах разберемся… Иди-ка лучше в ассыки [12] поиграй…

— Я не хочу играть!

— Не хочешь, не надо… А к нам сюда не ходи. Ничего здесь не найдешь. Пока ищешь верблюда, коня потеряешь, как говорили наши старики… Он тебе жаловался на меня, что ли?

— Никто мне не жаловался. Я сам… видел…

— Глаза даны, чтобы видеть. Уши, чтобы слышать. А язык, чтоб молчать, когда не спрашивают.

— А вы не бейте его!

— Опять за свое! Не то говоришь, мальчик… Мое это дело. Захочу — убью его… Живьем в землю закопаю. Перед тобой я не ответчик. Не тебе меня учить… Убирайся!

Каражан шагнул к Болатбеку.

— Я уйду, Каражан-ага… уйду… только вы не трогайте Кадыркула…

— Вон отсюда! — заорал Каражан.

И Болатбек ушел. Больше ему сказать было нечего: он ведь и сам толком не знал, чем и как может помочь Кадыркулу.

Болатбек поднимался по травянистому склону, уже начинавшему желтеть. На сегодня он отработал свое, и дед отпустил его, только велел далеко не ходить.

За поворотом тропы, вблизи зарослей лоха, Болатбек чуть не наткнулся на лежащего мальчишку. Невелик ростом, босой, на грязных ступнях запеклась кровь, засаленный полосатый чапан весь изодран.

«Кто это?… Спит?.. А может, умер?.. Нет, дышит…»

Он присел на корточки, заглянул в лицо спящему и сразу узнал Кадыркула.

— Уа! Кадыркул, — позвал Болатбек. — Проснись!

Тот не пошевелился, только застонал во сне.

«Уж не болен ли? Зубами скрипит… Дергается…»

Болатбек тряхнул Кадыркула за плечо.

— Вставай! Что с тобой?

— А?.. Чего?.. Где они?! — Кадыркул вскочил на ноги, вид у него был растерянный, глаза испуганно блуждали по сторонам.

— Ты что? — спросил Болатбек. — Кого ищешь?

— Пропал я! — выкрикнул Кадыркул и заплакал. — Убьет он меня теперь! Убьет…

— Кто? За что? Чего ты сделал?

— Ай, чего сделал?.. Всех овец потерял, вот чего!..

Болатбек с удивлением смотрел на Кадыркула.

«И правда болен. С ума сошел, что ли? Такое говорит…»

Кадыркул продолжал кричать:

— Лучше б мне на свет не родиться! Почему я такой несчастный — все у меня не так?.. Как теперь Каражан со мной поступит?.. Были овцы — и нет ни одной.

Болатбек не мог удержаться от смеха.

— Не проснулся еще?.. Да погляди! Обернись… Вон они все… Посчитать?

Небольшое стадо мирно паслось в пожелтевшей траве. Одни овцы тихо пощипывали траву, другие лежали, уткнувшись мордой в свои курчавые бока.

— Видишь? — снова сказал Болатбек. — Твои?

Кадыркул посмотрел на Болатбека так, словно увидел его только сейчас.

— Значит, это мне приснилось… — забормотал он. — Сон такой — будто все овцы разбежались, никак собрать не могу… Потом к обрыву подбегают и — раз! — прямо в пропасть…

Он опять всхлипнул, вздохнул глубоко и вытер слезы.

— Чего ты такой… робкий какой-то… боишься всего? — спросил Болатбек.

— Да, ты бы не боялся на моем месте? Хочешь, покажу?.. Смотри!

Кадыркул повернулся спиной к Болатбеку, задрал свой чапан почти на голову.

У Болатбека сжалось сердце. На худой грязной спине он увидел багровые рубцы, много рубцов — следы, которые оставила плеть Каражана.

— Чего же ты терпишь? Удрал бы давно от него.

— Куда мне бежать? — пожал плечами Кадыркул. — Некуда. Никого у меня нет…