Богиня победы
Шрифт:
— Это, конечно, не Джомолунгма, — сказал папа, — но расквасить нос можно и на ней.
— Давайте ей название придумаем, — сказала Вера.
— Может быть, назовём её Никой, — предложил я. — Ведь «Ника» значит «победа».
Никто не возражал.
Мы забрались на гору, и небо сразу стало большое и очень синее.
— Ну, Митя, ты уж не летай слишком долго, — сказал папа.
— И, пожалуйста, не крутись в воздухе, — сказала Вера. — Я почему-то волнуюсь.
— Как! — Всплеснула руками мама. — Ты собираешься лететь на этой штуке?! Я думала, вы будете тащить её за верёвочку.
— Вы путаете, Антонина Петровна, — сказала Вера. — Это же настоящий дельтаплан, а не какой-нибудь там воздушный змей.
Мама с удивлением посмотрела на Веру, но ничего не сказала.
Мы начали собирать наш аппарат. Конечно, не хватило какой-то гайки, папа бегал в машину, но нужной гайки так и не нашлось. Пришлось замотать проволокой. Наконец всё было готово. Дельтаплан почему-то оказался немного кривой, но теперь это уже не имело никакого значения.
— Ну, старик, давай! — сказал Мишка. — Я за тобой.
— И я хочу, — вдруг сказала Вера. — Я после Миши.
— Ну, Тоня, — сказал папа, — раз уж Верочка лететь собралась, то и тебе придётся. Прояви женскую солидарность.
— Упаси боже, — сказала мама. — Да я и не одета для этого.
Папа, Вера и Мишка подняли наше творение, я встал под него, крепко ухватился за алюминиевую трапецию и что есть духу побежал к обрыву.
Вдруг что-то дёрнуло меня вверх, земля ушла из-под ног и поплыла в сторону! Я летел! Мне казалось, что сильный, упругий воздух с каждой секундой несёт меня всё выше в небо и что оттуда, с высоты, я вижу сразу всю-всю Землю. И Земля, сплошь усыпанная жёлто-золотыми листьями, была удивительно красива.
Потом я лежал на траве рядом с обломками нашего дельтаплана. Ко мне с горы бежали папа, Вера, Мишка и мама. Они что-то кричали и махали руками. Я встал и тоже замахал руками и закричал:
— Я летел! Вы видели, я летел!