Богатыри и жёны

Трагикомическая сказка для взрослых

Действующие лица

Старик – Баба, подслеповатый старый пастух.

Старуха – Апа, жена пастуха.

Отец – Ата, сын старика и старухи.

Мать – Ана, жена Аты.

Балес – сын Аты и Аны. В 1-й сцене – картавый ребёнок лет пяти. Во

2-й и далее – юноша.

Хан – правитель страны.

Советник – чиновник при дворе хана.

Дева – Алтын-Шароб, богатырская дева.

Толпа – голоса людей за сценой.

Птицы – голоса птиц за сценой.

Место действия – горы и степи.

Время действия – незапамятные времена.

Действие первое

Сцена первая

Одинокая юрта в степи. На горизонте синеют покрытые тайгой горы. В другой стороне видны сторожевые башни большого города. Возле юрты старик Баба и Балес. Старик поёт песню и мастерит деревянный меч. Балес подпевает. На треножнике греется большой казан с крышкой.

Старик. Никакой ведь нет причины.

Балес. Никакой ведь нет причины.

Старик. Ей тут сохнуть без мужчины.

Балес. Ей тут сохнуть без мужчины.

Старик. Хана нового найти… (Роняет нож, наклоняется и не может выпрямиться). Ох… Балес, помоги мне распрямиться.

Балес помогает старику распрямиться, хлопает его по спине.

Балес. Так лучше мой, ата?

Старик. Я дедушка тебе, а не отец. Ещё похлопай.

Балес хлопает старика по спине.

Старик. Пожалуй, хорошо. (Подаёт Балесу меч.) Вот деревянный меч! Играй, пока другие времена не заменили беззаботных лет. Я скоро не смогу держать в руках камчу и повод. Поэтому, Балес, заботиться о нашем стаде тебе придётся самому.

Балес. Баба, я не хочу быть пастухом. Когда я вырасту, я стану воином, как мой отец! (Вступает в бой с воображаемым противником.)

Старик. Все мальчики так говорят, когда затеют ратные забавы. Однако жизнь распределяет назначения не по желаньям нашим, а по местам, предписанным судьбой. Вот твёрдою ногой на землю встанешь и пройдёшь немного своей дорогой, тогда и поглядим.

Балес. Меч плохо рубит. Дай камень, я наточу клинок.

Старик. Вот, держи. (Наклоняется за точильным камнем и с трудом выпрямляется.) Ох, как много немощей под старость окружает пастуха. А ведь когда-то и я резвился в степи, как жеребёнок беззаботный. Подрос, отправился искать богатства. Но не нашёл. Женился и дни стал коротать простой, безвкусной жизнью скотовода.

Балес. Что было дальше, дедушка?

Старик. Потом родил Ату. С тех пор я всем доволен был. Но вдруг пришли плохие времена… Ты думаешь, я превратился в ворчуна под тяжестью прожитых лет? Нет. Ты погляди, как мало осталось у нас овец.

Балес. Баба, я их сегодня сосчитал.

Старик. Каков был результат?

Балес. В этот раз хватило пальцев на руках.

Старик. А скоро в наших ковылях совсем не встретишь ни людей и ни скота. Тех пастухов, что по моложе, уведёт советник в ханские войска. Оставшихся овец поделят меж собою вражеская дикая орда и волки. Их надо б защитить, да нет уж сил. Да и какой, скажи мне, воин из безропотного степняка? С мечом и стрелами, чтоб научиться ладить, да так, чтобы случайно не ранить себя и родичей своих, необходимо много упражняться. А где все эти силы и время пастуху найти? Днём силы ему нужны пасти отару, а ночью…

Из юрты выходит старуха.

Старик (заметив старуху). Ночью пастуху нужны силёнки, чтоб ублажить родную жёнку!

Старуха. Вот самохвал. За столько лет на узенькой циновке с ним пролежали все бока, а всего-то и налюбили, что одного сынка. Да и того забрали в войско. (Безуспешно пытается сдвинуть с казана тяжёлую крышку.)

Из юрты выходит мать. В руках у неё рубаха отца.

Старуха. Невестка, подойди сюда! Помоги мне сдвинуть крышку с большого казана.

Мать помогает старухе сдвинуть с казана крышку.

Старик (подходит к казану). Как вкусно пахнет! Наверно, жирную шурпу сварила нам Апа. (Подтягивает свалившиеся шаровары.)

Мать садится у очага. Срезает пуговицы с рубахи отца.

Старуха. Подвинула чуть-чуть и села! На траву циновки постели, расставь посуду… Мы собираемся сейчас обедать. Зачем ты принесла сюда цветные лоскуты?

Мать. Мне нужно праздничное платье. Я платье сшила, а пуговичек медных нет. Вот с рубахи срезать старые решила.

Старик. Так деревянные поставь. Я к вечеру тебе большой мешок нарежу пуговичек деревянных. (Подтягивает свалившиеся шаровары.)

Мать. Нарежь. И пускай старуха их тебе пришьёт на шаровары.

Старуха забирает у матери рубаху.

Старуха. Рубаха моего Аты?

Мать. Рубаха без нужды ему. Он не вернётся.

Старуха. Паршивица! Срезают пуговицы с одежды тех, кто умер!

Мать. Мой муж пал на войне.

Старуха. Никто его не видел мёртвым. Он возвратится!

Мать. Нет, старая, ты знаешь всё сама. Он не вернётся!