Чтение онлайн

Мисс Петтигрю обернулась на звук шагов, возвестивших его приход. Лицо ее просияло, и она прощебетала:

— Доброе утро, преподобный Уимпл. Священник улыбнулся в ответ:

— Доброе утро, мисс Петтигрю.

Он помедлил возле стола, с удовольствием поглядел в окно на садик между его домом и церковью — садик помогали взращивать дамы-благотворительницы, снабжавшие цветами церковь.

— Прелестное солнечное утро, — сказал он. — В такое чудное утро поистине хочется жить.

— Аминь, — отвечала мисс Петтигрю с благоговением, склонив голову.

Преподобный Уимпл уселся за свой стол и расположился поудобнее. За спиной мисс Петтигрю он заметил заглянувшего в дверь Левшу, и легкая тень неудовольствия омрачила на секунду его довольное лицо. Однако эта тень тут же исчезла, и он снова лучезарно воззрился на старую леди.

— Чем могу быть вам полезен таким чудесным утром? — вопросил он.

— Помните, преподобный, несколько дней назад мы обсуждали проект новой муниципальной больницы.

— Да, помню, — кивнул священник.

— И вы мне показывали планы и сметы.

Преподобный Уимпл вздохнул и грустно покачал головой:

— Да. Почти три миллиона долларов. Не знаю, сможем ли мы это осилить. Благотворители оказывают большую помощь. Продажа кондитерских изделий, сувениров. Карточные игры. Бинго. Платные мероприятия. Но всего этого недостаточно. Совершенно недостаточно. Так что я сомневаюсь в наших возможностях.

— Преподобный, — заговорила мисс Петтигрю, — с тех пор как вы приехали к нам, вы творите чудеса. Все на этом сходятся. Вы такой замечательный, добрый, честный, отзывчивый. Вам первому удалось сделать так, что мне хочется ходить в церковь.

Преподобный протестующе воздел руку:

— О, мисс Петтигрю...

— Нет, правда. Не хочу говорить ничего плохого про служителей Бога, но для прочих здешних пасторов я никогда не была человеком, личностью. Я была только мешком денег. Вы же другой. Вы совершенно лишены эгоизма. И люди вам интересны сами по себе, а не только для сбора дани.

— Но, мисс Петтигрю, вы уж слишком суровы.

— Возможно, — уступила она. — Но насчет вас я права. Эта больница, которую вы пытаетесь возвести. Вот что я имею в виду. Это так гуманно. Прежние священники тоже пробовали создавать строительные фонды — но не для больниц. Им все хотелось подновить церковь, да — ну и так далее.

— Ну, я бы не назвал желание украсить храм эгоистическим, мисс Петтигрю, — заметил мягко священник.

— Да, и все же есть разница. Может, вам и не понравится — я знаю, как вы скромны, — но я написала о вас архиепископу.

На долю секунды глаза мистера Уимпла расширились. Он судорожно вцепился в ручку кресла и едва удержался от гримасы, готовой исказить его безмятежное лицо. Справившись с собой и сохраняя приятно-вежливую мину, он тем не менее почти потерял дар речи.

Мисс Петтигрю продолжила:

— Я ему написала, рассказав обо всем чудесном, сделанном вами со времени вашего появления в Лэнсвилле. И про больницу написала, и про то, что собираюсь сделать пожертвование.

— Вы написали архиепископу? Прямо не знаю, что и сказать. — Преподобный казался смущенным и по-ребячьи довольным. — Надеюсь, вы меня не перехвалили.

— Право, это невозможно. — Мисс Петтигрю потянулась к своей сумке и, открыв ее, вытащила сигаретную коробку. — Я написала архиепископу, какое пожертвование даю на вашу больницу и почему. И еще я написала, что этому миру надо бы побольше таких пасторов, как вы, преподобный. Священник быстро склонил голову, вспыхнув:

— Прошу вас, мисс Петтигрю. Вы мне льстите. Она открыла коробку, вынула оттуда вату и осторожно выложила бриллиант Уимплу на стол.

— Вот мой вклад. Алмаз Петтигрю, — произнесла она. Преподобный впился в ручки кресла и уставился на сияющую драгоценность, лежащую на зеленом сукне. Он не мог вымолвить ни слова.

— Он стоит, — заявила мисс Петтигрю, — миллион триста тысяч долларов. Это один из двенадцати крупнейших алмазов. Надеюсь, теперь вы построите свою больницу.

— Мисс Петтигрю, — наконец выдохнул священник, — у меня нет слов. Я потрясен. — Лицо его сияло. — О, мисс Петтигрю! Больница — она у нас будет! У нас будет наша больница!

Обогнув стол, он приблизился к старой леди и взял ее за руки. Казалось, он сейчас закричит от переполнявшего его счастья.

— Благодарю вас, благодарю, дорогая моя. У мисс Петтигрю перехватило дыхание. Она оглянулась и высвободила свои руки.

— Чепуха. Просто вклад. Дело того стоит. — Она стремительно поднялась и схватила сумку. Выложив коробку из-под сигарет и вату на стол, сказала:

— Можно держать его в этом. А я.., мне надо в магазин.

Уимпл проводил ее до двери.

— Мисс Петтигрю, — сказал он, — я хочу, чтобы вы знали, как я вам признателен — и что это для меня.

— Я понимаю. Да, спасибо. — Ей вдруг пришло в голову, что с ее стороны глупо благодарить его. Она была растрогана, а мисс Петтигрю ненавидела сантименты. — Ну, я.., прощайте. Я найду дверь сама. Вам бы лучше положить его в надежное место. До свидания. — И она заторопилась на улицу, а Левша, проскользнув в кабинет, вытянулся в трепете перед покоящимся на столе алмазом.

— Ты получил его, — прошептал он. — Она явилась и отдала тебе его прямо в руки!

— Великолепно, — сказал Джо Докер. — Шедевр. — Он взглянул на Левшу. — Слушай, мне бы на сцену надо. Я — настоящий преподобный Уимпл.

Левша затолкал алмаз в сигаретную коробку, обложил ватой и произнес:

— Давай собираться и сматывать удочки. Джо, казалось, удивился:

— Пока мы не можем уехать.

— Что? Почему? Мы же достали камушек.

— Левша, подумай хорошенько. Вот мы сейчас скроемся, сбудем алмаз скупщикам и получим процентов сорок от номинала. Поскольку дело срочное и опасное, перекупщику придется его распилить на более мелкие камни. А камень прекрасен. Я не желаю его распиливать. И, кроме того, мне не надо этих паршивых сорока процентов.