Чтение онлайн

Странно, что Дарья уже несколько дней не звонит. Обычно они каждый вечер созванивались, пару раз в неделю встречались, а уж в выходные – обязательно. А теперь – как отрезало. Наверное, Федя слишком её увлёк, а скорее, именно тем, что богаче.

Володя с богатыми, состоятельными людьми, находящимися при власти, встречался. Болезнь – она ведь не выбирает, беден ты или богат, счастлив или нет. Как на Руси говаривали: «Пришла беда – открывай ворота». И вывод для себя сделал: богатый может быть умён и хитёр, иметь связи – без этих качеств денег не сделать. Но вот в большинстве своём не было у них одного качества, по его мнению, очень важного – совести. Качество на первый взгляд незаметное, но определяющее. Совесть – глас Божий в человеке. Либо она есть, либо её нет. И для такого обидеть ребёнка или пройти мимо упавшего человека – мелочь.

А девушки легкомысленно надеются на свои чары. Уж их-то точно любить будут, на руках носить, дорогие цацки дарить, на престижные курорты вывозить. И таких пациенток Володя видел. Золотом обвешаны, как новогодняя ёлка мишурой, самомнения выше головы, а счастья нет.

Вот и Дарья решила, что подвернулась выгодная партия, не чета пилюлькину, с утра до вечера торчащему на беспокойной службе. Поразмыслив, Володя решил, что судьба шельму метит, и то, что они фактически расстались, это даже хорошо. Нет, прощальных слов ещё не говорили. Видимо, позиции Дарьи перед Федей были ещё не столь сильны, и она держала Володю как запасной вариант. Но теперь он знал ей цену и запасным аэродромом быть не хотел. Это даже лучше, что он смог прочитать её мысли. Женился бы на двуличнице и вляпался бы по самые уши. А теперь и объясняться не надо, не звонит, значит, не нужен.

Володя даже повеселел, воспрял духом, хотя в душе червячок был – всё-таки предпочли не его.

Он достал из стола сушёный миндаль, включил ноутбук и прочитал пришедшие письма. Потом зашёл в скайп. Там было полно зелёных значков, многие знакомые в сети.

Пока он раздумывал, с кем бы поговорить, в душе шевельнулась тревога, какое-то беспокойство, вроде червячка – зудит и зудит. Он пошёл на кухню, может, газовый кран забыл закрыть? Нет, всё в порядке. Или причина в ванной? И туда зашёл – больше для проформы. Если бы вода лилась, он бы услышал. И вот здесь флюиды тревоги усилились. И как кольнуло в голову:

– Господи, мамочки, хоть бы помог кто! И освободиться невозможно, и не закричать.

Голос был женский, скорее даже девичий. Человек взывает о помощи, ему плохо.

Володя открыл дверь на лестничную площадку, подошёл к соседской двери – одной, другой. Нет, там всё тихо, и голоса в голове не было слышно. Плюнуть и вернуться в квартиру? Но кому-то плохо, а Володя привык помогать тому, кому сейчас плохо, больно – это у него было в плоти и крови.

Он поднялся на этаж выше и приложился ухом к двери. Голос в голове молчал. Для полного успокоения Володя сошёл на этаж ниже своей квартиры, и девичий голос в его голове зазвучал сильнее.

– В Бога и чёрта поверю, лишь бы выбраться отсюда!..

Похоже, кого-то держали взаперти, и, судя по голосу, молодую девушку.

Володя подходил ко всем дверям, но наиболее сильно голос звучал из-за дверей квартиры, что была точнёхонько под его собственной.

«Так, что делать-то? Взломать дверь самому? Обвинят в самоуправстве, в пропаже вещей. Нет, надо звонить в полицию, пусть придут, разберутся».

Володе бы одеться да выйти из дома – у соседнего подъезда таксофон стоит. Да ведь человек ленив. И он позвонил с домашнего телефона.

Когда дежурный спросил, что произошло, Володя не придумал ничего лучшего, как соврать, что из соседней квартиры доносились крики о помощи.

– Напились небось и кричат. Успокоятся.

Дежурный явно не хотел высылать наряд – не поножовщина, не драка и не кража. Мало ли – кричат. Володя его мысли не столько уловил, сколько предугадал.

– Так ребёнок кричит. Пусть полиция придёт, службу спасения вызовет.

– Диктуйте адрес. Кто вызывает? Ваша фамилия?

Но Володя положил трубку. После вчерашнего общения с полицией и следователем ему не хотелось встречаться с правоохранителями вновь. Вроде и не натворил ничего, вроде и перед законом чист, а не хотелось.

Он уткнулся в ноутбук, но через четверть часа в дверь его квартиры позвонили. Открыв дверь, Володя увидел на пороге молоденького сержанта в бронежилете и с автоматом на груди. Со стороны лестничной площадки, находящейся ниже, слышались мужские голоса.

– Это вы звонили? В полиции стоит определитель.

– Я, – вынужден был сознаться Володя. – Снизу, из квартиры, что подо мной, кричали.

– Пойдёмте с нами, будете понятым.

– Одну минутку.

Володя выключил ноутбук, взял ключи и запер квартиру.

На лестничной площадке нижнего этажа стояли два полицейских, мужчина в зелёной куртке с надписью на спине «Служба спасения» и соседка из квартиры напротив.

– А вы ничего подозрительного не слышали? – обратился к ней полицейский.

– Нет. Впрочем, я только недавно вернулась, в магазин ходила.

Полицейский нажал кнопку дверного звонка. Было слышно, как за дверью зазвучала мелодия звонка, и на площадке притихли. Но прошла минута, другая, третья, а дверь никто не открывал. Мало того, за нею стояла тишина.

– Наверное, показалось вам, – с облегчением выдохнул сержант, обращаясь к Володе. И для пущей убедительности надавил на кнопку звонка ещё раз.

Спасатель приложил ухо к замочной скважине.

– В квартире кто-то есть, – сказал он.

– Да там небось собака… Одна, без хозяина сидит, – предположил полицейский.

– Собака бы залаяла или заскулила, причём сразу подбежала бы к двери.

Все смотрели на сержанта – он был старшим в наряде.

Полицейский колебался. А если Володе показалось, а спасатель ослышался, и в квартире никого нет? Кто будет отвечать за вскрытую без санкции дверь? Решившись, он махнул рукой:

– Вскрывайте.

Сержант решил, что лучше написать докладную и получить выговор, чем не предпринять ничего с неизвестными последствиями.

Спасатель выбил личинку замка, провернул ригель. Дверь приоткрылась.

– Всем стоять! Полиция!

Сержант вошёл в квартиру первым.

– Здесь есть кто-нибудь?

Ни хозяина, ни собаки – тишина полная. И вдруг из ванной раздался глухой стук – стучали по двери.

– Сидорчук, ко мне!

Рядом с сержантом замер рядовой полицейский. Сержант поправил на груди автомат: