Чтение онлайн

— Ты как сюда попала? — поразился я.

— По стене.

Она показала рукой в перчатке на городскую стену в трёх десятках метров от нас.

— По стене?

Это было возможно, если бы на верхушку городской стены не целился с гораздо более высокой стены форта пулемёт, который, как сор веником, смёл бы любого с её вершины. Именно поэтому противники и не рисковали идти с той стороны. Командование гарнизона атаку с этой стороны предвидело и защитило направление по максимуму.

— С «Покрывалом мрака».

Она вытащила из кармана своей куртки за тонкую цепочку круглый чёрный камешек, оправленный в серебро. Покрутила на пальце перед собой, отчего от камешка расползлось маленькое облачко тьмы, быстро рассеявшееся.

Вот те раз, а я и не знал, что у Лари такой полезный амулетик имеется. Это то самое «Покрывало мрака», которым защищался от наших пуль бхут-трактирщик [24] . Впрочем, много я вообще о ней знаю? Почти ничего. Знаю, что она в розыске за всевозможные хулиганские художества и что вообще склонна к необдуманным поступкам — драка с наёмниками в кабаке тому подтверждение. И знаю, что красива она чертовски, что о ней, демонессе, сказать — язык легко поворачивается. И всё, больше ничего не ведаю. Болтает она много, а вот говорит при этом мало. Тоже талант.

— Во… а это что такое?

Как-то за обшей суетой я совсем не заметил того, что она не одна. Под стеной дома сидела фигура с мешком на голове и в уже хорошо знакомом чёрном клобуке, правда без амулета на груди. На том месте на стальных цепочках висел хорошо мне знакомый с виду «Внутренний щит», но только не казённого тверского образца, а неизвестного мне изготовления. Руки у сидящего были скованы за спиной чем-то здорово отдававшим магией. И оттуда шла цепочка, ведущая непосредственно в затянутую неизменной перчаткой ладонь демонессы.

— А кто это? — переспросил я.

Лари обернулась к пленнику, посмотрела на него, будто только увидела, затем пнула его под рёбра так, что тот охнул и согнулся пополам, после чего сильно постучала по накрытой мешком голове рукояткой латига и спросила:

— А ты кто, заинька? Раскрой нам тайну.

В ответ из-под мешка прозвучало невнятное ругательство, которое повлекло за собой новый пинок. Затем Лари обернулась ко мне, улыбнулась во всю ширь и сказала:

— Необщительный попался. И грубый. Но это не страшно.

Затем на минуту прекратила ерничать и сказала уже серьёзно:

— Созерцающие в городе хулиганят. И туги. Этот мне случайно по дороге попался — бежал по улице с тремя охранниками. И ещё меня с собой прихватить хотели в качестве… не знаю, возможно, жертвы, а возможно, и для потребностей попроще.

Уточнять, что стало с охранниками, я не стал. Покрытые запёкшейся кровью концы латига говорили сами за себя. Подпустили близко, на свою голову. А насчёт тугов я совсем не удивился — недаром же говорили, что орден Созерцающих ими правит. Мы и сами только что их целую кучу настреляли.

— Спасибо, дорогая, — поблагодарил я демонессу, с наслаждением поцеловал её в подставленную щёку и не отказал себе в удовольствии пнуть в пыльный бок пленного, отчего тот опять охнул. — Пообщаемся с этой сволочью позднее, в форте. Время терять нельзя. По машинам!

Команда немного даже запоздала: все были готовы сваливать и сидели в машинах. Лишь поручик присел на корточки на земле возле полевого телефона, шнур которого тянулся в сторону стены форта. Он посмотрел на меня, спросил:

— Готовы? Даю команду?

— Давай, чего ждать.

Сам я тем временем обматывал щиколотки пленного концом цепи, которую отобрал у Лари. Так, «ласточкой», надёжней будет. Мне активно помогал старейшина Рарри, упёршись в спину злодею своим толстым коленом и сжав его щиколотки могучими ручищами молотобойца в сотом поколении. После того, как процесс упаковки пленного завершился, он удовлетворённо хмыкнул, подозвал Балина, и они вдвоём закинули его в кузов «копейки» так легко, будто и не человек это был, а мешок тряпья.

— Орри, заводи! — скомандовал я, запрыгивая в кузов сам и устраиваясь с карабином за щитом, огораживавшим бочки с бензином. Стальной лист, что внутри, разве что из крупнокалиберного прошибить можно — вот и меня прикроет.

— Готово, ждут! — крикнул поручик и, сматывая телефон на ходу, уселся в «козла» [25] , стоящего перед нами и в прошлом принадлежавшего парню с СВД, убитому снайпером.

Машу разместили в кузове, заботливо уложив среди мешков и рюкзаков, чтобы ей было помягче, да и защитить по возможности от шальной пули.

— Извини, помочь уже ничем не смогу, — слабо улыбнулась она мне. — Вся выложилась тогда, пальцем пошевелить и то проблема.

— Да ладно, прорвёмся! — махнул я рукой, чтобы её успокоить.

Сам я так уж сильно в этом уверен не был: всё же не такие у нас машины и быстрые, а двести метров под обстрелом — это немало. Вся надежда теперь на тех, кто нас из форта прикрывать будет, чтобы всё сделали так, как мы и договорились.

Все замерли, как будто даже дышать прекратили. Завозившийся было пленник, попытавшийся улечься поудобней, получил очередной пинок в рёбра, на этот раз от Балина, который возню прекратил, а заодно лишил того дыхания.

— Ждём сигнала! — крикнул поручик, перекрыв звуки непрекращающейся перестрелки.

Затем раздался одновременный залп нескольких гранатомётов и ротных миномётов со стороны форта. Пять дымовых гранат рванули почти одновременно метрах в трёхстах от стены форта, а не меньше десятка осветительных мин повисли на парашютах дальше, над ближайшими заборами, вместе с пожаром освещая дымные облака со стороны противника. Должно было получиться что-то вроде непроницаемого занавеса, совершенно не просматриваемого с той стороны, но так ли это — проверить возможности не было, оставалось рассчитывать на лучшее.