Чтение онлайн

— В конце концов ты поплывешь с нами. Ты и сам это знаешь, ведь правда? Рано или поздно мы со змеем возьмем свое.

Я думаю над его словами, и хотя от одной этой мысли у меня мороз по коже, это очень даже возможно.

— Может быть, — отвечаю я. Потом признаюсь: — Наверно. Но не сегодня.

Я разворачиваюсь и спускаюсь по трапу. Это не самый безопасный путь, но я делал вещи и рискованнее. Снова оказавшись на причале, я оборачиваюсь, чтобы поглядеть, не исчезла ли яхта, как свойственно видениям. Но нет, она на месте, и капитан по-прежнему ждет, уставившись на меня своим единственным глазом.

И я понимаю, что он будет ждать всегда. Он никуда не денется. И в свое время я стану первым помощником и, хочу я того или нет, отплыву к странным берегам, чтобы нырять в пучину снова и снова. И, быть может, однажды я нырну так глубоко, что меня поймает Змей Бездны и наверх я уже не выберусь. Нет смысла отрицать, что такое случается.

Но не сегодня — и это приносит мне огромное облегчение. Значит, до завтра все будет в порядке.

«Бездна Челленджера» — ни в коем случае не художественный вымысел. Кейден странствует по слишком уж настоящим мирам. Одну из трех американских семей посещает призрак психического расстройства. Я знаю точно, потому что мы — как раз такая семья. Мы прошли через многое из того, что ожидало семью Кейдена. Я смотрел, как близкий мне человек погружается в бездну, и не мог ничего поделать.

С помощью моего сына я постарался передать, на что похожа эта бездна. Впечатления от больниц, чувство страха, паранойя, одержимость и депрессия — все это настоящее, как и ощущение «желе» и онемения, наступающее после приема лекарств (это я прочувствовал на себе, когда разок съел две таблетки «серокеля», перепутав его с «экседрином»). Но и процесс выздоровления тоже настоящий. Душевное расстройство никогда не проходит полностью, но может наступить своего рода ремиссия. Как сказал доктор Пуаро, психиатрия — не точная наука, но другой нет — и она развивается с каждым днем, поскольку растет багаж знаний о мозге и сознании и появляются новые, более специализированные лекарства.

Двадцать лет назад мой самый близкий друг, страдавший от шизофрении, покончил с собой. С другой стороны, мой сын нашел свой кусочек неба и торжественно вознесся из бездны, став скорее Карлайлом, чем Кейденом. Все наброски и рисунки в книге принадлежат ему и нарисованы, пока он пребывал в бездне. Для меня это величайшая живопись в мире. Я также позаимствовал из его стихов часть рассуждений Хэла о жизни.

Мы надеемся, что «Бездна Челленджера» даст надежду тем, кто спускался в бездну — позволит им почувствовать, что они не одни. Мы также надеемся, что она поможет остальным проникнуться сочувствием и понять, каково это — плыть темными, непредсказуемыми водами душевной болезни.

И когда бездна заглянет в вас — а она заглянет, — вы стойко взглянете ей в глаза.

Нил Шустерман