Чтение онлайн

Остатки этих макарон, сложенные в банку, куда поверху насыпался порезанный маленькими кусочками кругляшок докторской колбасы, Виталик назавтра брал с собой на дежурство. К скромной порции прилагалось еще полбуханки хлеба, что не позволяло по крайней мере остаться голодным.

Варя знала, что в больнице Виталия жалеют, а потому подкармливают. И едой для больных, невкусной, но сбалансированной и хотя бы горячей. И принесенными медсестричками и молодыми докторицами из дома пирожками и прочей снедью, которой Варя мужа никогда не баловала.

Особенно старалась одна из них, Марина, тоже начинающий хирург, сокурсница Виталия по институту. Варя подозревала, что та влюблена в ее мужа и так и не смогла смириться с тем, что он выбрал в жены не ее. Теперь Марина, когда у них совпадали дежурства, все время потчевала Миронова пирогами, какими-то необычными тефтелями и прочими деликатесами, приготовленными с задумкой и огоньком.

Варя же не умела и не любила готовить. Точнее, ей было скучно готовить из того скудного набора продуктов, которые они, в силу бедности, могли себе позволить. Если бы она могла запечь утку с яблоками, или осетрину на гриле, или спаржу с артишоками на пару как в красивых кулинарных книжках, то расстаралась бы, и это было бы офигительно вкусно. Но что можно сделать из макарон, докторской колбасы, сыра и хлеба? Ничего, кроме того, что она и так делает. А если ее муж хочет разнообразной и вкусной еды, то пусть зарабатывает больше. Она, в конце концов, студентка. И не должна вносить свой вклад в бюджет семьи. Это задача мужа.

Все это Варе без устали повторяла лучшая подруга Светка, для которой выгодный брак – это главное дело в жизни каждой уважающей себя девушки. Замужество Вари она успешным не считала. Подумаешь, нищий докторишка, работающий сутками, чтобы свести концы с концами. К концу первого года замужества Варя привыкла смотреть на Виталия Светкиными глазами.

Непререкаемый Светкин авторитет в последнее время подкрепился еще и тем обстоятельством, что сама Светка готовилась к свадьбе с гражданином США, человеком весьма небедным. Вскоре Светка улетала в Америку по визе невесты, и свадьба должна была состояться именно там. Вот уже две недели Светка настоятельно звала Варю с собой.

– Будешь на моей свадьбе подружкой невесты, – блестя глазами, говорила она. – Ты сама подумай, не могу же я в столь ответственный день остаться совсем одна. У Тима вокруг полно родственников и друзей, а я как будто сирота. Ты же знаешь, что родители мои не могут поехать. У папы секретность еще не кончилась, а мама вообще мою свадьбу не одобряет. Она к Америке с подозрительностью относится. Заявила, что если я уеду, то я ей не дочь, а предатель Родины.

– И ты все равно летишь? – изумилась Варя.

– Конечно, лечу. Это же мой шанс. Такой один на миллион выпадает. Неужто я тут останусь, чтобы после института вернуться в родную дыру и там коровам хвосты вертеть?

– Каким коровам? Ты же не в селе живешь.

– Да какая разница. – Светка махнула рукой. – Я же образно. И вообще, подруга, не переводи разговор. Полетели со мной.

– Да как же я полечу, – вздохнула Варя. – Билет до Америки, поди, немало стоит. Где мне взять такие деньги?

– Не писай компотом, – назидательно сказала Светка. – Билет тебе мой Тим купит. Он согласен, я с ним уже переговорила.

– Согласен купить мне билет? Ему-то это зачем?

– А затем, что он меня любит и готов сделать все для моего счастья. А для моего счастья мне на свадьбе нужна подружка.

Варя нахмурилась. А Виталий готов что-то сделать для ее счастья? Нет, он, конечно, сутками пропадает на работе и дежурства дополнительные берет, вот только на Варино счастье этого все равно не хватает. Да и вообще он делает это для себя, чтобы набить руку и стать хорошим хирургом. А ей-то с этого какая радость? Она его дома не видит, иногда по нескольку дней они не пересекаются. Станет он высококлассным хирургом, и что? Все равно врачи в олигархи не выбиваются.

Хлопнула входная дверь, и Варя вышла в коридор, чтобы встретить мужа. Тот уже стащил ботинки и надевал тапочки, держа в руках какой-то контейнер.

– Проходи, мой руки, ужинать будем, – холодно бросила Варя, даже не подставив щеку для дежурного поцелуя.

В душе она сердилась на мужа, не готового исполнять все ее прихоти так же, как Тим – Светкины. Вот уедет в Америку на свадьбу, будет знать. Пусть прочувствует, каково это, остаться одному, когда о тебе некому позаботиться.

– А я не голодный, – сообщил Виталий. – Меня Марина накормила картофельными зразами с яйцом. Умопомрачительно вкусно. Я и тебе пару штук принес. Сейчас разогреем и попробуешь.

Что-о-о? Да он совсем охренел? Считает, что она хотя бы кусочек откусит от тех зраз, которые приготовила эта Марина? Зраза-зараза! Нет, он положительно над ней издевается. Хочет заставить ее чувствовать себя неумехой, которая ничего не понимает в кулинарии. Ничего. Сейчас она ему покажет.

– Я не собираюсь это есть! – выпалила Варя. – Я не ребенок, чтобы тянуть в рот всякую гадость.

– Почему же гадость? – удивился Виталий. – Очень вкусные зразы.

– Вот и ешь сам то, что эта зараза приготовила. А я, если хочешь знать, в Америку уезжаю.

– В какую Америку? – опешил муж.

– В Северную. У меня подруга замуж выходит. Она была свидетельницей на моей свадьбе, а сейчас я буду подружкой невесты на ее.

– Вот так новости. – Виталий подошел ближе, взял Варю за плечи и развернул лицом к себе. – Варежка, я понимаю, что тебе хочется к подружке на свадьбу. И посмотреть Америку тоже хочется. Я бы и сам с удовольствием на нее посмотрел, а то я о тамошней жизни только в книжках читал и в кино видел, но у нас нет таких денег. Понимаешь?

– То, что у тебя нет на меня денег, я прекрасно уже поняла, причем давно, – горько сообщила Варя. – Я на тебя и не рассчитываю. Тим, жених Светки, согласен купить мне билет, чтобы его невеста на свадьбе не чувствовала себя одинокой. То есть он на все ради нее готов. А ты ради меня ни на что.

И Варя горько заплакала. Ей было так жалко себя, горемычную, что она даже подвывала тихонько. Лицо у Виталия тут же стало замкнутое, словно чужое. Она знала, что он терпеть не может, когда она плачет. Ну и пусть. Пусть смотрит, до чего он довел жену.