Чтение онлайн

Из костяшек бионического протеза выдвигаются шипы. Я успеваю подумать о том, что даже таких коротких хватит для того, чтобы Улле-Медуза не справилась с результатом их работы, как украшенный шипами кулак врезается в мою левую скулу, разрывая кожу. А потом ещё раз.

— Гостю не подобает вести себя так, — голос звучит, словно мою голову обмотали несколькими слоями войлока. — Ты же знаешь, что бывает с теми, кто пренебрегает гостеприимством?

— Давай без нравоучений и риторических вопросов, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Учить жизни того, у кого собираешься её отобрать, как-то тупо, не находишь?

Йун изучает моё разбитое лицо, а я уже понимаю, что ему от меня что-то надо. Всё логично. История игр пестрит примерами того, что делают с мошенниками, если уличают в жульничестве. В живых таких остается очень мало. И раз тебя не спешат убить, значит дело не в том, что ты смошенничал.

— После игры ты мог бы получить работу, — говорит Йун.

— Я ни на кого не работаю.

Йун усмехается.

— Мистер Амберс так не считает, Плешивый Сэм так не считает. И ещё два десятка человек так не считают, — ухмыляется Йун Бо.

Он даже знает, с кем у меня дела. Вон оно что. Это не я закидывал удочку в поисках жирных игроков, это он обставил всё так, чтобы меня, в конце концов, привели к нему. Игра за игрой, ставка за ставкой, компания за компанией.

— С Амберсом и остальными я сотрудничаю, а не работаю на них.

— А в чём разница?

Интересно, Йун продолжает поддерживать диалог для того, чтобы насладиться моим положением, или ему действительно любопытно? Отвечая на его вопрос, я пробую перехватить инициативу.

— В том, что при сотрудничестве обе стороны прилагают усилия, а работа подразумевает, что кто-то делает дело, пока кто-то сидит сложа руки, потому что платит.

— Ты такой борзый, потому что понимаешь, что терять нечего?

— Нет, я таким родился.

Якудза возвращается к столу и наливает виски в два стакана. Протягивает один из них мне. Я беру стакан в руку.

— Это хорошо, что ты не трус, — сообщает Йун Бо. — У меня есть дело, которое тебе придётся сделать. Потому что ты же помнишь, в чём проблема жульничающих в игры?

— В том, что нельзя попадаться, — буркаю я и делаю глоток алкоголя.

Виски обжигает развороченную губу, и я прижимаю к ней рукав. Биопротез, оснащенный шипами, — атавизм какой-то из фильмов прошлого века. Но вот, поди ж ты, как раз в тему пришёлся. Запоздало шевелю нижней челюстью. Левая половина лица ощущает себя так, будто ею прошлись по свернутой в моток колючей проволоке, сломанный нос пульсирует.

— В том, что иногда им приходится работать на тех, кто сидит сложа руки, — поправляет меня якудза.

— Понятно, — киваю я. — Можно без дальнейших предисловий.

Йун достаёт из кармана системный узел и бросает мне на колени.

— Здесь всё, что я знаю, — сообщает он. — А даже если и не всё, то у тебя есть выход на тех, кто соберет недостающие части пазла. Мне нужна база данных этого проекта. Как и где ты её найдёшь, меня не интересует.

Датчики под потолком оказываются дохлыми. Поэтому внутри помещения, бывшего когда-то цехом, мы идём, не пытаясь прятаться. Люк, как ни странно, поддаётся с первой попытки. Я свечу фонариком вниз. Глубина колодца — метров семь-восемь. Спускаюсь первым. И пока Арл переставляет ноги по лестнице, свечу фонариком, оглядывая помещение.

— Здесь? — спрашивает меня Арл, спустившись.

Луч выхватывает странные конструкции, терминалы непонятного предназначения, роботизированную линию странного конвейера.

— По схемам — здесь, — отвечаю, начиная шагать вдоль покрытой белёсым налётом стены, а Арл двигается в противоположную сторону.

Он несколько раз чертыхается, обо что-то спотыкаясь. Хлама здесь поменьше, чем наверху, но тоже достаточно.

Хорошо всё-таки, что Машка подсуетилась. С тем мусором, который мне вручил Йун Бо, я бы точно выбрал вариант побега из сити. Говорят, что вне сити тоже живут люди. Плюс Китай. Скорее всего, я бы так далеко не забрался, но всё же…

Перешерстить все помещения завода не так-то просто. Да ещё и турельник этот. Наверняка ж не один. Просто каждому своя зона отведена. У Ржавой тоже обрывочно всё, но сложив то, что она смогла найти, и то, что дал мне этот якудза, можно понять общую картину и наметить план действий.

— Бакс! — зовет Арл. — Кажется, оно.

Подхожу и вижу простенькую дверь с кодовым замком. Не сенсорным, но работающим от электричества.

— Похоже, — соглашаюсь я.

— Только как мы её открывать будем? — спрашивает напарник.

— Руками, — говорю я, снимая со спины рюкзак. — Я читал про такой тип дверей. К каждому замку подведено питание. Видишь, панель не на самой двери, а сбоку?

— И?

— Под панелью механизм, выдвигающий в пазы двери несколько металлических штырей. Обычно три, — объясняю Арлу, доставая батарею, — Нам нужно только раздолбать стену, чтобы подцепить аккумулятор к проводам. И снять переднюю панель, чтобы дать доступ пауку. А он займется подбором пароля.

— Что с твоим лицом? — испуганно спрашивает Машка Ржавая, разглядывая меня.

— Мне из него сделали рожу за вот это, — протягиваю ей системный узел.

— И чего здесь? — спрашивает Ржавая, вертя его в руках.

— У тебя хотел спросить.

— О как. А подробности будут? Потому что, глядя на твою рожу, я предполагаю, что доставал ты его с боем.

— Наоборот. Мне делали рожу из лица, чтобы я его взял.

— О как? Теперь я тем более жажду подробностей.

Я рассказываю ей, как спалился с монтом и во что всё это вылилось. А Машка слушает, изучая содержимое узла.