Чтение онлайн

– Никак. Просто в корабле никого нет. То, что видят наблюдатели, всего лишь заранее подготовленные сцены. Кинофильмы, записи информданных, подаваемые на терминалы наблюдения.

Ноя собственными глазами видел в архиве несколько сюжетов из корабля, несколько этих самых, как вы говорите, кинофильмов. Разумеется, как материалы, "отснятые" на борту корабля приборами наблюдения. Они относятся к совершенно разным годам, и видно, как люди на самом деле стареют, как подрастают дети!

– Ничего удивительного. Предварительные работы по проекту начаты десятки лет назад; съемки мы вели в течение тридцати лет, отсняты различные варианты.
– Сработано основательно.

– Только работая основательно, мы справимся с нашей ответственной задачей, - раздался опять голос инспектора. Санчес несколько растерянно взглянул на него, ожидая какого-то продолжения. Но тот молчал. Вместо него пояснил директор:

– Нам необходимо выявить реакции наблюдателей на различные ситуации, возникающие на борту космического корабля: иные из этих ситуаций и впрямь, как мы полагаем, драматичны, а то и просто угрожающи. Позднее, в ходе проведения основного теста, мы должны иметь возможность срочного вмешательства на случай экстремальных обстоятельств, но мы не вправе допустить, чтобы кто-нибудь попытался, например, проникнуть в космолет и нарушить ход эксперимента лишь потому, что у него сдали нервы.
– Однако вы сами...

– Сам я - в качестве наблюдателя Хвитби совершил такую попытку, чтобы установить, как поведет себя остальной персонал. Понимаете ли, чтобы обеспечить надежность в дальнейшем, сейчас мы должны понизить порог раздражения. Мы намеренно создаем ситуации, чреватые срывом. И если станция преодолеет их, как преодолела она "Хвитби", тогда мы можем быть спокойны.

– Ну, вас-то мы накрыли довольно быстро, - не без хорошей доли злорадства напомнил психолог.

– Тем лучше. Но необходимо испытать систему на прочность под более жесткой нагрузкой. И это предстоит сделать вам: вернуться на станцию "наблюдателем" и побудить нескольких коллег к новой, на сей раз организованной попытке оборвать эксперимент. Мы пустим фильмы, которые облегчат вашу задачу. Вы, разумеется, единственный посвященный, остальные будут думать, что там, в корабле, и в самом деле подвергаются испытанию люди.

– Вы желаете выяснить, удастся ли мне сколотить группу противников эксперимента?

– Да, и сумеете ли вы с ними пройти защитные устройства.
– Что за устройства?

– Этого вам знать не нужно. Ведь все должно быть как можно более настоящим. Но могу вас заверить: какаялибо опасность для жизни и здоровья не грозит никому.
– Что ж, весьма обнадеживает.
– Значит, беретесь за выполнение задания?
– Нет. Я психолог, мое дело наука. А вам тут нужен актер. Вроде тех, что разыгрывали сценарий на борту космолета. Или отчего бы вам не сделать все самому, предварительно заменив на станции персонал?

– Лично я исключаюсь. Ведь я уже вам сказал: лучше не знать предохранительно-защитных систем. Мне они известны. Кроме того, хотелось бы максимально ограничить круг посвященных, а вы знакомы с условиями и обстановкой на станции. Естественно, нет необходимости решать сию же минуту. Если вам нужно подумать неделю или, скажем, две... Мы не торопимся.

– Что верно, то верно. Перед интерстелларным полетом чуть ли не полувековой тест, перед основным тестом - еще один, тест теста, а до него... А почему вы, собственно, уверены, что и сами не являетесь всего лишь...

Он не завершил начатой фразы, с откровенно иронической усмешкой глядя на директора Хвайта. Но тот озадаченно молчал. Вместо него ответил инспектор, определенно и твердо:

– О, разумеется, нет, это было бы абсолютно бессмысленно! Да и времени у нас такого нет. В ближайшие

годы мы ждем результата изысканий от нашей физической группы.
– Он несколько мгновений помолчал, затем добавил: - Я говорю о решении технических сторон проблемы: возможно ли в принципе осуществление интерстелларных перелетов.

Он с удовлетворением констатировал, что ни со стороны Санчеса, ни со стороны Хвайта не последовало преувеличенных реакций.

1973-1978