Чтение онлайн

– Ты мать чего, сына как пса шелудивого гоняешь? – раздалось со двора, и на кухню зашёл Николай Степанович,

– Опять, наверное, брякнул что-то не подумавши?

– Пап! Да ничего такого я не говорил! – засунул в кухню голову Серёга. – Я только согласился с мамой, что в деревне молодого женского пола маловато.

– Это да! Есть такое дело, – ответил Николай Степанович, – и запустил зубы в сочный пирог.

После обеда, когда Николай Степанович уже усаживался в свою «Ниву», он вдруг подозвал Серёгу и сказал:

– Кстати о девках, – тут к нам на ферму Танечка на практику приехала, ты бы присмотрелся к ней, хорошая девочка. Она тебя, между прочим, очень хорошо помнит!

– Что за Танечка такая!? – живо заинтересовался приятель. – Я, что с ней был знаком?

– Конечно, знаком! Лизкина дочка! Когда мы сюда приехали, ей лет восемь было.

– Это вот это вот, вечно чумазое создание…! И ты хочешь, чтобы… а, ну да, ну да, время-то уже прошло сколько, – спохватился Серёга, – выросла уже, значит?

– Как этот балбес опером-то работает? Посмотрел на меня Николай Степанович, и лихо, с пробуксовкой стартанул.

– Вот и для меня загадка. Как? – ткнул я кулаком в бок приятеля.

До Демьяново было около двадцати километров, и мы, не торопясь, минут за тридцать преодолели это расстояние, приехав к поселковому клубу за пол часа до начала танцев.

Клуб, как и было заведено ещё со времён благословенной народной демократии, являлся средоточием местной культурной жизни. В большом здании с огромными окнами располагался кинотеатр, зрительный зал которого, путём незначительной трансформации в виде сдвигания жестких кресел к стене, по субботам превращалось в танцпол. В этом же здании, правда с торца, находилась библиотека. А с другой стороны, красовалась вывеска, которая сообщала, что под ней находится вход в местное самоуправление.

– Слушай! А давай я тебя с Иркой познакомлю! – загорелся вдруг Серёга,

– Симпатичная девушка! Не замужем. Библиотекарем вон работает.

– Если симпатичная, чего сам-то, случаем не пользуешься?! – подозрительно уставился я на приятеля. – Или ты уже… был с ней близко знаком?

– Не, не, не! – замахал руками Серёга. – Ничего такого не было! Я, конечно, пару лет назад попытался подкатить, но… она, знаешь ли, шуток не понимает!

– В смысле? Шуток не понимает!

– В прямом! – заржал приятель. – Я, когда в библиотеку первый раз пришёл, там, кроме неё находилась ещё какая-то женщина. У неё с лицом что-то было, толи зубы болели, толи пчёлы покусали…! В общем, лицо опухло, страшненькая была…

– А дальше! – поторопил я, уже догадываясь, чем дело закончилось.

– А дальше, я возьми и пошути. С дуру-то! – и Серёга тяжело вздохнул.

– Чего брякнул-то?

– Чего, чего… Наклонился к Ирке, и на ушко, чтобы опухшая тётенька не услышала, сказал: «Если это страшилище ночью приснится! Топором не отмашешься!»

– А она что? – захохотал я.

– Она сообщила мне, что это страшилище её мама! И если я не успею убраться отсюда за три секунды, то пожалею об этом!

– Успел…?

– Нет…! Книгой по голове прилетело! По ощущениям, «Войной и миром» приложила! Так что, пошли, скажешь, что книжку хотел бы взять. Ума поднабраться. И он, выбравшись из машины, потопал в сторону библиотеки, не заморачиваясь особо иду я за ним или нет.

Несмотря на то, что библиотека работала до шести часов вечера, о чём гласила обшарпанная табличка, прикреплённая прямо на двери, это богоугодное заведение, к немалому моему удивлению, до настоящего времени было открыто. Серёга, войдя первым, прямо у порога поднял руки вверх, и проблеял:

– Ирочка, золотце, видит Бог, не для себя стараюсь! – и он, не опуская рук, показал в мою сторону пальцем. – Моему другу почитать бы чего.

Библиотекарша перевела на меня взгляд, и явно заинтересовавшись моей персоной проворковала:

– Если вы убьёте этого гада, я сама вам буду книги приносить! Когда пожелаете! В любое время дня и ночи!

В общем, общий язык я с Ирочкой нашёл, особенно когда решительно заявил, что ради её глаз, готов удавить своего приятеля прямо здесь, в библиотеке. А уж когда попросил почитать «Хождение по мукам», стал её любимым читателем.

– Лично я удивлена вашим выбором! – откровенно сказала она. – Сейчас молодёжь если и берёт книги, то, что-то вроде Бушкова, с его мордобоями и резнёй! А вы вдруг Толстого!

На танцы мы пришли вместе с ней, она решительно взяла меня под руку, и сама завела меня в зал, который к этому времени был уже наполовину заполненный разновозрастным народом. Как оказалось, на танцы здесь ходят все! И дети, и довольно пожилые дяди и тёти, которые чинно рассевшись вдоль стен, с интересом обсуждали своих соплеменников. И что характерно, даже не пытаясь понизить при этом голос. Я заметил даже пару собак, которые забравшись под скамейки, спали, совершенно не обращая внимания на шум, который всегда сопутствует этим увеселительным мероприятиям.

Библиотекарша мне нравилась. Невысокая, худенькая, глазастая, с мальчишеской стрижкой, и курносым носиком. Приятная девушка, правда, на мой взгляд, было бы неплохо, ещё размерчик под блузкой добавить. Время шло, культурное действо было уже в самом разгаре, когда я понял, что пообщаться с хранительницей знаний, и, так сказать, познакомится с ней поближе, жаждал не только я. Появились ещё читатели вроде меня!

В один прекрасный момент, когда я после медленного танца рассыпал бисер перед глазастой Ирочкой, меня под локоть толкнул Серёга, и ни слова не говоря показал глазами на приближающуюся к нам группу парней. Я вообще-то уже и сам обратил на них внимание, и определил, идут именно к нам, а конкретно ко мне! И разгадка того, почему они заинтересовались именно мной, стояла рядышком, и о чём-то увлечённо беседовала со своей подружкой, на которую положил глаз Серёга.

Я не знаю, на что рассчитывал этот парень! Где были его глаза, и куда он вообще смотрел, когда, приблизившись ко мне, как бы ненароком, проходя мимо, ударил меня плечом в грудь. Я ожидал этого, и, напрягшись, чуть отставил назад левую ногу, сделав основной упор на неё. Как и следовало ожидать, столкнувшись со мной, не ожидавший такой отдачи парень отлетел назад, и споткнувшись о хулиганистую ногу Серёги, нелепо взмахнув руками, растянулся посреди деревенского танцпола. Со всех сторон раздался язвительный смех, и ехидные пожелания спокойной ночи. Парень вскочил, и ринулся было в мою сторону, но, его рассудительно удержали его приятели, которые уже смогли рассмотреть его соперника повнимательнее. А рассмотрев, пришли к выводу, что детина, который почти на голову выше, и на два десятка килограммов тяжелее их опозоренного друга, ну никак не тянет на трясущуюся от страха жертву.