Белый
Шрифт:
Линн счастливо улыбалась, несмотря на обещание боли. Эту боль можно вытерпеть, ради ребенка и Ларса она вообще готова терпеть любую боль…
Через двадцать один день, ровно в положенный срок Ларс услышал долгожданное:
— У вас дочь. Очаровательная принцесса, похожая на маму.
— А глаза? — подала голос счастливая мать.
— Глаза у всех новорожденных голубые. Завтра увидите.
На следующий день, заглянув в глазки своей малышке, Линн улыбнулась:
— Папины… стальные…
Мечта о сероглазой принцессе сбылась. И то, что ее папа присутствовал при рождении и вообще все время рядом, добавляло счастья.
— Нам куча поздравлений. Бритт с Фридой… Магнус… Джейн, Уилл и маленький Марк… Том… фру Сканссен… Вангер, между прочим…
Линн хотела возмутиться, но почувствовала, что не может, рядом с сероглазой принцессой не получалось думать плохо даже о Вангере. А Ларс продолжил:
— Смотри, твоя бабушка, Свен, Жан и Мари, Тереза и Йенс. Они вместе?
— Да, поженились, моя сестрица решила, что пропадать такому добру, как Йенс, не стоит, если я не вышла за него, значит, надо ей.
— …твои мама с отчимом… Линн! Папа, и его русская жена…
Немного погодя он, устав перебирать кучу поздравительных телеграмм, отложил бумаги в сторону и потребовал:
— Отдай мою принцессу, ты уже слишком давно держишь ее на руках. Моя очередь.
— Руки вымыл?
Тщательно вымыв руки, Ларс отобрал у жены вкусно пахнущий комочек, держа так осторожно, словно каждая лишняя пылинка могла навредить дочке.
— Ларс, мы так и не придумали ей имя…
— Линн.
— Что Линн? Я говорю, нужно придумать ребенку имя.
— Зачем придумывать, уже есть — Линн. — Ларс рассмеялся. — Я хочу, чтобы у меня были две Линн, правда, малышка?
Одни серые глаза встретились с другими такими же, смотревшими с безмерной любовью, крошечный ротик разъехался в беззубой улыбке.
— Она согласна!