Белый Трибунал
Шрифт:
– Зачем?
Он знал, что услышан, но долгое время казалось, что - Ксилиил все равно не ответит. Потом возникли слова:
Все это было бессмысленно… Я добился того, к чему стремился…
Он сам сказал это не так давно. И еще:
Я не получил того, чего хотел… Только раскаяние и… отвращение к себе.
– Зачем ты глумишься над моим поражением?
– Ответа не было, по Тредэйн и сам понял, что Ксилиил не думал издеваться над безразличным ему низшим существом. Он просто пытался дать объяснение, хоть сколько-нибудь доступное человеку. И Тредэйна внезапно осенило:
– Ты усомнился в своей цели? Хочешь от нее отказаться?
Ответа не было. Возражений тоже.
– Ты готов пощадить свой мир?
Все это ничего не дало…
В мыслях Ксилиила Тредэйну послышалось желание поскорее со всем этим закончить. Надо было торопиться с вопросами.
– Что же ты будешь делать?
Тредэйн думал, что задал простейший из вопросов, но ответ Сознающего вовсе не был простым. На Тредэйна обрушилась лавина невнятных образов. Лишь несколько обрывков мыслей прорвали барьер непонимания.
Симбиоз сознаний.
Это он, кажется, уже слышал, и сумел уловить хотя бы общий смысл.
Автонн. Изгнанники. Аномалии.
Встречи. Общение. Рассуждения.
Исследование. Наблюдения.
Созерцание. Размышления.
Новое решение.
Обрывки, но общий смысл ясен.
– Когда же ты окончательно решишь?
– спросил Тредэйн.
Когда…
Тредэйн не знал, был ли на самом деле дан ответ или просто почудилось.
– И куда ты теперь?
Ответ был, но понять его Тредэйн не сумел.
– Ты вернешься?…
Когда закончу.
– И когда это будет?
Ответа не было, не было больше и Ксилиила. По крайней мере, в мире людей.
Магия покинула мастерскую Юруна. Погас колдовской свет, и только искорка в колбе песочных часов испускала тоненький луч, почти терявшийся в свете фонаря. Все мгновенно переменилось, стало понятным и будничным. Тайна отступила в тень.
Тредэйн почувствовал, как легкая рука коснулась его плеча. Он накрыл ее своей.
– Ты слышала?
– спросил он.
– Почти все, - откликнулась Гленниан.
– Но не все поняла.
– Смертному этого не понять, - он повернулся к ней и в полумраке увидел блестевшие в глазах девушки слезы.
– Он вернется за тобой, когда умрет свет в часах или ты сам?
– Может быть, если не забудет. Право за ним, но не думаю, чтобы он вернулся, не разобравшись со своим «симбиозом сознаний». Время в нашем понимании для него не существует: миг равен году или тысячелетию.
– Но что это значит для тебя? Ясно, что ты получил отсрочку приговора. Но надолго ли?
– Понятия не имею.